Чёрные Гавайи
Шрифт:
Джем моргнул, уставившись на него.
Только теперь, увидев его вблизи, посмотрев на его бледное лицо и широко раскрытые бледно-зелёные глаза с фиолетовым ободком, Ник заметил его шок.
И его злость впервые смягчилась.
Она тут же опасно смягчилась.
Ему пришлось подавить импульсивное желание обнять другого мужчину обеими руками. После краткой паузы Ник протянул ладонь и вместо этого как можно более бегло сжал его плечо.
— Иди, — произнёс он по-прежнему грубоватым голосом. — Принеси вёдра,
Воцарилось очередное странное молчание, во время которого они лишь смотрели друг на друга.
Затем Джем моргнул, словно усилием воли закрыв глаза.
Когда он вновь поднял веки, его челюсти сжались.
Только тогда некоторое напряжение ушло из его плеч.
— Ладно, — сказал он, кивнув.
— Положи лук, Джем, — сказал Ник. — Просто положи его.
Видящий посмотрел на свою руку, которая всё ещё стискивала лук до побеления костяшек.
Он разжал ладонь, позволив оружию упасть на застеленный ковром пол.
Не сказав ни слова, Джем развернулся и пошёл к коридору и двери, которая вела в гараж.
***
Они закончили примерно в пять утра.
Ну, более-менее закончили.
Теперь Ник сумел проделать более основательную работу, чем он сделал бы раньше, будучи просто копом-человеком.
Даледжем тоже помог в этом отношении. Хоть физическое зрение видящего не охватывало такой диапазон светового спектра, как зрение Ника, Джем мог видеть намного больше с помощью своих способностей видящего. Всё органическое в том пространстве для него сияло как радужный фонарик.
Ник пошёл в магазин за отбеливателем, чтобы это не привязали к Энджел.
И, тем не менее, он прятал лицо и даже свой силуэт от каждой увиденной камеры, прекрасно понимая, что люди Блэка в Гнезде Раптора могли по-прежнему искать его через распознавание лиц.
Однако, по правде говоря, его гораздо сильнее беспокоил тот факт, что пришлось оставить Джема.
Ему не нравилась мысль о том, что туда явится ещё больше вампиров — может, по приказу Брика, или, может, почувствовав, что с самым возлюбленным и верным подчинённым Брика что-то случилось.
Но насколько знал Ник, Дориан не происходил от Брика по прямой кровной линии.
Он был верным слугой Брика — ну, до определённой степени, видимо, как явно продемонстрировал сегодняшний вечер — но Дориан на самом деле не был одним из детей Брика.
Ник даже знал, что Дориан был намного старше Брика.
В отличие многих старших вампиров, Дориан вовсе не негодовал из-за того, что более молодой вампир стал его королём.
Ник не знал всей истории о том, как эти двое стали так близки, или как Дориан стал таким преданным Брику.
Теперь он полагал, что может никогда не услышать этой истории.
Вытолкнув эту мысль из головы вместе с
Заплатив наличкой, он практически побежал обратно к Энджел.
Ник также позаботился о пакетах «Дориана», которые они соскребли со стен, собрали с ковра и смыли с деревьев и кустарников на улице.
Он похоронил их в парке, раскидав останки как минимум в шести или семи разных ямах.
В конце концов, казалось, что это должна быть его работа.
Энджел плакала над стеклянными тарелочками с животными, которые ей на протяжении многих лет дарили семья и друзья. Она снова заплакала, когда увидела состояние вручную сотканного ковра, подаренного ей матерью и привезённого в Калифорнию аж из Луизианы.
Но в итоге она тупо сложила это всё в мусорные мешки вместе с деревянными полками, которые почернели и сломались вместе с потолками и стенами.
Дверь, к счастью, во время взрыва была открыта и осталась на удивление целой. Она по-прежнему плавно открывалась и закрывалась на петлях, замок и оба засова всё ещё работали.
Что касается остального… всю прихожую, по сути, надо было выдрать и полностью заменить. Но на сегодня Ник довольствовался тем, что срезал большую часть гипсокартона и тоже запихал всё это в пакеты.
Завтра он сможет всё заменить и перекрасить.
К счастью, он не обнаружил никакого серьёзного урона самой конструкции.
Несколько косяков придётся заменить. Также надо повесить новые полки и вставить одну из стеклянных панелей во входную дверь. Саму дверь понадобится отшлифовать наждачкой и заново покрасить…
— Теперь мы можем перестать? — спросил Джем, врываясь в мысли Ника.
Он выключил пылесос, а Ник даже не заметил.
Ник повернулся и обнаружил, что Энджел растянулась на диване в гостиной, которую также пропылесосили от пыли и других частиц.
Пантер, который наконец-то успокоился и перестал лаять на пылесос, не говоря уж о взрыве и исступлённой уборке, свернулся в ногах у Энджел, выглядя таким же бессознательным и вымотанным, как она.
Все окна по-прежнему были открыты настежь, несмотря на холодную ночь, и здесь уже пахло лучше. По-прежнему оставался запах дыма с легчайшим намёком на кровь и куда более резкая, едкая вонь отбеливателя… но худшее уже выветрилось.
Теперь это можно было списать на домашний пожар, который они сумели погасить до того, как пламя охватило весь дом.
Подумав об этом, Ник вспомнил кое-что ещё.
— Бл*дь, — его охватила паника, какой-то парализующий страх. — Соседи…
— Я об этом позаботился, — небрежно отозвался Джем.