Чёрные Гавайи

Андрижески Дж. С.

— О, слава Богу, — я почувствовала, как мои плечи облегчённо опустились. — Я так рада.

Я посмотрела на Блэка, прижимая телефон к уху, но он теперь щёлкал пальцами и хмурился, взглядом прося передать ему трубку.

— Блэк хочет поговорить с вами, — сказала я.

Я протянула ему телефон, не дожидаясь ответа Фурнье.

Сообщение Блэка для менеджера курорта было кратким.

— Позвони в охрану, — сказал он. — Только в частную охрану курорта. Пусть они охраняют место взрыва. Скажи им отгородить всю ту зону.

Я

услышала голос Фурнье, словно тот пытался перебить, а может, задать Блэку какой-то вопрос. Что бы там ни было, ответ Блэка был таким же резким.

— Тебе нужно подняться сюда, — сказал он. — Немедленно. Вернись на курорт. Тебе нужно всех успокоить, Фурнье. И мать твою… не говори никому из гостей, что ты видел в том лодочном сарае. Скажи им, что это был взрыв газа, что воспламенился какой-то бракованный газовый баллон, канистра для катера. Выдумайте вместе с Кеоном какую-нибудь легенду за те пять минут, которые понадобятся вам, чтобы добраться сюда…

Блэк бросил на меня мрачный взгляд и понизил голос до рычания.

— …Просто что бы вы ни делали, бл*дь, ни в коем случае не говорите им, что в вашем чёртовом лодочном сарае взорвался труп.

Я не расслышала ответ Фурнье.

Сомневаюсь, что мои уши вообще слышали его голос.

Я определённо могла ощущать облегчение, которое испытал Фурнье от слов Блэка, не говоря уж об его полном и безоговорочном согласии с Блэком по поводу легенды.

— Кеон может направить охранников, — добавил Блэк. — Скажи ему об этом. И тащи сюда свою задницу. Ты единственный, кто сможет успокоить всех здесь. Мы с Мири спустимся в лобби. Мы можем хотя бы поговорить с кем-нибудь из персонала…

Фурнье, должно быть, перебил и что-то сказал.

Блэк изогнул шею и наклонил голову, зажимая телефон между плечом и ухом и продолжая слушать. Я смотрела, как он подходит к шкафу, открывает зеркальные дверцы и стягивает рубашку с вешалки.

Всё ещё слушая Фурнье, он натянул на плечи рубашку тёмно-золотых и зелёных оттенков, по одной просовывая руки в рукава и оставляя полы рубашки болтаться распахнутыми на груди. Всё это время он прижимал трубку телефона к уху.

— Ага, ладно, — сказал Блэк.

Последовала пауза, на протяжении которой он слушал и хмурился.

— Ладно, — сказал он. — Я понимаю. Позвони им. Я тоже свяжусь со своими людьми, дам им знать, что надо скорректировать сообщение, которое они передадут в разговоре с центральным командованием…

Он умолк.

Казалось, что он опять слушает.

Но по его лицу я понимала, что теперь он уже отвлёкся.

Как раз когда я подумала об этом, Блэк мотнул головой, привлекая моё внимание, и принялся застёгивать рубашку. Своим светом он тоже подтолкнул меня к шкафу, затем дёрнул подбородком и слегка нахмурился.

Осознав, что он хочет, чтобы я тоже оделась, я вздохнула.

Блэк полностью

забыл про свои повадки пьяного богача.

Учитывая это и внезапную необходимость носить одежду, пусть и одежду для отпуска, у меня сложилось ощущение, что я прекрасно знаю, кому именно собирается звонить Фурнье.

Нам предстоял визит самого Питера Яррика, приятеля Блэка и техно-гения.

Яррику придётся что-то предпринять.

Курорт принадлежал ему.

Он уже не мог притворяться, будто ничего не знает о теле.

Ну, разве что Блэк надавит на него и буквально заставит его забыть.

Но я сильно подозревала, что Блэк не станет так поступать.

Блэк практически прямым текстом сказал, что хочет покончить с этой ситуацией. Он хотел поплясать под дудку армии, убедить их, что он всего лишь обычный парень и не имеет никакого отношения к случившемуся на границе между Калифорнией и Мексикой.

Это означало, что в ближайшем будущем нас ждёт визит лиц в униформе… наверное, даже нескольких лиц в нескольких униформах… и всех их я не желала видеть.

***

Мы стояли возле огромного фонтана внизу, когда Питер Яррик ворвался в массивную вращающуюся дверь, которая вела на круговую парковочную дорожку перед главным лобби отеля.

Я бы не узнала, что это он, но в тот момент я стояла прямо возле Фурнье.

— Он здесь, — пробормотал менеджер курорта.

Не успела я повернуться, как Фурнье расправил плечи, не отводя взгляда от входной двери, и отошёл от меня, чтобы лично поприветствовать своего босса.

Я наблюдала, как небольшой мужчина с гавайской внешностью пересекает пол с глиняной плиткой, слегка постукивая своими итальянскими ботинками. Фурнье добрался до Яррика даже раньше двух швейцаров, которые спешно забрали из рук Яррика четыре или пять пакетов с покупками.

Всё, что нёс при себе миллиардер, исчезло в мгновение ока, оставляя его руки свободными. Я была уверена, что те пакеты уже находились в лифте на пути в пентхаус прямо над номером, в котором остановились мы с Блэком, и прямо под бассейном, в который я надеялась выбраться с Блэком этой ночью.

Сам Яррик, казалось, почти не заметил.

Вот что значит быть богатым, как я понимаю.

Обо всём в твоей жизни каким-то чудом уже позаботились.

Я продолжала изучать лицо Яррика после того, как он отдал свою ношу в услужливые руки, даже не потрудившись посмотреть, кто забирает его вещи.

Яррик даже на Фурнье почти не взглянул.

Вместо этого техно-виртуоз оставался сосредоточенным по большей части на Блэке.

Он широко улыбнулся моему мужу даже тогда, когда склонил голову к Фурнье, который начал говорить сразу же, как только оказался достаточно близко к Яррику, чтобы их не подслушали.