Черное сердце

Ермакова Александра Сергеевна

– Отлично! – вру, но голос даже не дрожит. – А ты?

– Замечательно! – в тон парирует Иван. – Вот и поговорили…

Понимаю, что слишком лаконична и поверхностна:

– Прости, - опускаю глаза. – У меня свой бизнес – турагентство, но не обычное. Специфика: паранормальное, потустороннее, экстрасенсорика, магия…

– Ничего себе! – тихо присвистывает Минаков. – Хотя, сколько тебя помню, ты всегда была со странностями…

– Спасибо! – не удерживаюсь от смеха. – Только, ты меня поддерживал. Сам говорил: есть другая реальность.

– Я такое говорил? – наиграно дивится и приступает

к обеду: - Скорее намекал на компьютерную сеть...

– Нет! – уверенно качаю головой: - Убеждал: нас окружает потустороннее.

– Вит, я пытался на тебя произвести впечатление! – признаётся уже без толики игры.

– О! – смущаюсь. Ковыряюсь в своём салате из зелени. – Ну, а ты?

– Всё также болен компьютерами… - разводит руками, вероятно забыв, что держит вилку и нож. – Выполняю разные заказы, разрабатываю программы, а ещё, по глупой случайности, владелец, - заминается Минаков, дожевывая кусок мяса, - этого безобразия. – Обводит взглядом кафе.

– Шутишь?! – вспыхиваю как школьница. – Часто сюда приходила с му… - осекаюсь.
– Моё любимое.

– Догадался… - привычным жестом поправляет очки. – Давно за тобой следил, но не решался подойти.
– Признание шокирует. Долго не знаю, что сказать. Смакую чай с бергамотом.
– А где твой муж? – наконец, звучит вопрос, которого боялась.

– Кхм… - слёзы душат, подступают к горлу. Прокашливаюсь, голос всё же подводит: - Недавно… погиб!..

– Прости! – сочувствует Минаков поспешно. – Прости за бестактность.

– Ничего! – вновь пригубляю чай – смачиваю сухость во рту. – Ещё не раз такое услышу.

– Нам пора, - рокочет над ухом недовольный голос Андрея. Невольно вздрагиваю:

– Хорошо! – коротко киваю.
– Мне пора! Была рада тебя увидеть!

– Я тоже! – явно сожалеет Иван. Натянуто улыбается и встает, провожая – задевает тарелку, посуда гремит, остаток мяса «прыгает» на серый пиджак. Минаков чертыхаясь, принимается отряхиваться, бросая на меня затравленные взгляды. Улыбаюсь: ничего не изменилось – всё такой же неуклюжий.

– Счастливо тебе, – открыто улыбаюсь Ивану и иду на выход. В спину шумно дышит Андрей.

– Вит, - только миную пару столиков, окликает Минаков. Оглядываюсь. Иван трёт салфеткой жирное пятно, бегло посматривая мне вслед. – Знаю, ты занята, - замирает и говорит, точно не замечает посетителей, рассматривающих нас во все глаза. – Может, встретимся?.. Как-нибудь…

Над головой уже раздаётся яростное сопение. Преисполняюсь силой.

– Конечно! – дарю саму милую улыбку, на которую способна.
– Как насчёт завтра?

– Я… - мямлит Минаков.
– Замечательно!.. Во сколько? – робко интересуется и затаивается, натянутый словно струна.

– В это же время! – не мучаю с ответом и радуюсь маленькой победе: Андрей не так равнодушен, как хочет показаться. Выхожу с гордо поднятой головой.

Глава 28.

Тренировки изматывают, но я вижу смысл, надеюсь на спасение. Выполняю задачи инструктора беспрекословно. Любую нагрузку, темп, силу. Андрей не хвалит, всё также сух, холоден, спокоен.

– Кулак крепче, - рывком отжимает мои руки от позиции блок, который просит показать. Как помню, после тренировок со Стасом, так и изображаю.
–

Большой палец поверх остальных. – Бесцеремонно подгибает пальцы в нужную последовательность. – Ногти состриги чуть короче, а то себя исцарапаешь. Нанося удары, сопровождай их горловыми криками. Они психологически помогут усилить оборону и получить внутренний заряд, испугав нападающего ответной агрессивностью. Средства защиты, - поучает Андрей между отработкой приёмов.
– Отскоки – если бьют ногам, а ты стоишь. Уклоны от ударов справа и слева. Постоянно помни, что первостепенной целью является оборона и бегство, а не борьба. Постоянно двигайся, при этом кричи, отбивайся, царапайся, - впитываю слова как губка – смахиваю пот со лба и продолжаю тренировку.
– Если схватили за горло, не пытайся держаться за руку противника - наноси удары ногами, коленями, локтями, целясь в самые чувствительные места, царапая, кусая, - наставляет твёрдо – киваю и точно заведённая, бью манекен очередной комбинацией. – На колени, - командует громко, чуть заминаюсь. Унизить хочет? Запихиваю гордость «далеко», смиренно преклоняюсь. – Бей, - вновь летит приказ, - замахиваюсь и атакую. Андрей бесстрастно отходит - едва не падаю вперед. Нелепо поправляюсь. – Чтобы не падать, большую часть веса переноси на верхнюю половину тела. Отрабатываем быстрее удары обеими руками.

Машу до изнеможения, но скулить и просить перерыва не осмеливаюсь. Лучше умру, но слабости не покажу. Удар, уклон, рывок, бросок… Выдыхаю с хрипами и заваливаюсь на бок – руки тяжёлые, не слушаются. Сил подняться нет…

***

Вечером тихий ужин дома в тишине дома. С утра еле встаю, но как только сталкиваюсь в коридоре с Андреем, приливает мощь, женский гнев и желание доказать: пожалеешь, что так со мной поступаешь! Буду колоть больнее, игнорировать, может, плюнет и всё же оставит меня на попечение других охранников.

Зепар точно непрошибаемая стена – даже виду не подаёт, что я его хоть чуточку цепляю. Интереса не проявляет. От обиды зверею ещё больше. На работе хожу, самозабвенно игнорируя Андрея, к обеду с Минаковым готовлюсь особо тщательно. Дольше кручусь возле зеркала, улыбаюсь чаще и открытей. Сотрудники рассыпаются комплиментами – расту в собственных глазах.

Андрей везёт в кафе с каменным лицом. Помогает выйти, сопровождает. Только захожу, Минаков уже встречает с шикарным букетом сиреневых роз… Боже! Почему мужчины думают, что все женщины любят розы?.. Ну да ладно, мне-то что? Главное, пусть Зепар видит такое внимание другого мужчины ко мне и… может, заревнует? Иван метает вопросительный взгляд на Андрея.

– Надзиратель, - поясняю и распоряжаюсь Зепару: - Я сяду со знакомым, а ты где хочешь.

Не дожидаясь ответа, беру растерянного Минакова под руку, и он немного шокировано увлекает меня в самый конец зала - за столик в углу. Помогает сесть. Галантно, точнее, с присущей ему галантностью, придвигает стул, умудряясь зацепить ближайший стол и уронить соседний стул. Казус заминаю добрым хихиканьем. Иван заметно расслабляется.

Оформляем заказ и час пролетает за воспоминаниями. Смеюсь от души, радуюсь от чистого сердца. С Минаковым очень просто и спокойно – будто знакомы вечность. Ну, по крайней мере, с детства и ни разу не расставались.