Черное сердце
Шрифт:
Он бросил взгляд на часы. 8.18. Чтобы выполнить задуманное, у них остается всего несколько минут, подумал Трейси. Мышеловка скоро захлопнется. Он почувствовал, что начинает суетиться, в кровь хлынул совсем сейчас ненужный адреналин, от которого боль в висках лишь усилилась. Медленно и спокойно, скомандовал себе Трейси.
Он осторожно подобрался к двери, пытаясь не обращать внимания на отчаянный вопль сознания: ради Бога, быстрее уноси отсюда ноги! Он сделал три глубоких вдоха. Прана. Успокойся.
Очень медленно, миллиметр за миллиметром, он приоткрыл
Он отпустил ручку, и дверь сама плавно закрылась. Этот путь отступления надежно блокирован, для принятия решения у Трейси оставалось самое большее пятнадцать секунд.
Он подошел к окну и поглядел вниз: пятый или шестой этаж, под окном небольшая прямоугольная площадка. Бетон. Слишком высоко, чтобы прыгать, и столь же далеко до высоких деревьев в центре площадки. В любом случае, перелом шейных позвонков гарантирован.
За дверью послышался какой-то звук: похоже на шуршание халата о нейлоновые чулки. Медсестра? Может, он ошибся? Или состояние мозга повлияло на ход его мыслей?
Трейси бросился к постели и быстро забрался под одеяло, натянув его до подбородка, чтобы не было видно, что он лежит в одежде. Он прикрыл глаза, дверь распахнулась, и приглушенный желтоватый свет из коридора разлился по палате.
Сквозь полуприкрытые веки Трейси увидел, как на пороге возникла какая-то фигура. Женская, вне всякого сомнения. На голове знакомая белая шапочка. Значит, он все-таки ошибся? Наверное, она просто задержалась в другой палате у какого-то тяжелого больного. И все же...
Она вошла в палату и тихо прошептала:
– Мистер Ричтер? Вы спите?
Он подошла ближе, но он не ответил. В призрачном свете, который лился из коридора и смешивался с огнями города из окна, по палате двигались какие-то серые тени, и в какой-то момент Трейси уловил отблеск на поверхности небольшой металлической коробочки, которую она держала в руках. Она сняла крышку, в руке у нее оказался шприц. Из иглы брызнул тоненький фонтанчик.
– Пора сделать укол.
Она откинула одеяло, и Трейси напрягся. Где-то он уже видел такую женскую фигуру и ассоциировалась она у него с чем-то странным. С чем же именно?
Рука с иглой приближалась. Трейси смотрел на нее как завороженный: адреналин, с которым он безуспешно боролся перед тем как открылась дверь в палату, сейчас весь вспыхнул, смыв при этом излишек энергии, и Трейси чувствовал себя обессиленным. Все в порядке, подумал он, просто нервы расшалились.
Сестра склонилась над ним, нащупывая руку, и вдруг ее оказавшаяся неожиданно сильной рука вцепилась ему в горло. Пальцы ее легли на сонную артерию и начали сжиматься, перекрывая доступ крови в мозг.
– Это еще что такое? Вы одеты?
Трейси пытался сопротивляться, но она навалилась на него всем телом. Долго она так не выдержит, мелькнула мысль – в конце концов Трейси значительно сильнее и массивнее, еще немного, и она будет вынуждена ослабить захват. Но она рассчитывала покончить с ним, не дожидаясь
Рост. Вот что не вписывалось в задуманный ими план. Он понял это слишком поздно, в тот момент, когда она наклонилась над постелью и схватила его за горло. Медсестра – настоящая медсестра – была не выше пяти футов и четырех дюймов. Все это время мозг Трейси пытался вычленить этот факт из массы поступавшей в него информации. Силуэт ее в дверном проеме был значительно выше, чем следовало бы. Рост этой женщины по меньшей мере шесть футов.
Он быстро терял запас воздуха в легких. Внутренняя боль наслаивалась на боль от давления ее пальцев на артерию. Надо было что-то предпринимать, и предпринимать очень быстро. Он попытался нанести резаный удар ребром ладони, но противница успела парировать его рукой, в которой был зажат шприц. Он терял свое преимущество в силе и уже почти не мог сопротивляться.
Мозг работал на пределе возможностей: боль ослепляла его, заставляла принимать неправильные решения, потому что информация была искажена болью. Лишенные кислорода мышцы ослабли, над головой вновь показалась смертоносная игла.
Думай же! Он обругал себя последними словами: вместо того чтобы предоставить все телу, он решил положиться на мозг! И он сделал то, чего она вообще не ожидала.
Он воспользовался киди– вибрирующим звуком, вызывающим у жертвы чувство животного ужаса, звука, парализующего сознание. Он знал, что на это у него уйдут последние силы, и если это не сработает... – Нефритовая Принцесса!
Это был боевой клич, вопль воина-берсерка, но это было и ее имя – она остолбенела, она и подумать не могла, что он ее узнал.
Он видел, как вздрогнули белки ее глаз, она изумленно открыла рот. И в этот самый момент, пока звуковая волна его голоса эхом металась по маленькой палате, пальцы ее на горле Трейси ослабли.
Он реагировал с быстротой молнии: локоть его вошел ей под правую руку и, в момент контакта, изменил направление движения, нанося мощный удар по ребрам, отчего из груди у нее вырвался короткий хрип.
Рука ее отлетела вверх, и Трейси перекатился влево, двигаясь ей навстречу. Он сокращал дистанцию, не давая свободы маневра. Теперь она моя, подумал Трейси, и ей никуда не уйти, не позволю.
Она пришла в себя намного быстрее, чем можно было вообразить. Она классически блокировала его резаный удар, направленный в печень, и сама перешла к активным действиям, заставив Трейси занять оборонительную стойку. Он надежно прикрыл левую часть корпуса, пропустив, правда, несколько достаточно болезненных ударов в правый бок. Главное, сосредоточить защиту левой, травмированной стороны, но при этом не дать ей понять, что это его главное уязвимое место.