Черное дело

Атеев Алексей Григорьевич

К сему ротмистр

ИВАНМШАТОВ".

На документе имеется резолюция: "В архив".

Санкт-Петербург,

"Этнографическое бюро".

Его сиятельству князю В. И. ТЕНИШЕВУ.

Глубокоуважаемый Вячеслав Николаевич.

С необычайным чувством прочел статью в "Московских ведомостях", посвященную Вашей благороднейшей миссии: осуществлению программы многообразных сведений о русском крестьянстве. Будучи страстным поклонником господина Максимова, я с огромным удовлетворением узнал, что к сей благородной задаче привлечен и этот выдающийся ученый. Надеюсь, поставленная Вами цель найдет свое осуществление.

Ваш призыв к передовой части общества,

к сельской интеллигенции, к разночинцам помочь в собирании данных касательно жизни, быта, а проще говоря, многообразных сведений о народе, не оставил меня равнодушным. Волею судьбы оказавшийся в лесной глуши на границе Европы и Азии, я тем не менее не сошел с круга, не спился, не потерял цивилизованный облик. И спасла меня от нашего русского извечного несчастья - бутылки с горькой - именно этнография. Это мое увлечение теперь, смею надеяться, пригодится и вам и, возможно, внесет вклад (хотя и крошечный) в русскую науку.

Перехожу к сути. Года три назад мне довелось познакомиться со стариком вогулом Петром Чеботаревым. Этот человек достаточно преклонного возраста (по словам, ему сто лет) служил сторожем при Спасо-Никольском храме. Городок Югорск, где я проживаю и по мере сил занимаюсь просветительством, так как являюсь учителем местной приходской школы, весьма небольшой. Все тут друг друга знают, и на Чеботарева мне указали как на знатока вогульских преданий. Надо сказать, что племя вогулов не так давно проживало в окрестностях городка, но лет двадцать или больше перекочевало значительно северней. Именно в ходе длительных бесед с Чеботаревым раскрылась причина, почему кочевники ушли из этих мест. Конечно, его рассказы носят легендарный характер и тем не менее, на мой взгляд, представляют несомненный интерес для изучения этой небольшой народности.

Приведу краткий список рассказа старого вогула. К сожалению, нет возможности передать красочную стилистику Чеботарева. Однако его повествование я постараюсь изложить как можно полнее.

Некогда в здешних местах, вокруг города и дальше на север, проживали люди, которых называли "пор". Но скучилось так, что им пришлось уйти отсюда, и причиной тому стало появление среди них Консыг-Ойка. Кто такой этот самый Консыг-Ойка, из сбивчивых объяснений Чеботарева я не совсем понял. По-видимому, нечто вроде оборотня. Само слово "Консыг-Ойка" переводится как "когтистый старик". По словам Чеботарева, Консыг-Ойка - сын Нуми-Торума, верховного божества вогулов. Время от времени Консыг-Ойка появляется среди людей и имеет обличье человека, но регулярно, а именно в полнолуние, этот человек превращается в медведя. Тогда он становится зверем, убивает соплеменников, а женщин насилует, невзирая на то, является ли жертва его сестрой или матерью. В течение всего полнолуния с человеком, в которого вселился Консыг-Ойка, регулярно случаются превращения: как только луна идет на убыль, он снова становится вполне обычным и зачастую почти ничего не помнит из того, что с ним происходило.

Превращения эти происходят только в те поры, когда медведь бодрствует, а именно начиная с мая и по конец октября. Как правило, человек становится оборотнем, еще будучи мальчиком, в силу сложившихся обстоятельств и по предназначению свыше. Обычно. этому предшествует посещение ребенком могилы первого Консыг-Ойка, которая находится на одном, из островов посреди болот. На самом деле это вовсе не остров, а тело окаменевшего великана Менква, который сам является злым духом. Обычно ребенок, ничего не ведая, попадает на этот остров, и там на него снисходит, дух Консыг-Ойка. Но и после этого превращение происходит не сразу. Ребенку должно исполниться тринадцать лет (по традициям вогулов - возраст превращения мальчика в мужчину), лишь после этого он станет превращаться в животное.

Смысл появления оборотня Чеботарев объяснил весьма приблизительно. По его словам, Нуми-Торумпо-сылает на землю

очередное воплощение Консыг-Ойка в наказание за скудные жертвоприношения и плохое поведение людей. В то же время старый вогул утверждал, что появление оборотня неизбежно, поскольку точно также, как медведь убивает в стаде оленей самых слабых и больных, то и медведь-оборотень истребляет глупых и жадных. Однако, как можно понять, вогулам такие выходки оборотня радости не доставляли. Потому как они всеми силами старались задобрить Иуми-Торума и совершали у места погребения первоначального Консыг-Ойка обильные жертвоприношения. Когда же в силу различных причин оборотень всё же появлялся, от него было очень трудно избавиться, убить его, оказывается, непросто, и выполнить эту нелегкую задачу мог не каждый, а только человек, семья которого издревле занимается подобным промыслом, т. е. убивает оборотней. Такой человек мог уничтожить оборотня чем угодно, хотя бы простой палкой. Главное, нанести ему рану, из которой должна показаться хоть капля крови. Но это необходимо сделать только тогда, когда оборотень находится в облике медведя. Простой же человек, не член семьи охотников-шаманов, уничтожить оборотня не может, даже если бы поразил его в самое сердце. И еще одна деталь. Люди будто бы не могут определить, кто именно среди них является оборотнем. Уж почему такое возможно, я не знаю. Старик не смог четко объяснить. "Не могут определить, и все", - сказал он. Поэтому вся надежда на охотника.

По словам Чеботарева, именно из-за того, чтобы избежать появления новых Консыг-Ойка, родовая группа пор и ушла из мест, где находится гробница самого первого оборотня. "Проще уйти, чем бороться с ним. Крови бывает очень много", - сообщил он. Сам Чеботарев утверждает, что в молодости лично видел Консыг-Ойка и описывает его как огромного медведя с явно человеческими повадками. Например, медведь на его глазах пил чай из медного котелка. Убийства происходят только по ночам. днем же оборотень снова превращается в человека.

Чеботарев намекнул, что существуют еще какие-то способы уничтожения оборотня, которые ему неизвестны. Он также сказал, что последний раз Консыг-Ойка объявлялся лет двадцать назад. Именно тогда вогулы откочевали из этих мест.

Как мне представляется, рассказ старого вогула несет в себе элементы первобытных мифов, в основе которых лежит вера в зооморфного предка, в данном случае в медведя. Вера в оборотня, если я не ошибаюсь, существовала, а возможно, существует- и до сих пор в Западной Европе да и у нас. Только у европейских народов в роли оборотня обычно выступает волк (вер-вольф, волкодлак). Однако и у нас, т. е. в вышеизложенном мной материале, есть много общего с европейскими верованиями. Например, полнолуние (отсюда можно сделать вывод, что у подобных верований скорее всего общий источник).

Что касается правдивости рассказа Чеботарева, то, намой взгляд, некие реальные события, на которые он опирается, видимо, имели место. Конечно, никакого оборотня на самом деле не было. Видимо, племенная верхушка народности пор с целью придать больший смысл перекочевке имитировала образ оборотня Кон-сыг-Ойка. Аля этой цели в медвежью шкуру был обряжен какой-нибудь шаман. Подобный ритуал, очевидно, практикуется издавна и принял вид вполне устойчивого явления. Отсюда и вера вогулов в оборотня.

Возможно, присланный мною материал не совсем подходит к задачам "Этнографического бюро", кои имеют своей целью сбор материалов по истории, традициям, быту, верованиям русских. Но поскольку вогулы - подданные Российской Империи, то считаю приемлемым использование сего материала.

С глубочайшим и искренним уважением к Вашему сиятельству Василий Иванович Окаемов. 3 июля 1899 года.

На материале имеется собственноручная надпись князя В. Н. Тенишева:

"Весьма любопытно. Снять копию, оригинал переслать господину Максимову для ознакомления и комментариев".