Чёрно-белые сны
Шрифт:
Вскоре меня ввезли в кабинет врача, прочесть табличку на двери я не успел.
– Доктор! – девушка закрыла за моей спиной дверь. – У него сломано запястье, вы должны наложить гипс…
Аманда подвезла меня к столу, за которым сидел мужчина средних лет с тёмными волосами и прямоугольными очками на носу. Заметив меня, он встревожено взглянул на мою руку, которую я всё ещё прижимал к груди, встал из-за стола и подошёл ко мне.
– Хм, - он схватился своими цепкими пальцами в моё предплечье и подтянул
Доктор мимолётно взглянул на меня и, прежде чем я успел понять, что он собирается делать, резко вправил моё запястье. Кость громко хрустнула, а я в очередной раз издал короткий, но громкий вскрик.
– Ну, вот и всё, - ласково пробормотал он, словно мне было пять лет. – Осталось наложить гипс.
Доктор отошёл к шкафу и достал оттуда бинт, какой-то раствор и пакет. Вскоре моё запястье уже почти не болело, поскольку я даже не мог им пошевелить из-за твёрдого гипса. Меня отвезли обратно в палату и уложили на кровать.
– Через час у вас начнутся реабилитационные занятия, - ласково пропела Аманда, откатив коляску в угол. – Не вставайте больше с кровати.
Она направилась к выходу.
– И зачем они нужны?
– тихо пробубнил я.
Девушка остановилась и посмотрела на меня.
– Вы будете заново учиться ходить.
Она улыбнулась и вышла в коридор, а я всё так же смотрел ей вслед, думая, что из-за всей этой ситуации мне совершенно расхотелось курить…
Я посмотрел на спидометр. 160 км/ч.
– Сбавь скорость, - попросил я.
– Нет.
– Том, сбавь скорость, пожалуйста, - я встревожено взглянул на брата.
– Я же сказал, что нет! – воскликнул он.
– Я не хочу помирать из-за твоей гордости! – не выдержал я. – Почему нельзя оставить Мишель в покое хоть один раз. Ничего с ней не случиться! Она не маленькая…
– Заткнись!
– Том, хватит! Посмотри правде в глаза! Ты бесишься, потому что она не спросила твоего разрешения!
– Закрой рот!!! – заорал брат.
– Что, правда глаза режет?
Том резко надавил на тормоза, отчего меня бросило вперёд, а из-за ливня, машину занесло и мы остановились прямо поперёк встречной полосы.
– Вылезай из машины! – громко сказал он.
– Что? – я удивлённо вскинул бровь.
– Вылезай, я сказал! – снова крикнул брат. – Я один поеду!
– Том, ты спятил!
Я повернул голову и посмотрел вдоль дороги, где далеко впереди начал рябеть свет. Прямо на нас ехала какая-то машина и совершенно не хотела останавливаться.
– Поехали!!! – заорал я.
– …
– Я сказал, съезжай с дороги!!!
Я взглянул на брата и непонимающе нахмурился. Он смотрел мне прямо в глаза и улыбался. Меня настолько это напугало, что я совершенно забыл про опасность.
– Всё будет хорошо, Билли, - спокойно сказал он, не переставая скалить свои белоснежные зубы.
– Что? – я захлопал глазами. – Что ты, чёрт возьми, несёшь? Трогай!!!
– Успокойся, - его голос стал нежнее, и это напугало меня ещё больше. – Скоро всё закончится…
Том положил мне руку на плечо и слегка сжал. Я потерял дар речи, думая, что брат свихнулся. Несколько секунд мы пристально смотрели друг другу в глаза. Когда на коробке передач замелькал свет, я резко повернул голову направо. Яркая вспышка. Звук свиста резин об асфальт. Удар.
Я резко распахнул глаза и уставился в белый потолок больничной палаты. Успокоив своё дыхание, я стёр со лба холодный пот.
– Ну и сон… - прошептал я.
Несколько минут я бессмысленно пытался прийти в себя и только после этого понял, что уже день. Яркий свет одиноко падал на окружающие меня предметы. В углу я заметил коляску, на которой вчера ездил на реабилитацию. Какой-то мужчина, кто именно он был, я так и не понял, следил за тем, как я пытаюсь с помощью рук, держась за какие-то перекладины, пройти эти несчастные несколько метров. Ходить было намного труднее, чем я ожидал, особенно, если учесть, что моя рука была сломана. Но всё же я выдержал эти мучения, за что мне даже разрешили посмотреть телевизор, правда, недолго.
Через пару часов в дверях палаты появилась радостная физиономия Томми.
– Привет, братик, - он закрыл за собой дверь и, слегка запыхавшись, подошёл ко мне. – Что с твоей рукой?!
– Да… - я отвёл глаза в сторону.
– Встал, упал, сломал… Не важно, заживёт…
Брат недовольно поджал губы.
– Я тебе кое-что принёс, - Том вдруг улыбнулся и положил мою кожаную сумку мне на колени. – Специально раньше всех пришёл… Они скоро будут…
Он подошёл к окну и распахнул его, отчего в палату ворвался свежий и приятный ветерок. Я раскрыл сумку и начал в ней рыться. Телефон, какой-то хлам, который я постоянно здесь ношу, кошелёк, хотя я не имел понятия, что в больнице можно купить; тетрадь с моими стихами, леденцы и…пачка сигарет с зажигалкой.
– Сигареты? – я улыбнулся, посмотрев на Тома, как на спасителя.
– Знаю, что сюда нельзя, но я не удержался, - он усмехнулся.
Я покосился на дверь, словно ожидая, что сюда вот-вот ворвётся медсестра и отнимет пачку, и, захлопнув сумку, положил её на тумбочку.