Черная радуга
Шрифт:
Со скамейки, впереди их, поднялся Дамир, коренной парковый житель. Он почуял неладное.
— Ну чё, братаны, добавить? — вопрос был задан как бы между делом, с полным отсутствием заинтересованности. Но Фазыла ли было купить на такую дешевую уловку?
— Что ты, Дамир? — уныло махнул он рукой. — Сами ищем, кому на хвост упасть. Вот, на троих полтинник. — И он выразительно похлопал ладонью по пустому карману.
— А идете куда? — подозрительно спросил Дамир.
— Да чё у входа кучковаться? Все пустые… Может, там
Фазыл неопределенно махнул рукой вперед. На подмогу вступился Леха. Он озабоченно провел руками по карманам, укоризненно покачал головой сам себе и спросил у Дамира:
— Братан, курево есть? Веришь-нет, с вечера «бычка» во рту не было.
Дамир вздернул острые плечи, удивляясь:
— Что ты? Откуда? — и, сразу потеряв к компании всякий интерес, уныло побрел на свою скамейку.
Компания прошла дальше и завернула за сквозной забор танцплощадки. Фазыл быстро огляделся по сторонам — никого не было. Тогда он шустро метнулся к мусорной куче, деловито порылся в ней и вытащил пустую бутылку.
— Вот вам и двадцатчик, — сказал Фазыл торжествующе. — Вчера приначил, как знал, что сегодня занадобится.
— Дай сюда! — Леха вырвал из его рук бутылку и, задрав рубашку, сунул бутылку под ремень.
Они ссыпали в его ладонь всю свою мелочь; Леха еще раз, на глазах у всех, пересчитал ее — чуть не достанет, иди потом докажи, что не отначил, и, убедившись, что нужная сумма есть, аршинными шагами припустил в магазин. Углов с Фазылом постояли пяток минут в нетерпеливом, жаждущем ожидании, потом Фазыл не выдержал.
— Пошли, Угол, — сказал он, устремляясь вперед.
Углов и сам не мог дольше оставаться на месте, ведь они доверили Лехе все свои деньги, и хотя обмануть их он, конечно, не осмелился бы, но чем черт не шутит — вдруг по дороге прискребутся «менты» или случится еще что-нибудь необычайное. Тут-то и пришлось бы кинуться на подмогу. Хотя, что была «ментам» за польза от Лехиного уловления? Таких, как он, они старались не замечать: нигде не работает, в карманах шаром покати, нечем даже заплатить за ночевку в вытрезвиловке, — мало было, что ли, у «ментов» других забот? Разве что шуганут когда, для смеха.
Углов вывернул из парка и остановился. Он издали приметил спешащего навстречу Леху. Магазин был недалеко, и долгоногий Леха слетал на удивление моментально.
Фазыл облегченно вздохнул:
— Идет.
Они вернулись назад. «Пятачок» ждал их. Углов поискал глазами поверху.
— Да вот же! — Фазыл поднялся на цыпочки и сдернул с обломанного сука липкий граненый стакан. Семен перенял стакан и ополоснул его в арыке. Фазыл нагнулся к мусорной куче и сорвал пучок растущего около нее щавеля. Закусон и посуда были готовы, бутылка шла им навстречу.
Леха подскочил, задыхаясь от быстрой ходьбы.
— Так, — сказал он, вынимая бутылку. — А ну давай по-шустрому, а то вроде меня по дороге Дамир засек.
Все засуетились.
Леха зашелся в беззвучном смехе. Он тыкал пальцем в сторону ушедшего Дамира и с трудом выдавливал из себя:
— Не обломилось!
Фазыл строго остановил его:
— Чего зазря зубы скалишь? Не видишь, болеет человек.
Леха мигом взъерошился.
— Ну так налил бы! Чё ж не отначил от своей доляны?!
— На всех не отначишь, — нравоучительно заметил Фазыл. — А ржать не над чем. Сами только что помирали.
И Фазыл тяжело вздохнул:
— Эх, жизнь наша бекова. Не жизнь, а цирк…
— Почему — цирк? — заинтересовался Леха.
— А я в цирке в детстве видел, — охотно отозвался Фазыл. — Лежит мужик на кресле, да вверх ногами, лежит и бочку на пятках крутит. Вот так и мы — живем как вверх ногами, аж голова кружится. — Он сплюнул. — Антиподы, что ли, называются такие мужики, — с гордостью припомнил полузабытое слово.
— Нет, — вступился Леха. — Не антиподы, а антиподисты. — Леха был грамотный в прошлом человек. Поговаривали, что он когда-то ходил в больших чинах и имел диплом инженера.
— Земля-то ведь круглая. Антиподы — это те, что с другой стороны живут.
У Фазыла разом вспухли на скулах малиновые желваки.
— Ученые сильно стали, — свирепо проскрежетал он. — С той стороны…
Леха опасливо попятился.
— Все беды от вас, от таких вот шибко грамотных, уже землю в шар превратили! Да ты раскрой глаза, ты погляди! — Фазыл яростно потыкал в стороны кривым пальцем. — Где ж тут круглость? Не видишь уже, глаза застило? Ровное же все, как блин ровное!
— А космонавты? — попробовал было возразить отступивший от предосторожности Леха. — Они-то видали ведь, что круглая.
— Видали? — Фазыл возбужденно засмеялся. — А ты откуда знаешь, чего они там видали? Они наговорят, держи уши…
Фазыл был абсолютно уверен, что все эти грамотеи, эти профессора да космонавты — просто одна хитрая шайка-лейка, где все они покрывают друг друга, чтоб только ловчей обманывать таких вот простецов, как он. Ведь темное профессорское невежество явно било в глаза: это надо же было на весь свет объявить землю круглым шаром, да еще упрямо стоять на этой очевидной нелепости. Конечно же, одни жулики прикрывали своим дутым авторитетом других, и как же было обидно — и те и другие жили просто припеваючи!