Шрифт:
Альберт Кайков
Родился 8 мая 1932 года в г. Аше Челябинской области в семье служащих. Мать, Кайкова Мария Алексеевна, – учительница, отец, Кайков Сергей Федорович, – строитель.
Перед Отечественной войной семья переехала на постоянное место жительства к Черному морю, в Анапу. Началась война, отец ушел на фронт, мать с тремя детьми и бабушкой оказалась на оккупированной территории. Альберт был старшим из детей. Семья жила впроголодь. Все помыслы были направлены на добычу
В 1948 году семья Кайковых переехала в Новосибирск, где он в том же году на рыбалке познакомился с писателем Кондратием Никифоровичем Урмановым. Вскоре под его руководством стал редактором стенной газеты «Молодой охотник» в коллективе охотников и рыбаков ДСО и писал свои первые рассказы о рыбалке и охоте.
После окончания школы в 1951 году уехал во Владивосток и поступил учиться в Высшее военно-морское училище им. С.О. Макарова, окончив которое, служил на кораблях Камчатской флотилии.
В связи с сокращением Вооруженных сил Советского Союза в 1958 году уволен в запас.
Вернувшись в Новосибирск, получил второе высшее образование на очном отделении Новосибирского инженерно-строительного института. Затем работал на стройках Новосибирска и заполярного города Игарки.
После Заполярья двадцать шесть лет работал в администрации Новосибирской области начальником инспекции Государственного архитектурно-строительного надзора.
Литературным творчеством увлекся, выйдя на пенсию. Первая книга прозы «Потерянное детство» издана в 2010 году. Затем одна за другой выходят книги «На заполярной широте», «Встреча через полвека», «Флотские будни», «В Туруханской тайге», «По жизни с друзьями», «Близкие сердцу». «Под северным небом» и другие. Член Союза писателей России.
Проживает в Новосибирске. Продолжает увлекаться охотой, участвует в работе творческих коллективов, часто выступает в школах перед учениками со своими произведениями.
Адрес: 630105, Новосибирск, ул. Рельсовая, дом 7, кв. 115. Телефон: 8913-75-66-292
От автора
Теплоход «Валерий Чкалов» в июле 2014 года отошел от причала Красноярского порта и взял курс на север. Остались позади речной вокзал, гостиница «Огни Енисея», удалялся все дальше и дальше коммунальный мост, соединяющий два берега реки, на которых раскинулся город. Пассажиры столпились у борта и любовались панорамой большого города, который вскоре растаял в утренней дымке, и судно оказалось среди просторов могучего Енисея. В безветренную погоду река спокойно несла свои воды в Северный Ледовитый океан. В лучах утреннего солнца она казалась темно-синей и суровой.
По радио туристов пригласили в ресторан на завтрак. За столом собрались люди разных возрастов, незнакомые друг с другом. После завтрака руководитель туристической группы, представившаяся Ириной Александровной, предложила каждому коротко рассказать о себе. Я слушал невнимательно. Меня не интересовали биографии туристов. Мне хотелось скорее увидеть места, в которых жил полвека тому назад, узнать, какие изменения произошли за этот срок. Мое внимание, однако, привлек рассказ симпатичной стройной женщины в белой кофточке и белых брюках.
В детстве Глафира Александровна Грудзинская проживала в Заполярье и хотела, как и я, посмотреть знакомые места. За
В Идринском
В тот год декабрь выдался снежным. По лесной дороге мелкой рысью трусила лошадь, запряженная в сани, нагруженные стопой коровьих шкур. Перед шкурами на охапке соломы в овчинном полушубке сидела молодая женщина – Миля Грудзинская. Ее голова, повязанная шерстяным платком, покачивалась и склонялась в дреме. Она опустила вожжи, предоставив лошади свободу. По обе стороны дороги лежали сугробы, и лошадь не могла свернуть с накатанного пути. День клонился к исходу, небо заволокло темными тучами, в лесу стоял полумрак.
Внезапно лошадь дернула сани и понеслась во всю прыть. От внезапного рывка Миля ударилась спиной о шкуры. Ее дремота мгновенно улетучилась. Оглянувшись назад, увидела стаю волков, мчавшихся по дороге. Она ухватилась руками за сани, чтобы не вывалиться на поворотах. Ее охватил страх. «Только бы не догнали», – думала она. Один волк вырвался вперед и стал приближаться к саням. Вот он поравнялся с санями, намереваясь догнать лошадь и вцепиться в нее. Миля видела его раскрытую пасть с красным языком и белыми зубами. От его сосредоточенных глаз веяло ужасом. Она пожалела, что никогда не брала с собой кнут. Сейчас можно было бы хлестнуть по серой голове зверя и не дать ему возможности догнать лошадь. Миля попыталась поднять верхнюю шкуру и ударить ею волка. Шкура оказалась твердой и тяжелой как железо. Тогда она столкнула шкуру под ноги хищнику. Он споткнулся и кубарем покатился по дороге. Подоспевшая стая сгрудилась около него. Волки рвали сброшенную шкуру или раненого собрата. Воспитанная в комсомоле, Миля не верила в Бога, но в экстремальной ситуации вспомнила о нем и прошептала: «Господи, помоги лошади уйти от погони…»
Село Идринское Красноярского края, основанное в 1736 году, раскинулось на берегах реки Сыды, впадающей в Идру, которая, в свою очередь, впадает в Енисей. С трех сторон его окружала сибирская тайга. Вдали возвышались горы Крапивиха и Колываниха. Дома в селе добротные, рублены из красного леса, вытянулись по прямым улицам вдоль реки. Достопримечательностью села была каменная церковь, выстроенная в 1914 году и освященная в честь Георгия Победоносца. После революции церковь закрыли, а в шестидесятые годы – разрушили. У каждого дома – огород и надворные постройки.
Один из лучших – крестовый дом Михайловых. Он выделялся открытой террасой, на которой часто собирались родственники за кружкой чая. Постоянными атрибутами чаепития были самовар и примус. Дом отличался резными карнизами, наличниками и филенчатыми ставнями. В погребе под домом хранились картофель, овощи, всевозможные соленья и варенья. На участке размещались сарай, амбар, погреб, баня, навес, огород и сад, примыкающий к лесу. Под развесистой сосной стоял столик с точеными ножками, как у рояля, выполненный руками хозяина.