Чемпион
Шрифт:
На стенах укрепления стали один за другим появляться мои пауки. Сразу четверо. Шершни с размаху врезались в купол кинетического барьера, ломая жала и конечности. Лишь половина из них успела притормозить и сманеврировать, меняя свою цель: солдаты, спрыгнувшие вниз для уничтожения муравьев, все еще оставались беззащитными. Им наперерез отправился рой моих заклинаний: плазменных ракет с самонаведением. Хорошее оружие, но требует точного визуального контроля. Да и тратить собственную ману в самом начале боя — не лучший вариант. Но что поделаешь, людей тоже не хочется терять по-глупому, так что я вмешиваюсь, когда ситуация становится
Через мгновение от роя шершней остались одни лишь кровавые ошметки.
— С-спасибо, ув-важаемый, — отсалютовал мне парнишка своей катаной.
— Ты лидер, Эйнир, тебе нельзя теряться или тем более заикаться, — передал я свой голос с помощью одного из пауков. — В следующий раз, кричи «Бежим», ладно?
— Д-да, наставник! — он поклонился.
О, боги, нужно было с самого начала упростить эти дурацкие команды. Я вроде бы и сам против возрастной дискриминации, но ставить командирами детей? По-моему, Амелия слишком сильно на них давит!
В штабе нас всего трое: Амелия, Ларс и я. Мое прежнее тело было уничтожено взрывом, но из пауков-репликаторов можно собрать почти любую форму, в том числе и гуманоидную, так что это не проблема.
На нашем столе большая голограмма муравейника, на которой в реальном времени отражаются все события, происходящие внутри: оборонительные посты, группы атакующих, позиции армий врага. Беспилотников у меня нет, но сейчас повсюду разбросаны пауки, которые и следят за ситуацией, поочередно передавая картинку на камеры Широ. К тому же, у нас датчики движения по всему периметру улья.
— С ними все хорошо? — поинтересовалась девочка, видя, что я отвлекся на точку прорыва шершней, над которой висела иконка с лицом Эйнира.
Мне кажется, или ее голос дрогнул? Индикатор волнения над головой Амелии окрасился алым. Хе-хе, а ведь тут что-то большее, чем просто беспокойство командира за подчиненных. Этот малец? Вот уж ни за что бы не подумал!
— Да, мои куклы прикрыли их, так что обошлось без потерь, — ответил я, скрывая улыбку.
Способность Амелии имеет свои ограничения. Ее яд, а точнее, нанороботы, которые вырабатывает ее тело, распространяются по большой площади, уничтожая любую органику. Если во время действия способности открыть портал во вражеский лагерь, то можно выжечь его одним ударом. Но эта тактика бесполезна, если разбить армию на тысячи небольших отрядов. Цепной реакции не возникнет, основной удар примет на себя лес, а мы впустую потратим свое единственное супероружие. Так что насекомые поступили очень предусмотрительно, рассредоточив свои войска по огромной территории вокруг крепости.
Мирные жители скрываются в одной из камер в самом центре улья. Добраться сюда непросто да и стены зала сделаны из прочной «жвачки» насекомых. Думаю, когда-то это были покои королевы муравьев. Именно эту часть крепости мы должны будем защитить любой ценой. Если враги прорвутся и нарушат герметичность камеры, то Амелия не сможет использовать свою способность, которая уничтожает все живое, не разбирая, где друг, а где враг.
Сейчас насекомые пробуют нас на зубок, выясняя минимальный объем живой силы, которая вынудит нас применить способность Амелии. С каждой новой волной количество войск, которые они отправляют, удваивается. Королева пауков наверняка не предупредила союзников, что ей удалось «захватить» тело вражеского командира.
На третьей волне мы стали нести потери. Не помогла даже оперативная поддержка моих пауков. Через многочисленные порталы солдаты переносили раненых товарищей. Несколько тел погибших уже лежало в углу, их накрыли темной тканью. Если ничего не предпринять, следующая волна наверняка станет для многих последней. Мои союзники нахмурились. Мы все понимаем, что этого нельзя было избежать, но все равно, очень неприятно сознавать, что все эти ужасы происходят с нашего молчаливого согласия. Я уже не говорю о том, что у меня самого в резерве девяносто тысяч солдат-зомби, но выпускать их прямо сейчас было бы грубой стратегической ошибкой.
— Пора, — Ларс высказался первым.
— Да, я знаю, — кивнула Амелия.
— А вот мне кажется, что стоит еще немного подождать, — добавил я свою ложку дегтя, наблюдая за маневрами врага.
— Но если мы не… — начал было Ларс.
— Это блеф, — перебил я его. — Они же специально начали атаковать малыми группами, каждый раз удваивая свои войска. Иллюзия предсказуемости. Следующая волна не будет вдвое больше, она будет такой же, как и предыдущая. Нам просто нужно продержаться еще немного.
Амелия и Ларс переглянулись. Да, непросто принимать такие решения. Девочка кивнула.
— Хорошо, думаю, ты прав. Подождем еще немного.
Следующие пять минут оказались для всех нас тяжелым испытанием. Даже с ускорением мышления и параллельным сознанием я с трудом поспевал реагировать на многочисленные события, которые происходили на поле боя. Новая волна действительно не отличалась от предыдущей, вот только насекомые отправили несколько десятков человекоподобных, которые доставляли немало проблем командирам-истребителям. Мне пришлось взять на себя защиту армии и даже задействовать еще один козырь — Фрину.
Девушка-термит уже стала старшим нефилимом и получила свою первую суперспособность. Правда, это было вовсе не открытие порталов между мирами. «Варп-удар» — вот что ей досталось. Одна из мощнейших атакующих способностей, которая позволяет разрушать любую материю с помощью прыжков-телепортаций. Все, что находится на пути движения, просто дезинтегрируется и превращается в пыль. Пожалуй, единственной надежной защитой может служить лишь божественный барьер, вроде того, которым Селеста окружала ядро своего подземелья.
В общем, я передал Палочнику список координат и очень скоро с высшими насекомыми было покончено. Фрина прошла через арку портала, который я открыл специально для нее, и протянула Амелии Системное оружие.
— Вот теперь точно пора, — подытожил я, создавая новый портал, ведущий в геометрический центр Улья, то самое место, откуда лучше всего активировать ужасную способность нашей главнокомандующей.
Тихий сельский уголок: сады, огороды, скромная хижина кого-то из местных. Птицы щебечут, бабочки порхают, солнечные лучи пробиваются сквозь кружевной свод, одним словом, идиллия. Вслед за Амелией отправился только я. Живым здесь не место. Прости, природа!