Чемоданчик Пандоры

Александрова Наталья Николаевна

Вера видела из окна, как они садились в джип – Ромка с разбегу прыгнул на свое привычное место впереди. Джип выехал на улицу. Вера нашла в буфете непочатую бутылку коньяка, спиртное тоже привез парень от Виктора Андреевича вместе с документами. Она выпила сразу полстакана и решила, что не худо бы коньяк чем-то заесть. Тут же, в буфете, лежало несколько плиток шоколада. Вера открыла черный горький, но вспомнила глаза Рудина и, разломав плитку на мелкие кусочки, спустила все в туалет.

Прошла неделя.

Вере скучно было сидеть дома одной без Ромки, она потихоньку выбиралась по делам. Ребра беспокоили меньше, даже спать она теперь могла лежа. Вера съездила в музей, чтобы закрыть больничный и получить кое-какие деньги, ей не давало покоя бабушкино колечко в ломбарде, было бы жаль его потерять. Директриса Анна Ивановна встретила ее приветливо и даже выдала материальную помощь из своего личного фонда.

Вера выкупила вещи из ломбарда и теперь присела во дворе на скамеечку, потому что солнышко грело по-весеннему и не хотелось подниматься в пустую квартиру. Бабушкино колечко было чуть великовато, но зелененький камушек так приветливо подмигивал Вере, как будто хотел сказать, что все будет хорошо.

Во двор въехал черный джип, из него выскочил несуразный черный пес и, припадая на левую переднюю лапу, устремился к Вере. Хвост его мотался, как черный пиратский флаг на рее.

– Ромка! – ахнула она.

Ромка, счастливо повизгивая, умостил морду у нее на коленях и затих. Через некоторое время пред Верины очи явился его хозяин.

– Мы делали рентген, – сообщил он, – вот заехали вас проведать. Ромка очень просил.

Вера взглянула с подозрением – нет, никакого подвоха, смотрит спокойно, улыбается, и от этой улыбки в глазах цвета горького шоколада зажглись золотистые искры. Вера внезапно подумала, какая дура бывшая жена Рудина, живущая в соседнем дворе, что упустила такого мужчину. Она тут же опомнилась – да ей-то какое дело!

– Что еще вам сказал Ромка? – сухо спросила она.

– Он очень скучает, – вздохнул Рудин, – я уезжаю на целый день, он нервничает и воет. И вот я подумал, может, вы смогли бы пожить у нас некоторое время? Там чудный воздух, и дом большой…

Вера тут же смекнула, что он боится доверить Ромку постороннему человеку, оттого и зовет ее в няньки.

– Вам пошла бы на пользу жизнь на свежем воздухе, – сказал Рудин, и Вера сразу поняла, что он расспрашивал про нее у Розалии Яковлевны.

Но сейчас это не было ей неприятно – человек интересуется по-хорошему, хочет помочь. В конце концов, она спасла его собаку.

У нее больничный еще полтора месяца, прикинула Вера, потом можно будет взять отпуск или вообще уволиться из музея, который ей осточертел до колик. Можно будет поработать над статьей или над диссертацией, а еще она хочет написать книгу… И совсем не плохо будет узнать этого мужчину поближе…

– Скажите, – Вера без опаски поглядела в глаза цвета горького шоколада, – нет ли среди ваших предков одного такого молодого человека, про которого писал Иван Сергеевич Тургенев?..

Надежда

Николаевна посмотрела на часы. Муж должен был прийти с минуты на минуту. В квартире порядок, обед почти готов, Бейсик трется у ног, намекая на то, что его пора кормить… Красота! Что еще нужно женщине для счастья? И никакого криминала, никаких расследований, никаких детективных историй!

Раздался знакомый звонок. Надежда вытерла руки о передник и пошла открывать. Конечно, Сан Саныч мог бы открыть дверь сам, но ему приятнее, если это сделает жена…

В руке у мужа был большой полиэтиленовый пакет.

– Ой, что это? – Надежда потянулась к пакету. – Это мне? Ты такой заботливый…

– Вообще-то нет… – Сан Саныч вытащил из пакета кейс.

Вишневый кожаный кейс! С кодовым замком!

– Что это такое? – Надежда Николаевна вытаращила глаза и села на мягкий пуфик..

– А что? По-моему, очень хороший чемоданчик!

– Откуда он у тебя?

– Да понимаешь, приехали компаньоны нашей фирмы из Дивногорска и по поводу удачно заключенного контракта сделали всем подарки. А что, тебе разве не нравится? Отличный кейс, дорогой, наверное… кожа очень хорошая… а то я хожу со своим старым портфелем, которому самое место на помойке… перед людьми стыдно!

– Да-а? – с сомнением протянула Надежда. Она представила, как муж будет каждый день ходить на работу с этим кейсом, постоянно напоминая ей о только что перенесенных неприятностях… точно такой же кейс, как тот – вишневая кожа, кодовый замок! Она осторожно дотронулась до чемоданчика. – А почему он такой тяжелый? Там внутри ничего нет… опасного?

– Да что ты, Надя! Наши компаньоны – очень приличные люди! Как ты могла подумать! Да я сейчас открою, и ты сама увидишь…

Сан Саныч подергал замок и удивленно проговорил:

– Не открывается…

– Ну конечно, не открывается, это же кодовый замок! А шифр-то ты знаешь?

– Вообще-то нет… я еще не разобрался… но кажется в инструкции сказано, как поступать в таком случае…

– Так посмотри в инструкции!

Сан Саныч поставил кейс на банкетку и смущенно потупился:

– Ты знаешь, я инструкцию положил внутрь, а потом захлопнул чемоданчик!

– Умно! – Надежда покачала головой. – И что же теперь делать?

– Позвоню Людочке, нашей секретарше!

– Интересно, при чем тут Людочка? – проворчала Надежда. – Ты ей звонишь по каждому поводу. Это уже начинает наводить меня на размышления!

– Ну, Надя, не говори глупостей! – Сан Саныч покраснел. – Просто таких чемоданчиков несколько, может быть, Людочка найдет инструкцию… – и с этими словами он исчез в комнате.

– Ох уж эта Людочка! – пробормотала Надежда. – Доберусь я до нее!

Вдруг она принюхалась и бросилась на кухню: оттуда донесся запах подгорающей рыбы.

Не успела она приструнить рыбу и снова навести на кухне порядок, как из прихожей донесся истошный вопль мужа: