Chemical Wedding
Шрифт:
Хоуп отошла от шкафа и с задумчивым выражением лица покопалась в сумке.
— Не то чтобы меня прямо-таки удивило или шокировало, что декан является бывшим Пожирателем смерти… — решилась озвучить она. — Но всё равно, как-то это всё внезапно.
— Это да, — кивнула Тори, усаживаясь на диван; помимо двуспальной кровати, платяного шкафа и широкого дивана напротив окна, в комнате находился письменный стол, сундук и два венских стула. — Но, как бы наверняка на это сказала бы доктор Мачкевич: «разве данный факт не придаёт ему дополнительного шарма?» — толкнув на нос воображаемые очки и вскинув брови, изобразила Тори.
Хоуп тихо
— Опять же, профессор Дамблдор не может не знать об этом «факте», и раз декан всё же преподаёт под его началом, значит, он свободен от каких-либо обвинений… — подумав, высказалась она.
— Оно, конечно, да… Но под началом профессора Дамблдора так же работал и профессор Люпин, — многозначительно подняла вверх указательный палец Тори. — Впрочем, лично я не стала считать его неблагонадёжным типом даже после того, что рассказал о нём профессор Снейп. Собственно говоря, сейчас, по сути, с профессором Снейпом произошло ровно то же, что с профессором Люпином, только что публики, считай, не было.
— Согласна, — кивнула Хоуп. — Кстати, судя по всему, доктор Мачкевич знала всё о них обоих с самого начала — если вспомнить, она несколько раз такие оговорки делала… Мы и сами могли бы догадаться, но раз не догадались, значит — это совершенно неважно!
Сойдясь на этом, девушки быстро закончили разбор вещей и, поразмыслив, решили найти Иванну. По дороге они стукнулись к Снейпу, чтобы выяснить, не желает ли он присоединиться к их походу, но того в комнате не обнаружилось, так что пришлось идти без него. Поиски, впрочем, завершились не начавшись. На площадке перед лестницей в одном из больших кресел, стоящем под кадкой с цветущим гибискусом, обнаружился клубок из трёх спящих кошек. Одной из них была уже знакомая девушкам угольно-чёрная Пиночет, две другие — полосатки, первая бело-рыжая, вторая — чёрно-коричневая с белым, в точности как анимагическая форма Иванны (последняя кошка, впрочем, при ближайшем рассмотрении оказалась здоровенным, раза в полтора больше, нежели кошки, котом). Три кошака разом были признаны интереснее одной Иванны, так что поиски отложились на неопределённый срок.
Десять минут безмолвного умилённого любования были прерваны звуками приближающихся шагов и голосов. В лестничный холл взошёл Янко, ведя за собою гостей: женщину его лет, бесспорно красивую, но с крайне кислым выражением лица, и представительного седовласого мужчину с лихо закрученными усами. Заметив англичанок, Янко, наконец, лично смог их поприветствовать, после чего представил друг другу их с Хайдарагой и Яблонской. Хайдарага немедленно заумилялся на кресло, также отметив сходство кота с иванниной звероформой. Яблонская при виде дремлющих зверьков скроила очередную вариацию на тему скучающего выражения лица.
Попросив Хайдарагу подождать немного, Янко повёл Яблонскую заселяться в свою бывшую комнату. Свои вещи, которые, к счастью, не успел разобрать, он быстро перекинул в соседнюю, Адину комнату.
Хайдарага тем временем разговорился со Смитами, которым было чрезвычайно интересно пообщаться с живым преподавателем предмета, отсутствующего в их школьной программе. Вернувшийся вскоре Янко пригласил Хайдарагу
Дождавшись Ади, которая сменила свой спорный костюм на летний цветастый сарафан, Смиты, под предводительством оной, быстро изучили второй этаж гостевого крыла и спустились вниз, как раз чтобы обнаружить в холле задумчиво озирающуюся по сторонам Василису, которую встретила выползшая на звук гонга сонная Евгения, решившая, что прибыл её супруг. Степан, на самом деле, никем не замеченным прибыл чуть раньше и застрял в кухне, обсуждая с Гораном и спустившимся туда же Мирославом какие-то квиддичные новости.
Взяв под своё крыло ещё одну Иваннину ассистентку, Адя представила её Смитам и повела всех троих обратно на второй этаж, заселять Василису. К сожалению, кошки, решившие, что площадка перед лестницей становится проходным двором, сменили место дислокации и пока не были видны. Дожидаясь, пока Смиты помогут Василисе разложиться, Адя выбралась на балкон чайного салона, выходящий на сторону сада, и смогла рассмотреть палаточный лагерь, возводимый под предводительством Иванны. Туда-то она и повела девиц, когда они, наконец, покинули свою комнату. По пути она заглянула на кухню и сообщила Горану о том, что у него появились соседи; тот заинтересовался и пошёл с дамами в сад.
— Ох, ну, вроде бы, все в сборе, — констатировала Иванна, поприветствовав Василису и поинтересовавшись у барышень, как они разместились и всего ли им хватает. — Ну, кроме Куканье, которая теперь не Куканье вовсе, а Тсучия, — уточнила она, глядя, как Горан братается со старыми знакомцами — бывшими аспирантами Сквисгааром, Фадеем и Евой, и знакомится с «новобранцами», аспиратами кафедры Алхимических наук Фридрихом и Фредерикой, оказавшимися близнецами.
— О, они уже наверняка скоро будут, — глянув на часики, сказала Адя. — Если я не ошибаюсь, у Дайсукэ сегодня концерт в Праге — точнее, уже закончился недавно.
— Его ещё и Дайсукэ зовут? — сделала жалобное лицо Иванна. — Вот точно, она по имени мужа выбирала!
— О-о, ваша подруга — жена Дайсукэ Тсучия, и они оба сегодня будут здесь в гостях? — оживилась Хоуп.
— Ты его знаешь? — удивилась Иванна.
— Это очень популярный певец, композитор и мультиинструменталист из Японии, — пояснила Хоуп. — Он исполняет различные народные и классические вещи, и свою музыку тоже пишет.
— Да-да, очень талантливый, — подхватила Тори.
Даже Василиса не преминула сообщить о своей осведомлённости в этой области и добавила, что прошлым летом была с матерью в Японии на его концерте, и это было нечто.