Человек Плюс
Шрифт:
Его не слышали.
Он знал, что ранцевый брат все еще держит передатчик отключенным. Он знал, что его восприятие искажено, что дракон — не дракон, а гориллы — не гориллы. Он понимал, что если не сможет вырвать управление у компьютера, то скорее всего, произойдет что-то очень скверное: его пальцы медленно и незаметно сжимались вокруг куска лимонита размером с бейсбольный мячик.
И еще он знал, что никогда в жизни не был так близко к тому, чтобы сойти с ума.
Роджер сделал еще одну
Дракон — не дракон. Это марсианский вездеход.
Обезьяны — не обезьяны. Это Брэд и Дон Кайман.
Они не угрожают ему. Они прошли весь этот путь, сквозь ледяную марсианскую ночь, чтобы найти его и помочь.
Он повторял это снова и снова, как молитву, но что бы он ни думал, он оставался бессилен предотвратить то, что делало его тело. Пальцы схватили камень, тело приподнялось, и рука с предельной точностью запустила камень в фару вездехода.
Длинный язык застывшего огня погас.
Света мириад горящих звезд было вполне достаточно для зрения Роджера, но Брэду и Кайману от них толку не будет. Он заметил, как они (все еще гориллоподобные, все еще отвратительные и ужасные) тычутся вслепую и сообразил, что делает его тело сейчас.
Оно ползло к ним.
— Дон! — закричал он. — Берегись!
Голос ушел не дальше его головы.
Это безумие, повторил он себе. Я должен остановиться!
Он не мог остановиться.
Я знаю, что это не враги! Я не хочу причинить им ничего плохого…
Он продолжал двигаться вперед.
Теперь он был почти уверен, что слышит их голоса. При нормальных обстоятельствах на таком расстоянии передатчики оглушали бы его, не будь автоматической регулировки громкости. Даже в таком состоянии, как сейчас, к нему что-то просачивалось.
— …где-то здесь неподале…
Да! Он даже разбирал слова, и голос, это наверняка был голос Брэда.
Он заорал, призвав на помощь все свои силы:
— Брэд! Это я, Роджер! Кажется, я собираюсь убить вас!
Непокорное тело упрямо продолжало ползти вперед. Услышали? Он заорал снова, и на этот раз увидел, что оба замерли, прислушиваясь к еле слышным крикам.
Прошелестела еле слышная ниточка голоса Каймана:
— Я точно его слышал, Брэд.
— Слышал! — взвыл Роджер, стараясь использовать единственную возможность. — Берегитесь! Мной управляет компьютер! Я пытаюсь справиться, но… Дон!
Теперь он уже узнал его, по неестественно вытянутой руке скафандра.
— Беги! Я могу убить тебя!
Он не разобрал их слов, они были громче, но оба закричали одновременно, и в результате получилась мешанина. Тело не отреагировало, продолжая продвигаться вперед, как неслышная смертоносная машина.
— Я не вижу тебя, Роджер!
— Я в десяти метрах к югу — да, к югу
Шлем священника блеснул в звездном свете, обернувшись к нему, потом Кайман повернулся и бросился бежать.
Тело Роджера вскочило и прыгнуло следом.
— Быстрее! — надрывался Роджер. — О Господи! Ты не успеешь…
Даже со здоровой рукой, даже днем и даже без отягощающего скафандра, у Каймана не было ни малейших шансов убежать от безукоризненно функционирующего тела Роджера. Сейчас бег был пустой тратой времени. Роджер ощутил, как его механические мускулы готовятся к прыжку, как тянутся вперед руки, готовые вцепиться и рвать…
Вселенная завертелась вокруг.
Что-то ударило его сзади, и он полетел наземь. Мгновенная реакция заставила его обернуться еще в падении, вцепиться в тварь, прыгнувшую ему на спину. Брэд! Он почувствовал, как Брэд лихорадочно что-то нащупывает — какую-то часть его…его…
Его пронзила самая неизмеримая боль, и сознание погасло. Словно щелкнули выключателем.
Звуков не было. Света тоже не было. Не было осязания, запахов и вкусов. Потребовалось немало времени, чтобы Роджер вообще понял, что он в сознании.
Однажды, еще в институте, на мини-семинаре по психологии, он вызвался добровольцем на часовую процедуру в ванне сенсорной изоляции. Час показался вечностью, не было никаких ощущений, ничего, кроме слабых, незаметных знаков жизнедеятельности самого тела: мягкий стук сердцебиения, шелест дыхания в легких. Сейчас не было даже этого.
Не было очень долго. Он понятия не имел, как долго.
Затем он ощутил смутное копошение в его внутренней полости. Ощущение было очень странным, трудно определимым: словно печень и легкие незаметно меняются местами. Это продолжалось некоторое время. Над ним что-то проделывают. Он не знал, что.
Потом голос:
— …нужно было с самого начала сажать генератор на поверхность.
Кайман?
И ответ:
— Нет. Так он работал бы только до линии горизонта, в лучшем случае пятьдесят километров.
Вот это наверняка была Сьюли Карпентер!
— Тогда нужно было предусмотреть релейные спутники.
— Не думаю. Слишком дорого. И потом, заняло бы слишком много времени — хотя это в конце концов сделают, когда ННА, русские и бразильцы высадят сюда собственные группы.
— В любом случае, идея была идиотской.
— В любом случае, теперь все будет в порядке, — рассмеялась Сьюли. — Тит и Динти отцепили всю систему от Деймоса и сейчас выводят ее на синхронную орбиту. Так она постоянно будет висеть над головой, по крайней мере полпланеты будет охвачено. И они собираются сделать привод луча на Роджера… Что?