Человек-да
Шрифт:
Он пришел в ужас.
— И, отвечая на второй вопрос... говорю: да. Да, я хочу сообщить свой телефон всему свету.
Секундой позже пикнул телефон Иана. Уэг блефовал. Он отправил мой номер Иану, а не тысячам введенных в заблуждение немцев.
А я... я не блефовал.
И я знал, как должен поступить.
Мне вновь предстояло испытать себя на Уровне 5.
ГЛАВА 10
В которой Дэниел предпринимает самые необычные поиски
Только поймите меня правильно. Я полностью отдавал отчет своим словам.
Я сознавал, что согласился сообщить
Нет, если уж я намерен выполнить данное Уэгу обещание и предать всеобщей огласке свой номер телефона, делать это следует иначе — более умным способом. Придется развесить свой телефон на улицах, где каждый его может увидеть, переписать и затем решить для себя, нужно ли по нему звонить. По сути, я должен расклеить толковые объявления. И чем больше я размышлял, тем больше мне нравилась сама эта идея. Какой чудесный способ завести новых друзей! Какой чудесный способ общения! Говорят, незнакомые люди — это друзья, которых ты еще не нашел. В принципе, в какой-то степени это преувеличение (по статистике некоторые из них непременно являются грабителями), но я старался сохранять оптимизм, заказывая 2000 объявлений следующего содержания:
ПОЗВОНИ МНЕ
Побеседуем!
07802 *** ***
Прежде однажды я уже проводил подобную кампанию, и она сотворила чудеса. Я познакомился с чудесными людьми, получил много чудесных впечатлений — именно таких впечатлений, каких мне так не хватало в последнее время. Однако эту свою кампанию я продумал более тщательно. Например, средняя строчка в моем объявлении, я надеялся, оттолкнет грабителей и прочих подонков общества и, напротив, привлечет внимание таких людей, как амстердамский Ян, — людей прогрессивных и непредубежденных. Людей, которые могут меня чему-нибудь научить. А под этой средней строчкой, внизу, я указал номер своего мобильника. Номер, на который я возлагал большие надежды. Номер, который, благодаря случайно сорвавшемуся с языка Уэга предложению, я сообщу «всему свету». Расклейку объявлений мы с Ианом начали с Ист-Энда.
— Если подумать, — сказал он, шагая подле меня, — это чистая психология.
— Что? — спросил я, наклеивая объявление на телефонную будку.
— Вот это. Тебе кажется, что в твоей жизни есть брешь. Верно? Брешь в форме Лиззи. И ты пытаешься заполнить эту брешь. Но не одним человеком, а всем человечеством сразу. Отсутствие Лиззи для тебя лишь благовидный предлог.
— Что значит «предлог»? Я не искал никаких предлогов! Думаешь, я годами ждал, томился надеждой, что кто-то скажет или сделает что-то такое, что позволит мне напечатать тысячи
— В общем-то, да.
В тот день мы обклеили Боу, Майл-Энд и Бентал-Грин. В кармане у меня тоже лежала пачка объявлений, — на тот случай, если я еще куда-нибудь захочу пойти.
День пролетел, но никто не позвонил.
Мне оставалось только ждать.
Вечер следующего дня. В большом помещении на Оулд-Кент-роуд ровными рядами расставлены десятки стульев. Какая-то женщина в кардигане возится с видеокамерой, направленной на стол, за которым, очевидно, следующие два часа будет сидеть всемирно известный специалист по Майтрее Элиас Браун.
Утром мне позвонил Пит. Он сказал, что проверил несколько сайтов и выяснил, что мистер Браун находится в городе и намерен выступить с лекцией. Насколько я понял из слов Пита, он надеялся услышать там что-то важное, и, поскольку люди из передачи «Ричард и Джуди» сочли, что я смог бы стать крупным специалистом в вопросах спиритизма, я решил, что мне стоит сходить на эту лекцию. Тем более что я все равно был не вправе ответить отказом.
Правда, мне казалось странным, что Пит все время стремился убедить меня, будто сам он не верит в то, что Майтрея, Всемирный Учитель, ходит по улицам и ищет таких людей, как я... но он начал говорить о нем с таким благоговением... что мы оба пришли в глубокое волнение, предвкушая встречу с человеком, который решил, что именно меня — меня! — он должен направлять и вести по жизни. Впрочем, сам я тоже в это не верил. Нет, нет.
В помещении уже собралось человек сорок. Большинство заняли свои места, но некоторые покупали открытки с изображением Майтреи, книги о нем или аудиозаписи предыдущих лекций Элиаса Брауна. Еще несколько месяцев назад я даже не слышал о Майтрее, и меня удивляло, что вокруг его имени развернута столь масштабная индустрия.
— У меня есть несколько таких книг, — сказал Пит. — И я подписался на вестник мистера Брауна. Кстати, этот вестник весьма информативный.
— У него есть свой собственный вестник?
— Да. Он — авторитетный человек и при этом вполне приятный. Очень приятный. Все это делается с одной целью — чтобы мир стал лучше...
Больше Пит ничего не успел сказать. Как раз в эту минуту в помещение вошел человек, на которого мы пришли посмотреть. Гул голосов мгновенно стих.
— Это он! — прошептал мне на ухо Пит. — Браун!
Вошедший непринужденно сел и поприветствовал всех широкой, радостной улыбкой. Для человека, которому за восемьдесят, он выглядел прямо-таки красавцем. А вы не часто услышите, чтобы я о ком-то так отзывался.
— Добрый вечер, — с лаской и теплотой в голосе произнес Элиас Браун.
— Добрый вечер, — почти в унисон ответила ему вся аудитория, в том числе Пит. Меня поразила эта слаженность.
— Кто из вас бывал уже на моих лекциях?
Пит и все остальные подняли руки.
— Об одном прошу, — сказал Элиас. У него было доброе лицо. — Когда я буду говорить, постарайтесь сохранять непредубежденность. — Я не требую, чтобы вы верили в то, во что не желаете верить. Просто будьте восприимчивы. Людей воистину широких взглядов встретишь не часто. Цифры я вам позже назову, если не забуду.