Человек боя
Шрифт:
Из Крутова словно вынули сердце. Мир в глазах потух, он перестал видеть и слышать, пока кто-то не затеребил рукав его куртки.
– Командир, ты ранен? Что с тобой, командир?
Егор очнулся, посмотрел на озабоченное лицо Саши Зубко, прошептал:
– Ее здесь нет… Дубневич не солгал…
– Может быть, она в том сером здании?
По телу Крутова словно прошел электрический ток, он снова ожил.
– Сможем пройти внутрь?
– Что за вопросы, Лукич? Если надо – пройдем.
Зубко махнул рукой кому-то из парней.
– Леня, к зданию! Будем вскрывать!
Но приблизиться к угрюмому корпусу лаборатории
Не дожидаясь приказа Крутова, Зубко включил рацию:
– Всем в лес!
Второй залп накрыл два бетонных куба, в воздух полетели осколки бетона и металлические лоскутья. Крутов остановился, скрипнул зубами, порываясь броситься к отстойникам. Саша удержал его за рукав.
– Куда?! Взорвут к чертям!
– Там Панкрат, дети! – Крутов вырвал рукав и, напрягаясь до боли в натруженных мышцах ног, метнулся к ближайшим боксам. Зубко скомандовал: «Огонь по вертолету!» – и бросился за ним.
Они успели вывести перепуганных до смерти подростков и вынести Панкрата, но женщин в крайнем отстойнике спасти не смогли. Вертолет сделал еще один заход и разнес в клочья оставшиеся домики, где хозяева лаборатории держали «материал» для испытаний психотронной техники – людей.
Но на этом дело не закончилось. «Ми-8», сделав вираж, сел за зданием лаборатории, ближе к лесу, и высадил десант. В бинокли было видно, как во все стороны разбегаются пятнистые фигуры с собаками, вытягиваясь в цепь. Их насчитывалось не меньше трех десятков, и вел десантников полковник Дубневич, окруженный четырьмя могучими богатырями под два метра ростом.
– Ну что, командир, это уже не пограничный инцидент, как говорится? – оскалился Зубко. – Война? Против нас двинули армию?
– Это еще не армия, – процедил сквозь зубы Крутов, не отрываясь от окуляров бинокля. – Это всего лишь Российский легион, образование незаконное, насколько я знаю. Собирай отряд. Впрочем, нет времени. Дай рацию.
Зубко вытащил из кармашка на рукаве запасной комплект. Егор нацепил на голову дугу с наушником, придвинул к губам усик микрофона и начал командовать, уже определив стратегию и тактику предстоящего боя. Через несколько секунд группа «Витязь» начала отрабатывать поступившую вводную.
Снайперы группы, Балязин и Погорелов, залегли по краям поляны справа и слева от здания лаборатории и начали в первую очередь отстрел собак и проводников, создавая коридор, по которому устремилась к зданию «змея» основного ядра группы. Крутов и Зубко в кинжальной атаке не участвовали, они в это время мчались на пределе сил вдоль опушки леса, обходя поляну слева, пока не вышли в тыл севшему вертолету. У них была другая задача.
Крутов, конечно, прибежал к намеченному месту первым. Зубко отстал и появился лишь через полминуты, свалился рядом, почти бездыханный.
– Ну ты и бегун, командир! Без ружья охотиться можешь,
– Отдышись, – посоветовал Егор, ввинчиваясь в траву, выполз на край поляны и скользил по земле до тех пор, пока не увидел лениво вращающиеся лопасти вертолета. Оглянулся на ужом ползущего следом Александра. – Готов? Пошли!
Они поднялись и тенями понеслись к боевой машине.
Остальные «витязи» к этому моменту выполнили программу минимум – добежали до корпуса лаборатории. Все действия группы – атака и перемещение – заняли всего полторы минуты, десантники Дубневича не успели пройти и половины площади, вынужденные огрызаться и передвигаться ползком под огнем снайперов. А затем «витязи» показали, что такое в натуре профессиональный штурм объектов, занятых «террористами».
Лишь одна собака – черный, с подпалинами, мастифф – домчалась до «змеи» атакующих, но и та была тут же убита короткой очередью. Затем добравшиеся до корпуса лаборатории «витязи» в мгновение взорвали входную дверь, четверо остались снаружи отбивать атаку уцелевших десантников, а пятеро ворвались внутрь. В этом мероприятии не участвовал только Воха Васильев. У него было задание пробраться в гараж зоны и вывести стоявший там БТР.
Задача у Крутова и Зубко была посложней: им предстояло захватить вертолет и взять в плен Дубневича. Первую часть задачи они решили быстро и тихо. Александр выстрелил из пистолета с глушителем в стоящего к ним спиной десантника, охраняющего вертолет, а Егор разрядил в пилотов пси-генератор, надеясь, что бронированное стекло кабины не послужит препятствием для излучения. Расчет оправдался, хотя кабина вертолета все же отразила часть разряда: пилоты не потеряли сознания, но «поплыли», переставая соображать, что делают. В расчет их какое-то время можно было не брать. И командиры «Витязя» переключились на более важный объект.
Полковник Дубневич был опытным бойцом и сразу сообразил, что ситуация складывается не в его пользу. Проникшие на территорию зоны профессионалы какой-то спецслужбы перехитрили защитников лаборатории. Вместо того, чтобы отступить перед превосходящими силами противника, они нанесли внезапный кинжальный удар по городку и рассекли преследователей на две части, поддерживаемые огнем первоклассных снайперов. Если бы не их задержка у здания главного корпуса лаборатории, участь полковника была бы решена, обучены они были гораздо лучше его телохранителей. Но они остановились, и у Дубневича появился шанс отступить, что он и сделал, сориентировавшись раньше своих подчиненных.
– Назад! – рявкнул он, останавливая увлекшуюся боем четверку легионеров прикрытия. – К вертолету!
Парни с неохотой повиновались, начиная отступать лицом к зданию лаборатории, занятому противником, и наткнулись на застывшего почему-то полковника. Оглянулись. В полусотне метров от них, перед вертолетом, стояли двое мужчин и смотрели на них. Один был в новейшем спецкостюме «киборг», которыми снабжались только сверхсекретные элитные подразделения ФСБ и ГРУ, второй в камуфляжном мундире армейского спецназа, и оба были вооружены не хуже легионеров Дубневича. Полковник ощутил слабость в ногах, узнав в одном из мужчин Крутова, и понял, что обречен. Он хотел крикнуть, остановить грядущую свинцовую метель, но воздух застрял в легких, губы пересохли, сердце сбилось с ритма, как бы ожидая, чем все закончится.