Часы тьмы

Гросс Эндрю

Заместитель управляющего банком попытался скрыть свое изумление. С того дня, как в его доме побывали два американца, он молился, чтобы никогда больше не увидеть этого человека. Но тот пришел. И пока они говорили и оформляли бумаги, сердце Рональда буквально выпрыгивало из груди. Как только Хансон отбыл, Рональд бросился в туалет. Умылся холодной водой. Лицо горело.

Что же ему делать?

Он знал, что это неправильно… выполнять указание этих ужасных людей. Он знал, что этим он нарушит клятву хранить банковскую тайну.

И если об этом узнают, он тут же окажется на улице, потеряв все, чего добился за долгие годы.

И еще Рональду он нравился. Мистер Стивен Хансон. Всегда веселый и вежливый. Всегда говорил доброе слово об Эзре, фотография которого стояла на столе Рональда и которого Хансон однажды видел, когда Эзра и Эдит приходили в банк.

Но разве у него был выбор?

Он делал это ради собственного сына.

Усатый пообещал, что они вернутся, если узнают, что Рональд их обманул. А если они раньше шли по следу Хансона, то, конечно, узнают, что он побывал в Первом карибском. Промолчи он сейчас, и им не поздоровится — и Эдит, и Эзре.

Не хотелось даже думать о том, что с ними может случиться.

Рональд понял, что на кону нечто большее, чем его работа. Его семья. Они пригрозили убить Эзру. А Рональд дал слово, что никогда больше не увидит страх в глазах жены.

«Мистер Хансон, пожалуйста, поймите. Разве у меня есть выбор?»

Телефон-автомат стоял за углом. Рядом на стене висел избирательный плакате изображением обвиняемого в получении взяток премьер-министра Невиса. С надписью большими буквами: «Им пора уйти».

Рональд вставил телефонную карточку в щель, набрал зарубежный номер, который оставили ему. «Уж постарайся связаться со мной, Рональд, — сказал усатый перед уходом, поглаживая головку Эзры. — Хороший мальчик! — Он подмигнул Рональду. — Я уверен, его ждет долгая, счастливая жизнь».

Послышался гудок. Рональд глубоко вдохнул.

— Алло, — ответил знакомый голос. Лицо Рональда залила краска стыда.

— Это Рональд Торбор. С Невиса. Вы просили позвонить.

— Рональд! Рад тебя слышать. Как Эзра? Жив-здоров?

— Я его видел. — Отвечать Рональд не стал. — Человека, которого вы искали. Он приходил сегодня.

ГЛАВА 77

— Я лечу одна, — объявила Карен Хоуку.

Они вновь встретились в кафетерии «Аркадия». Карен рассказала ему и о переписке с Чарли, и о его инструкциях.

— Нет, не летишь. — Он поставил чашку и покачал головой. — Так не пойдет, Карен. Ты понятия не имеешь, кто еще втянут в это дело. Я не позволю тебе идти на такой риск.

— Но это его условие. Я согласилась.

— Карен… — Тай наклонился к ней. Понизил голос, чтобы его не услышали за соседним столиком. — Этот человек бросил тебя и твою семью. Ты прекрасно знаешь, что он сделал. Это опасно, Карен. Жизнь не школьная игра. Ты рассказала Чарли, что именно тебе о нем известно. Погибли люди.

И я не позволю тебе лететь туда одной.

— Можешь не напоминать мне, каковы ставки, Тай. — Карен чуть возвысила голос. Умоляюще посмотрела на Хоука. — Я пришла к тебе, потому что доверяла. Рассказывала о том, чего не знает никто.

— Думаю, я заслужил твое доверие.

— Да, — кивнула Карен. — Я знаю, что заслужил. Но теперь ты должен довериться и мне. Я лечу. — Она пристально смотрела на него. — Он мой муж. Я его знаю, чего бы он от меня ни скрывал. И я знаю, что он никогда не причинит мне вреда. Я согласилась на его условия, Тай. И не собираюсь упускать этот шанс.

Хоук глубоко вздохнул, пристально посмотрел на Карен. Он знал, что может остановить ее. Прямо сегодня вскрыть этот гнойник. Как бы это ни отразилось на его службе. Но он помнил о своем обещании, данном чуть ли не в самом начале их знакомства. Найти Чарльза. Да и вообще, очень уж глубоко он во все это влез.

— Это должно быть людное место, — наконец сказал он. — И ты будешь у меня под присмотром. Только так.

Ее глаза широко раскрылись.

— Тай…

— Это не обсуждается, Карен. Если, узнав все подробности, мы решим, что твоя безопасность гарантируется, ты пойдешь на встречу. Одна. Даю тебе слово. Но я буду неподалеку. Таково мое условие.

Карен не сдавалась:

— Ты не можешь использовать меня как приманку, чтобы добраться до него. Такого быть не должно.

— Ты думаешь, я собираюсь туда, чтобы арестовать его, Карен? По-твоему, я сейчас позвоню в Интерпол? — Он смотрел ей в глаза. — Я собираюсь туда, потому что скорее всего люблю тебя, Карен. Или близко к этому. Разве ты этого не понимаешь? Я собираюсь туда, потому что боюсь тебя потерять, если ты сделаешь неверный шаг.

Решительный взгляд говорил о том, что он от своего не отступится. К привычной синеве глаз добавился оттенок серого, говоривший о том, что слова не разойдутся с делом. Какое-то время они так и сидели — молча, глядя друг другу в глаза.

А потом Карен улыбнулась:

— Ты сказал «скорее всего».

— Да, «скорее всего», — кивнул Хоук. — И раз уж так сложилось, то скорее всего ревную.

— К Чарльзу?

— К восемнадцати годам, Карен. С этим человеком ты пробыла немалую часть своей жизни, что бы он ни сделал.

— С этим покончено, Тай.

— Я не знаю, с чем покончено. — Он вновь глубоко вздохнул, отведя взгляд. — Да и не имеет это никакого значения.

Карен потянулась к его руке. Сжала ее в своих ладонях, погладила. Наконец он посмотрел на нее.

— Знаешь, я скорее всего тоже тебя люблю. — Она пожала плечами. — Или близко к этому.

— Я потрясен.

— Но мы не можем просто вычеркнуть Чарльза, Тай. Пожалуйста! Для меня это очень важно. Вот почему я отправляюсь туда… — Карен все не отпускала его руку. — Потом посмотрим. Договорились?