Часть меня

Kurinoone

Вспыхнул яркий свет и Гарри увидел над собой взволнованное лицо отца. Мальчик вздрогнул, но тут же понял, что проснулся и расслабился. Джеймс, наверное, услышал, как он разговаривает во сне и пришёл посмотреть, всё ли в порядке. Гарри приподнялся на кровати и виновато посмотрел на Джеймса.

– Извини, - пробормотал мальчик.

– За что?
– растерянно произнёс Поттер.

– Что разбудил тебя.

– Не волнуйся, я не спал. У меня много работы. Я услышал твой голос, подумал, что тебе, наверное, кошмар приснился и…, - Джеймс смешался, не зная,

что сказать.

Общаться с Гарри ему становилось всё сложнее. Поначалу Джеймс решил, что если мальчик будет ночевать у них в комнате, у них появится возможность поговорить, но не тут то было. Гарри закрылся ещё больше. Обычно он поднимался намного раньше Джеймса, на уроках и в Большом зале они разговаривать не могли, а по вечерам Гарри отрабатывал наказание. Слава Богу, сейчас оно уже закончилось. Джеймс поверить не мог, что прошёл целый месяц. А он так и не узнал, что именно приходилось делать Гарри в наказание. Он пытался как-то спросить об этом сына, но тот лишь бросил на него раздражённый взгляд и промолчал. Сразу после наказания, мальчик непременно отправлялся в ванну. Джеймс полагал, что Гарри, возможно, отдыхает после тяжёлого дня. Выходил он оттуда уже ближе к полуночи и сразу отправлялся спать.

Но теперь, когда наказание закончилось, у Джеймса появилась возможность поговорить с сыном. Джеймс знал, как тяжело сейчас Гарри. С Демианом он по-прежнему не общался, и плохо от этого было обоим мальчикам. Они встретились лишь год назад, но между ними возникла очень сильная связь, пусть даже Гарри и не признавал этого.

Ещё Джеймс знал, что Гарри расстался с Джинни. Он не собирался вмешиваться в его личную жизнь, но точно мог сказать, что сын скучает по ней. С ней он был по-настоящему счастлив, а таким его можно было увидеть редко. Порвав с Джинни, Гарри сделал больно самому себе, но он был слишком упрям, чтобы просто забыть обо всём. Он ни за что бы не признал даже, что скучает по Демиану, Джинни, Рону и Гермионе.

Джеймс понял, что внимательно смотрит на Гарри и отвёл взгляд, потому что Гарри стало неловко.

Джеймс прокашлялся.

– С тобой всё в порядке?
– спросил он, не зная, что ещё сказать.

Гарри закатил глаза.

– Да, всё прекрасно!
– немного резко отозвался мальчик.

Джеймс пытался найти слова. Ему нужно было так много сказать сыну, но времени совсем не было. Им нужно было поговорить о Демиане. Гарри был очень нужен ему.

На днях, сразу после обеда, Демиан пытался поговорить с братом, но Гарри оттолкнул его с пути, в прямом смысле этого слова. И это видела вся школа. Если бы Джеймс был там, то непременно бы вмешался. Но его не было, о случившемся он узнал со слов МакГонагал.

Демиан ничего не сказал об этом родителям, но это, разумеется, очень его расстроило. Так больше не могло продолжаться, но прежде чем Джеймс мог что-то сказать, Гарри опустил голову на подушку и отвернулся к стене. Всем своим видом он показывал, что хочет остаться один.

Решив, что сейчас не самый подходящий момент, Джеймс вернулся к работе. Гарри приснился кошмар, не стоило

сейчас его трогать. Но он обязательно должен поговорить с ним о Демиане, эту проблему нужно разрешить в первую очередь.

Рон с Гермионой поспешно зашли в пустой класс.

– Быстрее, Гермиона!
– прошептал Рон.

– Хорошо, успокойся. Ты ужасно нетерпеливый, - сказала Гермион, стаскивая с плеча сумку.

– Вас ждут большие неприятности!

Гермиона повернулась на голос и увидела Малфоя, прислонившегося к дверному косяку. На его губах была обычная презрительная ухмылка. Он внимательно смотрел на гриффиндорцев.

– Убирайся, Малфой!
– сказала Гермиона. У неё не было настроение выслушивать бредни слизеринца.

Она только что достала их сумки шар. Сейчас был ленч, и они с Роном собирались просмотреть запись.

Довольный произведённым эффектом, Драко ухмыльнулся ещё больше. Он вошёл в кабинет, прикрыв за собой дверь.

– Ты не понимаешь слова «убирайся», Малфой?!
– прошипел Рон.

– Тебе лучше помолчать, если не хочешь нарваться на неприятности, - самодовольно заявил Драко.

Тот факт, что Гарри куда больше благоволит ему, нравился Малфою, и он не упускал случая напомнить гриффиндорцам об этом. Рон только раздражённо взглянул на него.

– Зачем ты пришёл?
– устало спросила Гермиона.

– Ну, с тех пор как вы, ребята, сели в лужу, в попытках узнать хоть что-то, я решил вам помочь - ответил он.

Гермиона недоверчиво взглянула на слизеринца.

– Я не ослышалась? Ты хочешь нам помочь?
– переспросила девочка. Рон внимательно смотрел на слизеринца, тоже не веря в происходящее.

– Просто скажи правду, зачем ты тут?!
– сказал он Драко.

Блондин приподнял бровь, однако проигнорировал Рона и повернулся к Гермионе.

– Это не случайное желание помочь, это скорее необходимость, - Драко подошёл ближе, - вы знаете больше о том, что там произошло с зельем, и я хочу, чтобы вы мне всё рассказали.

– Почему?
– спросил Рон.

– Так я смогу выяснить, кто виноват, идиот!
– с досадой ответил Драко.

– Мы рассказали Гарри, всё что знаем. Он ничего тебе не сказал?
– спросила Гермиона.

– Есть одно «но». Когда Гарри в ярости, он бывает немного рассеян. Скорее всего, он просто забыл все подробности, когда успокоился, - сказал Драко, наслаждаясь реакцией Гермионы при упоминании злости Гарри.

– Так это он тебя послал?
– спросил Рон, и Драко раздражённо посмотрел в его сторону.

– Ему не нужно никуда меня посылать! Я его друг, а не прислуга!
– холодно проговорил Малфой.
– Он не знает, что я здесь. Мне пришлось прийти, потому что яснее ясного, что два гриффиндорских идиота врядли сумеют выяснить всё самостоятельно.

Рон хотел, было, кинуться к Драко, но Гермиона остановила его. Она смерила блондина пристальным взглядом и только потом заговорила.

– Хорошо, мы расскажем тебе всё, что знаем. Я говорю это потому, что знаю, ты пытаешься помочь Гарри.