Часовщик
Шрифт:
— Это на кого?
— У тебя скоро будет ещё один брат, — ухмыльнулся Родион. — Хотя, откуда же тебе знать? Ты уже года три, как не интересуешься делами нашего дома.
— Вообще-то я отправляю телеграммы каждый месяц, когда мы заходим в порт. Разве они не доходят?
— Видимо, отец их сжигает ещё до того, как они попадают в наш дом. Знаешь, он до сих пор сердится. Хотя, думаю, после рождения нового наследника он оттает. Ты бы заглянул в гости когда-нибудь…
— Неа, рассоримся окончательно, — мотнул головой Павел.
— Да плевать на отца, мать сильно переживает.
— Шутишь? Для ледокола это время самое сложное. Полно работы, да и на зимовку нужно стать удачно. А вот летом — другое дело.
Поговорить толком не удалось, потому как у Павла было полно работы, но всё равно Родион ходил по палубе корабля довольный и при каждом удобном случае говорил, что его брат — старший помощник капитана на этом ледоколе.
Определив свои вещи в свободной каюте, я направился в кают-кампанию, где коротали время не только студенты, но и преподаватели. Мира слушала аудиокнигу, но я не стал мешать, потому как её окружала компания девчонок. Вырвать девушку из цепких рук подруг вряд ли бы получилось, не спровоцировав волну сплетен. Помахал рукой Градской и направился дальше, в самый угол, где устроился наш биолог.
— А, Чижов? Пришли полюбопытствовать, что интересного мне удалось отыскать на островах? — Куксин разложил на столешнице свою коллекцию собранных образцов трав и сейчас раскладывал их в пучки. Некоторые травы уже находились в колбочках, а из них выделялись настойки.
— Пётр Николаевич, а вы чем занимаетесь?
— Классифицирую собранный материал. Подумать только! У этих трав столько свойств. Видимо, вы невнимательно слушали мою лекцию на Котельном. Вот это, к примеру, отличное снотворное лекарство, но если смешать его с пыльцой вот этого жёлтого растения, получается сильнейший яд, который даже целителям будет сложно вывести из организма.
— С летальным исходом?
— Помилуйте, Чижов! Чтобы добиться летального исхода, нужно принять огромную дозу этого яда. А вот одна ложка способна вызвать сильный снотворный эффект и мощную интоксикацию.
— Как у предсказателя с «Академика Седова»? Пётр Николаевич, а кому вы говорили о свойствах этих растений?
— Помилуйте, Чижов! Вы всерьёз считаете, что кто-то мог дать предсказателю целую ложку этой настойки?
— Я лишь предполагаю, Пётр Николаевич, и хочу понять почему мы едва не подорвались на мине. Профессор, пожалуйста, присматривайте тщательнее за своими настойками и образцами с Новосибирских островов. Очень бы не хотелось, чтобы они попали в плохие руки.
Оставил Куксина одного и направился на капитанский мостик, где пропадал Платонов. Думаю, Георгий Максимович должен узнать об этом. Направляясь к Платонову, чтобы поделиться своими мыслями на счёт произошедшего в проливе Вилькицкого, я невольно попал на обсуждение этой ситуации между капитанами и самим генералом.
— Откуда здесь могла взяться мина? Это ведь судоходный пролив! Это скандал! А если бы мы напоролись на неё? Мы бы даже на спасательные шлюпки не успели погрузиться, а две сотни студентов оказались бы в ледяной воде. Понимаете, сколько жизней забрала бы обычная нелепая мина?
— На счёт спасательных шлюпок
— Этот инцидент мы подробно разберём на высшем уровне. Думаю, в министерстве военно-морского флота нам должны дать ответ как мина оказалась в тех водах, ещё и в таком узком проливе. Информацию уже передали, ближайший патрульный эсминец расстреляет опасную мигрирующую мину с безопасного расстояния.
— Слушайте, а как вообще так вышло, что ваш предсказатель слёг с отравлением? Удалось выяснить что за вещество послужило виной этому событию?
— Целители разводят руками, — отозвался Платонов. — Говорят, что это какой-то принципиально новый яд.
— Очень странные совпадения. Отравление предсказателя, мина посреди пролива оказалась именно в тот момент, когда вы проходили рядом. Никак иностранная разведка поработала.
— Чижов? Вот тот самый парень, который спас наш корабль. — Георгий Максимович, наконец, заметил меня, греющего уши у входа на капитанский мостик. — Молодчина, что вовремя заметил опасность, но давай с тобой поговорим позже! И закрой плотнее дверь с той стороны!
— Георгий Максимович, я как раз на счёт…
— Позже, Чижов!
Повторять второй раз не пришлось, Платонов ясно дал понять, что мне не место на совещании. Что же, пусть пеняет на себя, если драгоценное время будет упущено. Платонов сказал, что в теле предсказателя отыскали новый яд? А вот мне кажется, что не новый, а хорошо забытый старый, который сотни или тысячи лет не использовался на материке. Уже на следующий день я всё-таки смог выловить вечно занятого Платонова, который выслушал мои слвоа, кивнул и поблагодарил за ценную информацию.
На обратном пути мы не заходили ни в Диксон, ни в Нарьян-Мар. Высвободившись из ледяного плена, корабль проследовал за ледоколом прямиком в Мурманск.
Видимо, судьба решила, что с нас приключений достаточно, потому как на одиннадцатый день нашей экспедиции мы вернулись обратно. В порт мы зашли уже вечером, поэтому ни о какой учебе не могло быть и речи, а впереди был один учебный день, за которым следовали выходные. Несмотря на яркие эмоции от экспедиции и массу событий, больше всего по прибытию в город я радовался тому, что приму душ и посплю на нормальной кровати. А с Гронским поговорю позже. Нужно понять кто постоянно вставляет нам палки в колёса.
Глава 13
Лиза
С возвращения из экспедиции прошла неделя, и жизнь понемногу вернулась в прежнее русло. Занятия в академии возобновились с новой силой, а на парах по биологии, геологии и истории нас ждала куча материала по Новосибирским островам с обновлёнными данными. Преподаватели обработали собранный материал и спешили поделиться с нами новыми знаниями.
Несмотря на мрачные прогнозы Платонова и Гронского, после экспедиции забрали документы всего три человека. В принципе, лучше сейчас, чем терять здесь целый год и понять, что это не твоё.