Часовщик 2
Шрифт:
На руне был сделан вывод. Мне оставалось нарисовать специальный узор и подсоединить его к ядру. Ещё раз проверив узор, я влил в него магию и... всё получилось! Канал отлично соединился с ядром. Теперь они – одно целое. Всё-таки опыт очень много значит в рунологии. А также твёрдая рука и ясный взор. Не зря я столько сил и времени убил когда-то на установку астральных рун.
Теперь проводим тест. Проверяем работоспособность накопителя. Я приложил руку к камню и пустил в канал пять единиц энергии. Ядро засветилось.
– Отлично! – На моём лице расплылась радостная
Но я чувствовал, что что-то не так. Как опытный мастер кончиками пальца может ощутить невидимою глазу трещину, так и я улавливал какое-то несоответствие.
Ядро слегка подрагивало. Этого не должно было быть. Присутствовал некий резонанс.
– Не понимаю! – сказал я, обращаясь к камню. – Что с тобой не так?
Закрыв глаза, я обхватил накопитель ладонями и полностью расслабился. В воздухе витала едва уловимая нота. Какое-то напряжение на уровне ультразвука, которое человеческое ухо просто не в состоянии уловить. Оно создавалось мелкой вибрацией камня. Это было следствием нестабильной работы ядра.
– Шшшш... – Именно такой звук я услышал, приложив камень к уху. Его структура разрушалась. В руках ещё была горная порода, но внутри она начинала превращаться в песок. Очень медленно. Крупинка за крупинкой.
Добавить внутрь энергию и ускорить разрушение? Это опасно. Напряжение внутри камня растёт, и он может взорваться, разметав с огромной скоростью во все стороны острые осколки. Ждать и наблюдать? На это у меня уже нет времени. Выходить в сервис через десять минут.
«Стоит рискнуть!» – решил я и влил в камень ещё пять единиц энергии.
Поставил его на середину стола, а сам отошёл в дальний конец комнаты и создал перед собой небольшой щит, чтобы уберечь лицо от осколков. Всё тело прикрыть у меня не хватит энергии. К тому же, мне ещё работать сегодня, так что тратиться не стоит.
В ожидании прошло ещё около трёх минут. Мой щит практически иссяк. Я сделал шаг к столу, и в этот момент камень с тихим шелестом рассыпался, превратившись в кучу песка.
– Да какого лешего! – в сердцах выругался я и посмотрел на часы.
Пора было выдвигаться на работу, а с накопителем буду разбираться вечером.
Всю дорогу я ломал голову, пытаясь понять: что же произошло с накопителем? Ведь в этом мире они существуют. Так что же я делаю не так?
Работа позволила выкинуть проблему накопителя из головы. Задачи в сервисе передо мной стояли лёгкие, но каждая руна требовала сосредоточения. Следовало не только аккуратно её нанести, но и с пониманием влить энергию. Работа рунолога требует уважения. Пусть это звучит смешно, но, если делать руну, опираясь только на мастерство, аккуратно, но при этом механически и безразлично, это обязательно скажется на качестве.
Закончив с последней на сегодня машиной, я взглянул на часы. Было не так уж поздно – около шести часов вечера. Я успеваю зайти в магазин Зотова и вернуться в интернат до конца ужина. Решено – иду в магазин магических товаров. Надо посмотреть на накопители, имеющиеся в продаже.
Через двадцать минут неспешного шага я заходил внутрь магазина. К моей радости, за прилавком
– Добрый вечер, – сказал я, подходя ближе.
– А, ученик Матвея Фёдоровича, напомни, как тебя зовут?
– Максим, – представился я.
– Что тебя привело сюда, Максим? – Зотов отложил книгу, и я мельком глянул на обложку. Это был труд по артефакторике и, судя по состоянию книги, весьма старый.
– Мне хотелось бы узнать цены на накопители и посмотреть на них... – признался я.
– Накопители? – В глазах Всеволода Дмитриевича мелькнуло любопытство. – Странно, что ты не знаешь. Большие накопители продаются только в фирменных магазинах Старицких. У них что-то типа монополии. А малые почти не изготавливаются. В них нет смысла.
– Что значит «нет смысла»?
– А зачем они нужны? – Зотов пожал плечами. – Малый накопитель держит в себе энергию максимум пару недель.
– Там такая же дырявая руна, как и в большом накопителе? – Я сразу понял, о чём говорит Всеволод Дмитриевич. Если дело действительно обстоит именно так, то смысла в накопителе особо нет.
– Я слышал, что делают накопители с более качественной руной, но это слишком сложная и дорогая работа. К тому же, применения им особо нет. Вся техника работает на электричестве, машины – на бензине. По сути, накопитель – это баловство. Их ставят в специальные залы в магических школах, а некоторые богачи устанавливают в личных комнатах. Насыщенный магией фон позволяет быстрее развиваться, – он рассказывал очевидные вещи, -- большие накопители очень востребованы на фабриках, где производят бытовые артефакты. Рунологи с их помощью пополняют свой источник.
– Благодарю вас за консультацию, – задумчиво произнёс я, заканчивая разговор. Похоже придется самому разбираться с этой проблемой. А так хотелось пойти по простому пути, просто изучив руну действующего накопителя.
– Ты хотел на руну посмотреть? В накопителе? – Зотов задумчиво разглядывал меня, потом резко поднялся. – Сейчас!
Он скрылся за дверью, но вскоре вернулся и поставил на стол запылённый камень, внутри которого тускло светилась руна.
– Вот! – Зотов с гордостью провёл пальцем по боку накопителя. – У меня в хранилище периодически оказываются старые артефакты. Чтобы у них руна не умерла, я поддерживаю повышенный магический фон. Но хороших лотов давно нет, так что накопитель пылится без дела. Можешь посмотреть. Всё-таки, ты – ученик Колычева. Это о многом говорит. Дать тебе очки артефактора?
– Не надо, – я качнул головой, заворожённо разглядывая тускло светящуюся руну, – лучше карандаш и бумагу. Вы не будете против, если я её зарисую?
– Держи, – он подвинул мне блокнот и дал карандаш, после чего подошёл к входной двери и запер её. Затем приглушил свет в торговом зале и закрыл жалюзи, погрузив комнату в полумрак.
Всё это я фиксировал краем глаза, зарисовывая руну и одновременно пытаясь не то чтобы понять, а хотя бы разобраться в хитросплетении линий, выискивая знакомые буквы и узоры.