Час ворона
Шрифт:
Справедливости ради следует отметить, что никто Арчи «фотку» не портил и «крыло» не ломал. Просто-напросто накануне Александр Арнольдович Стрелков по кличке Арчи нажрался водяры сверх всякой меры и, выходя из кабака, долбанулся мордой об асфальт, плечом о ступеньки.
Краем оплывшего глаза Арчи не без гордости окинул невольных зрителей душещипательной сцены – и остался доволен. Суровые перебинтованные соседи, кто мог, с удивлением пооткрывали рты. Еще бы! К поступившему поутру нагловатому сморчку явилась ТАКАЯ деваха! Несоответствие пары поражало. Почти лысый к своим тридцати Арчи, с расквашенным носом-пуговкой и гипсом
Загадка истории, парадокс человеческой природы, однако факт – во все времена самые циничные и прожженные шлюхи обожали своих сутенеров до самозабвения, до потери рассудка, до истерики...
– Арчи, милый, тебе больно? – продолжал ныть девушка.
– Заткнись, соска! – строго рявкнул Арчи. – Базарь по делу! Ну? Встретила клиента? Как он? Готов?
– Готов.
– О'кей. Звони срочно Гиббону, передай, чтобы башли считал. Я Гиббона втемную напряг, подписался, что все будет путем. Нехай Гиббон с Яшкой состыкуется и прочирикает насчет нашего лопушка.
Эту тираду, задействовав диалект мелких гопников города Павловска, Арчи исполнил опять же исключительно на публику. Пусть знают, козлы, кто лежит рядом с ними на скромной железной кровати возле окна! А то заладили: курить в палате нельзя, на пол плеваться нельзя... Тьфу! Быдло недобитое! Одно слово – больные...
Между тем Виктор, изрядно поплутав по улицам и проспектам незнакомого города и замучив всех встречных-поперечных расспросами, с грехом пополам добрался-таки до жилища ветерана Виктора Петровича. Вернул чужую электробритву, забрал свою, попил на кухне-малютке чайку с малиной, да и выложил симпатичному старичку все свои горести, печали и надежды. Сам не заметил, как разоткровенничался, обо всем рассказал. И про Сашку, и про Маринку, и про злодея Варфоломея.
– Значится, будешь на ножиках драться? – хитро прищурился Петрович.
– Буду! – ответил Виктор, гордо расправив плечи.
– А умеешь? – улыбнулся Петрович.
– Чего тут уметь-то? – искренне удивился Виктор. – Да и Сашка меня кое-каким приемчикам обучал, а уж с ножом-то...
– Ну-ка, встань, соколик, – ласково перебил Петрович.
Виктор послушно поднялся. Петрович пошарил взглядом по столу, не спеша взял в руку чайную ложечку, сжал ее в кулаке.
– Предположим, у меня в руке ножик, – сказал Петрович. – Покажи, как будешь защищаться.
Петрович сделал угрожающий жест, и Виктор послушно попытался перехватить «вооруженный» кулак. Но не тут-то было! Рука с чайной ложечкой легко обошла хватающие воздух ладони юноши, описала сложную траекторию и замерла возле Викторова горла.
– Но я ведь тоже буду с ножом! – смутился своей неудачи Виктор.
– Тогда ты тоже возьми со стола ложку и давай показывай, как будешь нападать.
Виктор взял ложку, размахнулся и ударил сверху вниз, метя в плечо Петровичу. Ветеран изящно развернулся на носках, ложечка прошла мимо него и звонко стукнулась о столешницу.
– Покуда ты так вот руками машешь, хлопчик, тебя зарезать – раз плюнуть. Ну-ка давай пойдем в комнату...
Виктор совсем не удивился тому, что Петрович умеет обращаться с холодным оружием. Позапрошлой ночью старик рассказал молодому человеку, как в легендарном сорок первом, задолго до достижения призывного
– Бывают такие случаи, Витя, когда обычному человеку срочно необходимо привить некоторые специфические навыки. Я знаю методики, с помощью которых почти из любого человека можно сделать отличного бойца за малый отрезок времени. Могу и тебя быстро научить пользоваться холодным оружием. Хочешь?
– Конечно, хочу, Виктор Петрович!
– Но только учти, сынок, – о том, что я тебя учу, никому ни слова! Даже твоей разлюбезной Марине! Я подписку давал, понимаешь?
– Понимаю! Конечно, понимаю! Спасибо вам, Виктор Петрович!
– Рано благодаришь, Витя, спешишь... Возьми-ка, дружок, в правую руку вон ту линейку, вон ту, что на письменном столе лежит. Будем считать, будто бы это и не линейка вовсе, а ножик. Хорошо? Нет, не так возьми. Нож следует держать в кулаке лезвием вниз. Вот теперь правильно. Поехали дальше. Ножик у тебя в правой руке, и вес тела ты полностью переносишь на правую ногу. Вот так, молодец. Левую ногу выдвинь вперед, носком чуть касаешься пола, отлично! Теперь руки. Вооруженная рука возле груди, свободная выставлена вперед. Еще, еще! Не бойся, вытяни ее. Левая рука – блокирующая. Существуют три типа блоков: блок-сбив, блок-подставка и блок-удар. Поскольку твой противник тоже будет вооружен, используй только блок-сбив. Понял?
– Кажется, понял. Можно попробовать?
– Сейчас попробуешь. А ну-ка, Витя, посмотри мне в глаза. В глаза! Прямо на меня смотри!!! Зрачки в зрачки!!! Вот так, хорошо...
Под пристальным взглядом старика глаза у Виктора остекленели. Он застыл в боевой стойке, словно был высечен из камня. Полная, абсолютная неподвижность.
Петрович несколько раз провел рукой у самого лица молодого человека. Никакой реакции. Пожилой наставник и сам несколько изменился. Черты лица стали более суровыми, голос грубым, движения скупыми и совершенными.
– Работаем, Витя. Слушай мои команды и повторяй мои движения. Начали!
Петрович отдавал короткие, четко сформулированные приказы, Виктор беспрекословно подчинялся. Через полчаса занятий парнишка научился мгновенно перемещаться короткими, мелкими шажками. Еще через час вооруженная деревянной линейкой рука мгновенно атаковала мелькающую перед юношей ладонь наставника. А еще через два часа Петрович, вооружившись двумя настоящими ножами, пытался попасть остро заточенными кончиками лезвий в грудь Виктору, а тот спокойно защищался от смертоносной стали расслабленной ладонью свободной руки, будто отмахивался от надоедливых комаров.