Час нетопыря

Стреттон Роберт Ф.

Шляфлер положил трубку и посмотрел на рослого капитана таким взглядом, который сорок лет назад превращал взвод вермахта в мешок, полный страха. С высоты своего роста в метр девяносто сантиметров фон Ризенталь ответил полковнику Шляфлеру таким же взглядом. Дуэль произошла в полном безмолвии, и Шляфлеру пришлось признать свое поражение.

— Как ни странно, — сказал Шляфлер, — но я еще помню времена, когда в германской армии молодые офицеры, безотносительно к месту службы, не допускали каких бы то ни было наглых выходок перед лицом высших по рангу офицеров.

Начальники пользовались тогда должным уважением…

— Вы имеете в виду Кейтеля или рейхсфюрера Гиммлера? — прервал его фон Ризенталь.

Шляфлер во второй раз закусил губу.

— Не думаю, — ответил он, — что мне стоит с вами спорить насчет истории Германии. А в репертуаре дискотек я ничего не понимаю, молодой человек.

— Господин барон, если не возражаете.

— Прошу прощения. Не обращайте внимания, господин барон, на грубые манеры простого солдата. Я слишком долго сидел в окопах, чтобы выбрать время и заглянуть в учебники придворного этикета.

— Вы говорите об окопах на Бендлерштрассе? [5]

Шляфлер в третий раз посмотрел на капитана таким взглядом, от которого полагалось бы умереть.

— Я мог бы вас арестовать за оскорбление личности и неуважение к должности.

— Извольте.

— Ризенталь, чего вы, собственно говоря, от меня хотите?

— Фон Ризенталь, с вашего позволения.

— Капитан фон Ризенталь, что вам угодно?

— Прежде всего, чтобы немедленно прекратился этот бесстыдный саботаж приказа федерального канцлера. В течение ближайших пятнадцати минут у меня на руках должен быть перечень секретных баз, где хранятся нейтронные боеголовки…

5

Местопребывание главного командования вермахта в Берлине.

— У вас нет таких полномочий.

— У меня они есть, и вас, полковник, известили об этом час назад. Вы затягиваете вручение мне этого перечня по причинам, только вам известным, о чем я не премину доложить канцлеру. Кроме перечня, о котором я сказал, не позже чем через пятнадцать минут меня должен ждать специальный вертолет министра обороны, который, по-видимому, не может быть предоставлен без вашего согласия.

— Какие базы вы намерены посетить?

— Мне не дано права сообщать об этом. Кроме того, я не могу этого знать, пока не получу перечня.

— Что вы там будете искать?

— Господин полковник, вероятно, министр вас проинформировал, что моя миссия носит секретный характер, и я не обязан давать вам какие бы то ни было объяснения.

— Мне очень жаль, но вас не впустят ни на одну секретную базу, потому что это невозможно с точки зрения техники. Существует некое техническое устройство, которым это полностью исключается.

— Весьма любопытно, господин полковник. Мне остается вернуться в резиденцию канцлера и доложить ему, что я не смог исполнить его поручение, так как бундесвер не имеет доступа на собственные базы.

— Этого

я не сказал. Устройство, которое я имею в виду, соединено с системой безопасности на каждой отдельно взятой базе. Если оно открывает вход на одну базу, то абсолютно не подходит ко всем другим случаям. Я должен поэтому заранее знать, какую базу вы намерены посетить, чтобы дать вам, так сказать, соответствующий ключ от въездных ворот. Радиоключ, разумеется.

— Нет. Мне не нужны никакие ключи, особенно те, которые раздаете вы.

Из адъютантской к начальнику канцелярии входит толстощекий обер-лейтенант, наклоняется к нему и что-то шепчет на ухо.

— Ну, наконец-то, — говорит Шляфлер. — Ваш вертолет готов. Его пилотирует майор Цопке, отличный летчик. Итак, какую же базу вы собираетесь посетить?

— Все.

— Капитан, в таком деле я предпочел бы обойтись без шуток.

— Прошу доставить мне перечень секретных баз и напомнить этому майору, что он обязан беспрекословно выполнять мои приказы. Осталось только одиннадцать минут.

— Как угодно, барон.

— Капитан.

— Как угодно, капитан фон Ризенталь. Прошу лишь запомнить, что я вас лояльно предупредил, насколько трудна ваша миссия.

Только в 12 часов 8 минут капитан Куно фон Ризенталь занял место в кабине вертолета. Он недолго размышлял, на какую базу направиться. Следовало выбрать такую, которая находилась бы примерно в центре страны, достаточно далеко от восточной границы, где наверняка установлены более строгие порядки, и одновременно такую, которая не размещалась бы в совсем уж укромном месте. Лучше других этим условиям отвечала Секретная база № 4 в восточной части земли Северный Рейн-Вестфалия, в двенадцати километрах от небольшого городка Шиминген. А следующей на очереди будет Секретная база № 3, расположенная почти на границе с ГДР.

Майор Цопке молча кивнул, когда ему был назван конечный пункт рейса. Отыскал нужные листы карты, что-то быстро начертил на восковке и поднял машину в воздух.

Фон Ризенталь приказал ему приземлиться в километре от базы и ждать дальнейших распоряжений. После чего пешком направился к главному въезду, который был виден издалека.

Когда он был метрах в пяти от стальных ворот, на гребне стены загорелся яркий свет и из скрытого, по всей вероятности, в стене репродуктора раздался голос, записанный на магнитофон:

— Стой! Не двигаться с места и не шевелиться. Тот, кто слышит это предостережение, нарушил федеральные законы, приблизившись, несмотря на запрет, к военному объекту на неположенное расстояние. Смотреть прямо перед собой, в черную точку на правом створе ворот, назвать свою фамилию и причину нарушения запрета.

Капитан фон Ризенталь выпрямил свою тонкую стройную фигуру, придал аристократическим чертам лица самое решительное выражение и громко, отчетливо произнес:

— Я капитан фон Ризенталь, военный адъютант федерального канцлера. Прибыл по распоряжению канцлера для проведения инспекции. Прошу открыть ворота. Документы будут предъявлены часовому.