Час льва
Шрифт:
Она даже не смогла «выбить дерьмо» из придурков — вот что действительно жгло изнутри.
Скорее всего, у нее был жар, поскольку голова была словно наполнена горячим песком пустыни. Вероятно, следовало больше спать, но в Сиэтле Вик не чувствовала себя в безопасности. Пока ее ищет черт-знает-кто. Была надежда на то, что эти люди будут слишком заняты, чтобы сосредоточиться на ней. После анонимного звонка в полицейский участок плохие парни должны пытаться замести следы. И было весьма самонадеянно предполагать, что они просто разбегутся, оставив подвал и тело мертвой женщины.
«О,
«Лахлан укусил меня».
«Хорошая новость: после его смерти не будет больше жертв. По крайней мере, пока они не найдут другую подопытную кошку».
«Плохая новость: я тоже могу умереть».
Девушка чувствовала пустоту в груди. Это была бы очень глупая смерть и совсем не такая, как ей бы того хотелось. Если это должно было случиться, то непременно в блеске славы, при спасении ребят из ее команды или толпы мирных жителей. А не в качестве игрушки для кошачьих зубов, испытывая дрожь и тошноту.
«Отправиться в больницу?» Вики покачала головой. Свэйн будет отслеживать любого, кто обратится с укусом животного. Она могла бы позвать Уэллса на помощь, но ему придется выложить всю историю. «Да, видишь, меня покусал оборотень?» Девушка с трудом могла поверить в то, что люди превращаются в животных, хотя видела своими глазами, как Лахлан сделал это. Капитан же верил только достоверным и неопровержимым фактам. Он решил бы, что она свихнулась, и отправил бы её в психушку. Так что, никакой больницы.
«Костюм» предполагал, что укушенные умерли, поскольку изначально имели слабое здоровье.
«Я не больна, я хорошо питаюсь. И, мать вашу, я не собираюсь умирать».
Девушка крепче сжала руль и сконцентрировалась на вождении. Солнце уже садилось, рассеивая последние отблески по долине и окрашивая заснеженные горы в кроваво-красный цвет. Плотный транспортный поток исчез сразу после выезда из Сиэтла. По словам риелтора, не так много людей приезжает в Колд Крик. Городской совет сдерживал его рост, запрещая даже иметь Макдоналдс. В словах риелтора явно слышалось недовольство.
Проехав центр города, девушка улыбнулась — ни одного светофора, по меньшей мере, на протяжении четырех кварталов. Видимо, жители города тратили свои средства на озеленение и старинные уличные фонари в центре. Люди прогуливались вдоль магазинов и сидели на кованых скамейках в тени.
— Тото, я думаю, мы вернулись в Канзас, — пробормотала Вик, не уверенная, радоваться ей или ужаснуться (прим.: героиня ссылается на сюжет книги Л.Ф. Баума «Удивительный Волшебник из Страны Оз», рассказывающей о сироте Дороти, которая живет в Канзасе с дядей Генри, тетей Эм и песиком Тото). Но когда девушка свернула на небольшую улочку с раскидистыми кленами и елями, яркими цветниками за белыми заборчиками и домами с широким парадным крыльцом, ощущение спокойствия возросло.
Вокруг все казалось очень цивилизованным, пока взгляд, брошенный вверх, не зацепился за насыщенную зелень дикого леса.
Гора, затем еще и еще, нагромоздились друг на друга, словно кубики, разбросанные ребенком. «В том, что веркошки будут обитать рядом с большими деревьями и лесами, есть
Вик отвела взгляд от гор и сосредоточилась на ориентирах, указанных риелтором. «В квартале от главной улицы, отсутствие тротуаров. Вот…»
«СДАЕТСЯ ДОМ — «КОЛД КРИК НЕДВИЖИМОСТЬ», СПРОСИТЬ АМАНДУ ГОЛДЕН».
Знак был воткнут рядом с примечательным почтовым ящиком в виде сортира. «Сортир… она определенно воспользовалась бы одним из них. Проезд через Старбакс был определенно плохим тактическим решением».
Сдаваемый в аренду дом был небольшим, коричневого цвета с белой отделкой и широким крыльцом. В отличие от других домов на этой улице, во дворе не было цветов. Вместо них невысокие кустарники отмечали границу владений, а над хорошо подстриженным газоном возвышался ветвистый дуб. Смотрелось довольно безмятежно.
Было бы проще разместиться в отеле, но кто знает, сколько времени займут поиски. Вик должна была спросить у парнишки его фамилию.
Ей придется быть предельно осторожной. «Плохие парни знали, что Лахлан из Колд Крик? Ее разыскивают копы?» Она понимала, что недолго проживет, если ее найдут. «Костюм» не выглядел раскаявшимся за то, что он сделал с ребенком, а Свэйн вообще наслаждался процессом.
Девушка заглушила древний джип — единственный достойный автомобиль на дешевой автостоянке — и со зловещим треском двигатель умер. Вик, прихрамывая, дошла до дома, и этот короткий путь заставил ее запыхаться, а ноги дрожать… желудок свело от страха. Она потеряла слишком много крови, получила слишком много повреждений. Руки тряслись. Девушка не смогла бы защититься даже от пятилетнего ребенка, что уж говорить о ком-то вроде Свэйна.
Если подумать, она не знала, от кого следует защищаться. Вики закрыла глаза и покачала больной головой. Приехать сюда, не обладая полной информацией, — это словно прогуляться с завязанными глазами в зоне пожара. Но даже если так, она не собирается убегать. Лахлан доверился ей, попросил рассказать деду, что произошло.
«Господи, она бы лучше столкнулась с танком, оснащенным двадцатью двумя пушками, чем сообщила кому-то о смерти их ребенка. Старик сломается и будет кричать на нее, как это было с родителями О'Фланнагана? Или будет как в случае с Шенной?». Мать ее лучшей подруги словно перестала существовать, как если бы вместе со словами Вик ее покинула душа.
«Почему люди должны умирать?»
В память о Лахлане, его мужестве и его юморе она должна сохранить ясный взгляд. «Проклятье, прекрати!» Она практически слышала режущий слух голос сержанта: «Ты собираешься сломаться и реветь, Морган? Хватай оружие и действуй как морпех!»
Вик вздохнула и распрямила плечи.
Поднявшись на крыльцо, девушка с тоской посмотрела на мягкое плетеное кресло, стоявшее у белых перил, и постучала в дверь. Ответа не было. Она нахмурилась и взглянула на свои часы. Пять тридцать. Как раз вовремя. «Проклятой риелторше лучше поторопиться, потому что, Боже, ей действительно очень, очень нужно в туалет». Нахмурившись, она оглянулась вокруг в поисках укромного уголка, который мог бы послужить ей туалетом. Ничего.