Чародейка
Шрифт:
Последний отдыхал в саду. В окружении набирающих бутоны роз наслаждался чаепитием.
– Я полагал, ты умерла, - «сердечно» приветствовал её маг.
– Вижу, совесть вам не особо докучала? – Язвительно заметила Надежда.
– Ни в малейшей степени. – Отстраняюще процедил Крэй сквозь зубы. – Да и с чего бы? Я всего лишь выполнял приказ, ибо верный слуга. – Рука с ухоженными ногтями аккуратно поставила чашку на блюдечко. – Зачем явилась? Что тебе от меня понадобилось, женщина?
– Волшебный
– Причем здесь я?
– А вам не повезло оказаться единственным знакомым мне колдуном.
– Магом, с вашего позволения, - поправил Крэй.
– Колдунами у нас называют невежественных деревенских ведунов. Думаешь, настроение испортится, если я сейчас просто вышвырну тебя отсюда, чтобы не мешала наслаждаться безоблачными утренними часами?
– У вас не получится «просто». – Гаденько улыбнулась Наденька.
– Во-первых, меня не вышвырнуть. Во-вторых, я вернусь. В- третьих – я здесь по приказу того, кому вы столь верно служите.
Крэй вздохнул.
– Чего ты все-таки от меня хочешь, Джайна? – Терпеливо повторил вопрос маг.
– Обеспечьте меня необходимыми ингредиентами для создания лекарства против Морового Поветрия. В случае успеха я поделюсь с вами полученными от царской милости благами.
– А в случае неуспеха?
– Будете иметь счастье пнуть мою голову в корзину для гольфа.
– В какую корзину?
– Недоуменно нахмурился маг.
– Не важно. Идемте. Как изящно выразился его величество: время не ждет ни вас, ни меня.
Материализация предметов штука сложная. Крэй оказался сильным магом. Но очень и очень трудно объяснить человеку, обладающему средневековым мышлением, что такое компьютер, томограф, сканер, рентген, экран, да что там говорить – простейший микроскоп!
Через несколько дней совместных мучений первоначальная неприязнь между магом и чародейкой достигла апогея. Однако толерантность была вознаграждена - их усилия увенчались успехом. Не веря собственным глазам, Надежда созерцала такое чудо, как магически созданный компьютер. Машина вызывала почти благоговейный ужас, ни сколько не вписываясь в окружающий мир.
Ещё неделю корпела Надежда над трудами с рвением и энтузиазмом фанатика. У неё не было сомнений, что либо она на блюдечке с золотой каемочкой отдаст Чархану эликсир. Либо расстанется с помолодевшей, похорошевшей головой, украшенной золотистыми кудряшками.
– Как дела? – Время от времени интересовался кто-то из друзей: Оральф, Антрида или Сандар.
– Хвастаться нечем, - каждый раз хмуро отзывалась она. – Всю таверну опустошили?
– Нет, конечно, - возмущались товарищи. – Невозможно сотворить несотваримое.
Именно это мысль все чаще
***
– Глупо пытаться в одном мире жить по закону другого.
Черные прямые волосы Стэйна развевались на ветру. Бледно-зеленая ива, покрытая бледными соцветиями, напоминавшими яблоневый цвет или расцветшие звёзды, наполняла воздух восхитительным ароматом.
– Я не знаю, что мне делать! – всхлипнула Надежда. – Ничего не выходит.
Руки Ирвинга сжали девичьи пальцы, погладили холодный ободок металла, украшенного зеленым камешком.
– Джайна! В кольце огромная сила, в нем заключена частица «Ока Вечности». В твоей крови есть средство. Примени и то, и другое, не медли. Мертвые готовятся к нападению. В деревушку Лирон направляется один из Черных, несущих моровье. Опереди его. Достаточно нескольких бутылочек эликсира и ты предоставишь Чархану необходимые доказательства.
Надежда вдохнула горьковатый воздух и…проснулась.
Тихо мигали ненастоящие лампочки, мерцал ненастоящий монитор, светились ненастоящие панели и дисплеи.
Чародейка закрыла глаза, во всех подробностях представляя одноразовый шприц с тонкой иглой. Искусству материализации предметов она научилась от Крэя. Через мгновение пальцы ощутили шероховатость поверхности медицинского инструмента, заключенного в синтетический пакет.
Перстень озорно подмигнул.
Ура! У неё получилось.
Повернув украшение вокруг пальца, молодая женщина пожелала, чтобы Оральф сию же секунда оказался рядом:
«Встань перед мной, как лист перед травой», - иронично пожелала она.
Вначале, как в Писании, явилось Слово. Потом воздух взвихрился и появился сам Оральф. Полуголый, сонный и злой он воззрился на разбудившую его красавицу самым, что ни на есть, недружелюбным образом:
– Я считал тебя благовоспитанной и благоразумной, - рыкнул он, тыча пальцем с длинным, острым, похожим на помутневшее стекло, ногтем. – Совершенно неблагоразумно вызывать меня в такое время.
– Переживешь, - огрызнулась Надежда.
– Мне нужна кровь.
– Опять?! О, Элуна! – Возвела светлые очи горе не выспавшаяся жертва, выбранная донором. – Ты кровожадней самой жадной нежити. Вот уже целую неделю ты только и делаешь, что требуешь крови.
Проигнорировав возмущение, Надежда попросила Оральфа поработать кулаком и отработанным жестом ввела иглу в синюю жилку. Темная жидкость быстро заполняла двадцати кубовый шприц. Не вена, - мечта медицинской сестры.
Надежда одарила друга улыбкой.
– Спасибо. Предпочтешь вернуться к себе обычным способом или мне поспособствовать?
– Не стоит, сам найду дорогу. – Смерив девицу внимательным взглядом, Оральф смягчился.
– Тебе тоже бы не помешало хорошенько выспаться. Дурнеешь на глазах.