Чародейка

Оленева Екатерина Александровна

А вот её спутница могла с полным основанием считать себя красавицей: черты овального лица, несмотря на то, что мелкими их назвать было сложно, отличались гармоничностью и строгой пропорциональностью. Женщину будто рисовал уверенный карандаш талантливого художника. Красота воительницы была особенной: не отличалась хищной грацией землянок начало XXI столетия; или изяществом и сахарной рафинированностью, воздушной легкостью и эфемерностью, так ценящихся в ушедшие на Земле эпохи. Сильная, высокая, ширококостная, но при этом стройная и гибкая, Антрида

окутывала теплом, производила впечатление надежности и силы, как физической, так и духовной.

Сандар? Чем-то он напоминал статую Геракла: на коротковатых, мускулистых ногах держался широкоплечий мощный торс, увенчанный короткой шеей. Состриженные под ерша светлые волосы резко контрастировали с темным от загара лицом. Вперед выделялись мясистый, крупный нос и упрямый подбородок. От уголках светлых глаз лучиками разбегались морщинки.

Сурэй как был проходимцем, так и выглядел. Среднего роста, худощавый, подвижный, точно канатный плясун, с тонким носом Скарамуша и широким узкогубым ртом Арлекина. Глаза-буравчики свидетельствовали о привычке казаться легкомысленным и одновременно примечать вокруг как можно больше. Он напомнил Надежде актера Адриана Броди. Только в Сурэе не было и намека на ленивую меланхолию последнего.

– Окна высоко, - присвистнул Сурэй, закидывая голову назад в попытке высмотреть наверху хоть что-то. Он то ли не замечал пристального взгляда Надежда. То ли попросту его игнорировал. – Узкие, точно кишки – не выберешься. Может быть, ещё раз попытаемся проломить дверь?

– Да пробовать устали! – Напомнила Инара. – Мечами рубили, сферами кидались, и заклятия я уже все применяла. Не открывается она! Не от-кры-ва-ется. – Для пущей доходчивости девушка отдельно проговорила каждый слог.
– Сам видел!

– Но что-то ведь делать надо? – Огрызнулся Сурэй.

– Вот и делай, раз такой умник!

– А почему бы тебе не попробовать? – Засунув руки в карманы, развернулся Сурэй в сторону Надежды. .

– Что ты предлагаешь? Мне «Чуфырь-чуфырь» - чуфырнуть?

– Именно. Ты же у нас Чародейка? Счастливый Талисман? Вот и валяй, - действуй! – Молодой человек отодвинулся в сторону, как бы приглашая проявить инициативу.

Надежда обернулась к Сандару.

– Попробуй, - кивнул тот.

– Глупо, - сообщила Надежда, топая к массивной окованной двери, которую и динамитом сомнительно, чтобы удалось разнести.

Чувствуя себя распоследней дурой, женщина подошла и взялась за тяжелую медную ручку.

В ушах раздалось странное эхо. Смолкающий, отдаляющийся мелодичный смех? Подавленное женское рыдание? Гул текущий воды, словно шел сильный-сильный дождь.

– Джайна? – Низкий голос Воительницы как и в прошлый раз заставил отступить бередящих непонятные струны в душе, призраков. –Ты в порядке?

Тряхнув головой, Надежда решительно толкнула дверь от себя.

Что-то бело-алое метнулось по углам. Оно вращалось, точно зонтик. Или юла? Все быстрее, быстрее, быстрее…

Насмешливый смешок.

Трескучий, неприятный

звук.

И вот уже ослепительные лучи солнца прогоняют последние остатки мрака в помещении. Ветер студит щеки.

Мрачная зелень дикого проклятого леса на фоне темнеющего неба смотрелась картиной в рамке дверного проема.

Сердце Джайны сжалось. Что за чушь? Свет падал таким образом, что по стенам вновь скользила тень гибкой светлой кошки.

– Его Темное Величество, возглавляющее наше Светлое Королевство, Чархан Крылатый останется доволен, - осклабился Сурэй, щурясь. – Без сомнения мы нашли её. То есть тебя, - подмигнул он Надежде. – Чародейку.

Мужчины выводили лошадей под уздцы, спеша покинуть Черный дом.

Надежда, проведя рукой по холодному камню, благодарно прошептала в пыльную мглу:

«Спасибо, что дал приют. И что отпустил».

Дом в ответ грустно вздохнул, будто старик.

Странная компания продолжила путешествие.

Глава 6

Топь

Ближе к вечеру Надежда поняла: тело её спутников выковано из камня, дух - тверже алмаза. А вот она…

Болтаясь за спиной Светлого Паладина, кусая губы, боясь разреветься или сказать нечто нецензурное, она неустанно возвращалась к мысли о том, что земляне-современники понятия не имеют об стоимости сокровищ, коими обладают. Комфорт, сытость и безопасность: вот три кита, на которых держится человеческое благополучие.

Сейчас Надежда без раздумий согласилась бы отдать пять лет жизни, лишь бы вновь оказаться в условиях плохой экологии, в центре прогнившей капиталистической системы. Отравиться пиццей! Запить суррогатным кофе! Воспользоваться душем!

При мысли о последнем Надежда скрипнула зубами так, что Сандар тревожно обернулся:

– Ты в порядке?

Какой там, «в порядке»!? Она мирилась с мыслью о том, что есть - не придется; спать - не придется. Что в любой момент напасть может такое,о ком ни в сказке сказать, ни пером написать. Но быть грязной?!!!

Надя хотела домой. Незамедлительно. Вот прямо сейчас. В тусклый, размеренный уют. Туда, где с книжкой в руках о чужих приключениях можно с интересом читать, забравшись с ногами в кресло, укрывшись теплым пледом. В том мире глядя в окошко, сонно следят за наползающими с севера седыми тучами, не содрогаясь при мысли, что вот–вот припустит ливень.

– Гроза приближается, - предупредила Антрида.

– Быстренько отыщем домик наподобие вчерашнего?
– Едко поинтересовался Сурэй.

– Тьфу на тебя – три раза, - по-кошачьи фыркнула Инара. – И типун на язык в придачу.

– Да где ж его тут отыщешь? – Тоскливо вздохнул Паркэс.

Пришпорив коней, путники дали ходу.

Интересно, обитатели этого мира знакомы с насморком? Если нет, Надежда, судя по самочувствию, исправит это счастливое недоразумение, щедро поделившись бациллами.