Чародейка
Шрифт:
Сонный мозг никак не мог сопоставить факты, плавающие на поверхности, пока наконец не огласили:
— Конор Нильсен, пройдите в кабинет ректора.
Я остановилась у основания лестницы. Так вот оно что. Преподаватели узнали о вчерашнем конфликте между оборотнями. Интересно, кто донёс? Кьяра? Эвелин? Или кто-то из старшекурсников?
— Привет. — Сбоку от меня материализовалась Грейвз, взбираясь на ступеньку. Несколько других одногруппниц пробежали мимо. — Слышала? — она кивнула куда-то неопределённо вверх. — Ректор выносит участникам вчерашней драки
Я развернула бумагу, обнаружив там ароматный пирожок. Желудок призывно заурчал. Да ты ж моя хорошая! Горячо поблагодарив подругу за заботу, я принялась уплетать вкуснейшее тесто с мясной начинкой. Это вам не оладушки Гаспара. Да простит меня вампир.
— Что там с этим клеймом? — вернула подругу к рассказу, продолжая жевать и восполнять энергию пищей. Очень хотелось узнать, какое наказание понесут мерзавцы.
— Теперь каждый волк будет знать о их подлой натуре. А за малейший проступок их изгонят из стаи. Для оборотня это хуже смерти, — без какого-либо сочувствия декларировала Грейвз.
— И поделом им! — Я тоже не стала жалеть тихушников, отправив последний кусочек сдобы в рот. И, собравшись с духом, озвучила главный вопрос: — Как там Бьёрн?
— Кьяра говорит, что от синяков завтра уже и следа не останется. А вот на то, чтобы срослось ребро, уйдёт пара дней, — шокировала и обрадовала меня Грейвз.
Попадись мне сейчас Конор на глаза — придушила бы голыми руками! Радовало только то, что вместо положенных трёх недель ускоренное волчье исцеление справится за несколько дней.
— А затем Бьёрна ждёт долгое турне… — продолжила Грейвз, но окончание её фразы потерялось в звоне, содрогнувшем башню и ускорившем нерасторопных студентов.
Протискиваясь между рядами, мне вспомнились слова Генри о том, что Бьёрн вправе бросить вызов каждому волку, полезшему в нечестную драку. Неужели волчонок в самом деле намеревается сразиться с каждым из них? Или у него теперь нет выбора? О принципах и задетой чести оборотней я мало что знала. Однако лохматая раса не желала смещать с себя фокус моего внимания.
Ближе к середине занятия в кабинет артефакторики принялись неистово тарабанить. Да так, что с потолка посыпалась пыль. Пока пожилая профессор пробиралась от одного конца аудитории к другому, прицокивая и выражая недовольство бескультурьем, дверь нетерпеливо распахнулась.
— Магистр Арчибальд! — забасил плечистый юноша. — Там у нас это… — он озадаченно почесал макушку, — чрезвычайное происшествие, во! Декан Вирджил велел отправить за вами. Вы же это… специализируетесь по артефактам.
— Подождите, голубчик, не тараторьте. Объясните нормально, что случилось, — попросила дама, не поспевая за перескакивающими мыслями взволнованного студента.
— Там студент… — Парень запнулся, а моя тревожность взлетела до красного уровня. Господи, да скажи ты уже по-человечески! Иначе я не выдержу и перейму инициативу выяснения обстоятельств у профессора Арчибальд. — …студент пропал! — наконец закончил бедолага.
— Сапфировые грани! — охнула преподаватель, прижимая руки к груди. — Как? Когда?
— Ночью… Профессор Вирджил заметил какие-то аномалии с артефактом четверокурсника. Парня ищут с тех самых пор, — поведал здоровяк, вынуждая кровь в моих жилах похолодеть. — Следователи прибыли час назад. Они и декан ждут вас, — напомнил он цель своего визита.
— Да-да, разумеется. Идёмте скорее, — проговорила женщина, оправляясь от шока, и, придержав длинный подол платья, поспешила за оборотнем.
Студенты, ставшие очевидцами напряжённого разговора, синхронно подорвались, точно были привязаны к профессору невидимыми ниточками, и поплелись следом. Я и сама шагала в их числе, крепко стиснув лямку сумки. Мне чудилось, что над головой стягиваются тяжёлые грозовые тучи, грохотавшие и заряжающиеся электричеством.
Как я могла упустить такой исход событий? Не подумать, что Свейн просто возьмёт и сбежит, как подлый трус! А что, если он исчез не по своей воле? Вдруг Шейн сорвался?!
Представив, как где-то во мраке подземелья Анварен устраивает кровавые пытки оборотню, чтобы выведать местонахождение стаи, меня самым натуральным образом передёрнуло. Нет! Шейн не стал бы так поступать. Или всё же стал?
Глава 36. Ферзь под угрозой
Когда два десятка любопытных ведьм добрались до жилой территории оборотней, народу там собралось уже прилично. Студенты сбивались в небольшие кучки, перешёптываясь и откровенно глазея на один из домов с распахнутой дверью. В прямоугольном проёме проглядывалось трое мужчин: ректор Рэндолф, декан Вирджил и пожилой незнакомец, должно быть, правоохранитель. Второй же сотрудник следственного отдела топтался на крыльце, окружённый преподавателями с разных кафедр. Как раз к ним и направилась профессор артефакторики.
Сейчас я сильно жалела, что не родилась представителем мохнатой расы и не могла подслушать все детали разговора магистров и законников. Хотелось узнать больше информации. Что показал факультетский камень Свейна и почему его пропажу не приняли за взбалмошную студенческую выходку?
Затем моим вниманием завладел мужчина в чёрном дорогом пальто у торца дома. Я узнала Айзека Борнера по коротким волосам, уложенным в виде волны на бок, ещё до того, как тот повернулся лицом. Мальфар уничтожил дымящуюся сигарету в две затяжки и, поёживаясь от непогоды, поспешил спрятаться от накрапывающего дождя под козырьком. Стоило ему отойти, освобождая обзор, как взгляд выцепил двух мужчин, беседующих за углом вдали ото всех.