Чародей
Шрифт:
— Тебе понадобится большое судно, чтобы всех перевезти, — пробормотал Велиар.
Аксис похлопал Велиара по спине.
— Семнадцать-восемнадцать человек, дружище. Мы переправимся туда на хорошей шлюпке.
— А что же Азур? Ты ее разве не возьмешь?
Аксис сурово сжал губы.
— Кто-то же должен остаться за главного в лагере. К тому же вряд ли сама она захочет при этом присутствовать.
— Аксис, — замялся Велиар. — Не обижай Азур. Она слишком сильно тебя любит. Каково ей будет, когда ты уплывешь от нее сегодня?
Аксис
— Будь осторожен, Аксис, — сказал Велиар, зная, что заходит слишком далеко, — Азур пользуется огромным уважением в лагере. Обидишь ее — обидишь многих.
— Включая тебя? — Аксис уже сорвался. — Что, очень любишь ее, Велиар?
Велиар не мигнув выдержал яростный взгляд Аксиса.
— Не отрицаю, я любил ее когда-то, но что толку подогревать любовь и желание, когда Азур, кроме тебя, никого не видит. Такая любовь меня бы разрушила, а умирать я пока не собираюсь. Но я люблю ее теперь другой любовью, как Магариз и Ривка, и Арн, и тысячи других людей, всех не перечислишь, Аксис. — Велиар говорил негромко, но убежденно. — Все мы слишком ее любим, чтобы безучастно смотреть, как она медленно умирает от тоски из-за того, что ты женишься на Фарадей. Либо ее отпусти, либо Фарадей. Ты убьешь их обеих, если захочешь сохранить и ту, и другую.
— Никого не отпущу! — вспылил Аксис. — Нет такой необходимости. Они примут друг друга. Так и раньше бывало.
— Но не с такими женщинами! — Велиар возвысил голос. — Каждая по-своему замечательна, но они зачахнут и умрут от тоски, если им придется делить тебя между собой.
— Вряд ли… — начал Аксис, но в этот момент от шатров к ним донесся крик.
С искаженным от ярости лицом к ним шел Исгрифф. Он тащил за собой норийскую девушку в платье из ярко-красной шерсти.
— О боги, нет, — прошептал Велиар. — Кана!
Гнев настолько изуродовал красивое лицо Исгриффа, что его трудно было узнать, в то время как девушка всем своим видом выражала мрачный протест.
Остановившись в четырех-пяти шагах, Исгрифф начал кричать на Велиара:
— Ты понимаешь, что наделал, безродный осел? Ты не подумал, что обесчестил мою дочь?
— Дочь? — удивился Велиар.
Кана дочь Исгриффа?
— Дочь! — закричал Исгрифф. — Дочь! Уж не принял ли ты ее за лагерную шлюху? Она что же, вела себя как шлюха? О чем ты думал, когда тащил ее к себе в постель?
— Я, — начал было Велиар, но Исгрифф не дал ему говорить.
— Ну, что она теперь собой представляет? Какая ей цена? Никакая! За кого я смогу теперь выдать ее замуж? Ни за кого! За пахаря какого-нибудь потихоньку, да еще и приплатить ему, чтобы он не обращал внимания на ее пузо?
Снова Велиар хотел что-то сказать, но Кана остановила отца.
— Отец, — сказала она тихо, но твердо. Аксис заметил, что она унаследовала великолепную внешность отца. — Велиар меня не соблазнял. Это я его соблазнила. В тот день, когда у Могильных курганов был подписан договор, я пошла
Велиар чуть улыбнулся. Забудет ли он, что почувствовал, когда вошел в ту ночь в палатку?
Исгрифф в ужасе посмотрел на дочь.
— Кого я вырастил, — сказал он, — она опозорила своего отца.
Велиар шагнул вперед и взял Кану за руку.
— Исгрифф, ну что, в сущности, случилось? — И поспешил договорить, увидев, что Исгрифф снова открыл рот: — Я уже попросил твою дочь выйти за меня замуж.
Аксис поднял брови. Велиар вздумал читать ему нравоучения, в то время как сам он соблазнял дочь барона?
— Замуж? Думаешь, это избавит меня от стыда, от душевных мук? — закричал Исгрифф, хотя ему сильно пришлось потрудиться, изображая разгневанного отца. Если это ему удастся, сможет получить за Кану золотой выкуп.
— А я согласилась, — сказала Кана, внимательно глядя на отца. Она подозревала, что за «праведным» возмущением отца кроются меркантильные интересы, и еще крепче взяла Велиара за руку.
— Ну ладно, — Исгрифф притворился, что гнев его пошел на убыль. — Откуда мне знать о его намерениях? Может, это был способ, с помощью которого он заманил тебя в постель?
— Я твоего поведения не одобряю, Велиар, — сказал Аксис. Это были первые его слова с тех пор, как Исгрифф притащил к ним свою дочь. — На мой взгляд, с Каной ты обошелся дурно.
Велиар сердито посмотрел на Аксиса. Он прекрасно понял, что Аксис имеет в виду их только что происшедший между ними разговор.
— Тогда найди мне двух свидетелей, Аксис, — ответил он. — И я тут же оформлю свои отношения с Каной. Яне боюсь дать клятву в верности любимой женщине.
Велиар, спокойный и уверенный, стоял рядом с норийской девушкой. Аксис взглянул на него и пошел прочь.
— Взять тебя с собой я не могу, поэтому на время моего отсутствия будешь исполнять мои обязанности, — сказал Аксис. — Зоркий Глаз будет твоим заместителем.
— Понимаю, — сказала Азур, в третий раз сложила свой плащ, потом встряхнула его и начала все снова.
Сейчас они помещались в шатре Ривки и Магариза, и впервые за много дней Аксис выбрал момент, чтобы поговорить с Азур наедине. Ривка пошла с Калумом на вечернюю прогулку.
— Проклятье, — тихо выругался Аксис, подошел к Азур, вырвал у нее плащ и швырнул его на землю. — В чем дело, Азур? Что встало между нами в последние месяцы? — Как долго он не прикасался к ней, не целовал? Да, наверное, с того дня, как подписал с Исгриффом и Гревиллом договор у Древних курганов, а сколько с тех пор прошло недель?
— Что, говоришь, между нами встало? Да та, что сидит сейчас в розовом дворце на противоположном берегу озера. Фарадей.
— Азур, — Аксис ласково взял ее за подбородок, стараясь встретиться с ней взглядом. — Азур, я люблю тебя, ты ведь знаешь это. Ты всегда будешь частью моей жизни.