Чародей поневоле
Шрифт:
Катарина повела плечами.
– Ты снова станешь герцогом Логайром, – холодно заявила она, – когда мы разобьем этих изменников!
Логайр печально улыбнулся.
– Разбить их будет непросто, Катарина.
– «Ваше Величество»! – огрызнулась она.
– «Катарина»! – рявкнул Род.
Она испепелила его взглядом. Он ответил ей тем же. Катарина надменно отвернулась.
– Кто я, Бром?
– «Ваше Величество», – ответил тот с легкой улыбкой, – но для своего дяди и для его сына, Вашего кузена,
Род с трудом подавил улыбку, когда королева откинулась в своем кресле, ошеломленно уставившись на Брома.
Взяв себя в руки, она удостоила Брома пронзительным взглядом из серии: «И ты, Брут?»
– Я думала, что ты на моей стороне, Бром.
– Ну, так оно и есть, – улыбнулся карлик, – и вот тот соколик тоже, – он ткнул пальцем в сторону Рода, – если Вы еще этого не поняли.
Катарина холодно взглянула на Рода.
– Да уж, сокол, – голос ее посуровел. – А что же дятел?
Голова Туана дернулась, словно от пощечины. Он испуганно уставился на нее глазами, полными боли.
Когда-нибудь, – подумал Род, – она толкнет его чуточку сильнее, чем нужно, и это, возможно, будет счастливейшим днем в его жизни... если только он переживет этот день.
– Я за тебя, – выдохнул Туан, – даже теперь, моя королева Катарина.
Она улыбнулась, надменно и презрительно.
– Вот сука, – подумал Род, сжав кулаки. – Сука!
Катарина уловила безмолвное шевеление его губ. Она игриво улыбнулась.
– Что это вы там бормочите?
– Ну, я просто проделываю дыхательные упражнения, которым меня научил мой старый логопед. – Род прислонился к стене и скрестил руки на груди. – Но как же Вы все-таки предполагаете поступить с мятежниками, милая королева?
– Мы выступим в поход на Юг, – отрезала она, – и встретим их на Бреденской равнине!
– Нет! – Логайр вскочил с кресла. – Соотношение сил десять к одному, если не больше.
Катарина прожгла дядю бешеным взглядом, уголки ее рта упрямо изогнулись.
– Мы не останемся в городе, забившись в щели, словно крысы!
– Тогда, – сказал Род, – вы проиграете.
Она бросила на него взгляд сверху вниз (ловкий трюк, если учесть, что она сидела, а он стоял).
– При этом наша честь не пострадает, господин Гэллоуглас.
Род хлопнул себя по лбу и закатил глаза.
– А что мне остается делать? – фыркнула она. Готовиться к осаде?
– Ну, раз уж об этом зашла речь, – сказал Род, – то да.
– Не забывайте еще кое о чем, – вставил Туан бесстрастным голосом. – Кто будет защищать Ваш тыл от Дома Кловиса?
Она выпятила губу.
– Нищие!
– Нищие и головорезы с очень острыми ножами, – напомнил ей Род.
– Где это видано, чтобы королева испугалась нищих? – фыркнула она. – Да никогда! Они всего лишь пыль под моими ногами!
– То, что ползет во прахе у твоих
Она закусила губу и опустила глаза, терзаясь сомнениями.
Затем Катарина вновь выпятила челюсть и прожгла Туана испепеляющим взглядом.
– Так значит ты вооружил их против меня, сколотил из них армию, поставив нищих под свое начало, и выковал из этого сброда кинжал для моей спины! Доблестная работа. Король Бродяг!
Род вскинул голову, на миг замер, уставившись в пространство, затем повернул голову и как-то странно взглянул на Туана.
– Я выступаю в поход, – заявила Катарина. – Вы идете со мной, милорд Логайр?
Старик склонят голову в знак согласия.
– Ты валяешь дурака, Катарина, и скоро погибнешь, но я умру вместе с тобой.
Самообладание на миг оставило Катарину, и на глазах у нее выступили слезы.
Она поспешно повернулась к Брому.
– А ты, Бром О'Берин?
Карлик развел руками.
– Сторожевой пес Вашего отца, миледи, верен Вам.
Она нежно улыбнулась.
Затем она взглянула на Туана, и глаза ее посуровели.
– Говори, Туан Логайр.
Юноша неохотно оторвал взгляд от языков пламени.
– Странно, – задумчиво произнес он. – мне минуло лишь двадцать два года, но оглянувшись даже на столь короткий срок, я увидел несчетное число безрассудств.
Род услышал, как Катарина тихонько ахнула. Туан хлопнул себя по ляжке.
– Ну, что было, то прошло. И если я жил, как дурак, то почему бы мне и не умереть тоже по-дурацки.
Он повернулся и нежно взглянул на девушку.
– Я умру вместе с тобой, Катарина.
Лицо ее стало пепельно-серым.
– Безрассудно... – прошептала она.
– Он и не догадывается, сколь мудры его речи, – буркнул Бром, глядя на Рода поверх плеча Туана.
– Что ты скажешь на это безрассудство, Род Гэллоуглас?
Глаза Рода медленно сфокусировались на Броме.
– Мудрый шут, храбрый шут, – пробормотал он.
– Что ты сказал? – нахмурился Бром.
– Я говорю, что мы, возможно, и выйдем живыми из этой заварушки! – усмехнулся Род, в глазах его бушевало пламя.
– Эй, Король Бродяг, – хлопнул он Туана по плечу. – Если исчезнет Пересмешник и его приспешники, сможешь ли ты перетянуть нищих на сторону королевы?
Лицо Туана вновь ожило.
– Да, наверняка, если только они исчезнут!
Род оскалился в недоброй усмешке.
– Им придется это сделать.
Полная луна сияла высоко в небе. Род, Туан и Том метнулись из тени полуразрушенной стены к развалинам фонтана во дворе Дома Кловиса.
– Из вас обоих вышли бы великолепные взломщики, – проворчал Большой Том. – Ваш топот я услыхал бы за пару лиг.