Чародей на том свете
Шрифт:
– Госпожа… гражданка Протопопова… Хотите, встану на колени? Спасите мою девочку! – застонал экзобиолог, и по щекам его потекли слезы.
И он действительно бухнулся перед ней на пол кунга.
– Да что вы себе позволяете! Не становитесь передо мной ни на какие колени! – Мариелена Прекрасная откровенно растерялась при виде залитого слезами ученого мужа. – Поймите, я действительно не имею права убивать представителей местной фауны. Ну хорошо, я подумаю, что можно будет сделать…
– Даниил, ты там, часом, не заснул?! – тревожно
– Что, где?! – выкрикнул археолог, подпрыгнув так, что едва не свалился со спины мамонтихи, кстати, заволновавшейся.
– Тише! – Путеводитель покосился на дремлющую девушку. – Говорю тебе, сзади, в километре, четверо тех самых клыкастых симпатяг, родных братцев которых пострелял Сет…
– Какой еще Сет?! – забеспокоился Данька, от волнения начисто забывший о конспирации.
И испуганно покосился на соседку, не разбудил ли.
– Да хватит вам, говорите нормально! – почти заверещала Эля, вцепившись в руку Горового. – Я уже давно не сплю. И вообще, что о себе вообразила эта мутантная собака? Что, она больше меня разбирается в местных проблемах? За нами гонятся! И не кто-нибудь, а силби! Я их чувствую, но не смогу отпугнуть!
– Помолчала бы насчет каких-то мутантов! – рявкнул задетый за живое Упуат. – Я тоже про тебя многое мог бы сказать, хотя бы начет того, какие у тебя были предки и чья кровь течет в твоих жилах. Да уж не буду ради политкор-р-р-ректности и из уважения к твоему замечательному деду!
– А ты что, знаешь моего деда?! – взвилась девчонка.
– Встречались, – уклончиво молвил пес. – Я, кстати, обещал ему приглядывать за тобой…
– Не маленькая! – буркнула Эйяно.
– Прекратите! – вмешался Даня. – Что будем делать?
– Что делать? – Открыватель Путей уже успокоился. – Жаль, добежать до ЭРЛАПа не получится – эти черти бегают куда как быстрее Фроси.
Он прищурился:
– Положим, ту парочку, что сзади, я смогу попробовать проводить прямо сейчас, но для остальных придется копить энергию не меньше пяти минут. Как, землячка, продержишься? – спросил волчок у Нефернефрурэ.
Вместо ответа мамонтиха, встав как вкопанная, воинственно затрубила, и, подхватив с земли бревно длиной этак метра четыре, грозно воздела его над головой.
И в ответ из недр тайги донесся синхронный рык четырех глоток.
Не угрожающий, не торжествующий, а холодный и недобрый – нападавшие как бы деловито сообщали о своем намерении полакомиться путниками.
– О, Аллах! – выкрикнул рядовой спецназа Ибрагим Ахметов, услышав почти рядом жуткий звук. – Так зверь не кричит, так дэв в пустыне кричит! Ой, плохо!
– Отставить, рядовой!
Вахмистр Карл Марленис, старший на посту, резко оборвал струхнувшего подчиненного.
– Тут дэвам взяться неоткуда, не пустыня. Так что успокойся.
Однако проняло и хладнокровного потомка латвийских беженцев. Он сдвинул предохранитель станкового гранатомета.
– Товарищ
– Помолчи. – Сержант положил палец на гашетку. – Не знаю как насчет дэвов, но…
И в этот момент они вышли на прогалину.
Все четверо, во всей своей зловещей красе.
И такими беззащитными и жалкими почувствовали себя двое людей, устроившихся в люльке, подвешенной к стволу кедра на высоте пятнадцати метров. И таким ничтожно маленьким показалось им расстояние до земли – оба почувствовали, что в случае чего любая из тварей преодолеет его в несколько секунд, взобравшись по стволу почти так же легко, как белка или бурундук.
И не слишком надежной защитой выглядел даже гранатомет и два автомата.
Больше всего на свете и Марленису, и Ибрагимову захотелось, чтобы гости убрались как можно быстрее восвояси.
Обычные саблезубые тигры, может быть, так и сделали бы хотя бы потому, что эти двое были слишком скудной добычей в сравнении с мамонтом и его наездниками.
Но то были боевые рукотворные твари, и заложенные в их мозгах инстинкты и программы безошибочно идентифицировали двух разумных на дереве, во-первых, как потенциальную угрозу выполнению задания. Во-вторых, как ненужных свидетелей. В-третьих, как высокобелковый, легко усваиваемый корм, в любом случае нелишний.
– Эй, пост номер пятнадцать, – струхнувший вахмистр перетрусил еще больше, ибо в наушниках прозвучал голос Самой. – Вы что, заснули? Или ждете, пока они начнут вас жрать? Стреляйте, болваны!
И в этот миг все четверо хурсарков бросились в атаку, прыгая в разные стороны – эта модель создавалась уже с учетом наличия у землян огнестрельного оружия.
Вырвавшийся вперед оказался не столь ловок, а может, ему просто не повезло – очередь из гранатомета буквально разорвала его на куски.
Второго удалось поразить лишь на полдороге к дереву. Хотя гранаты в него и не попали, но рой осколков продырявил его шкуру, а взрывная волна вытряхнула и мозги, и внутренности.
Потом заряды в гранатомете кончились, и в ход пошли автоматы.
В общем-то, солдатам здорово повезло. В соответствии с техническим заданием звено хурсарков должно было прорвать оборону пехотного отделения, вооруженного легким стрелковым оружием, потеряв двоих; или же уничтожить расчет тяжелого вооружения с потерями в три четверти.
Но когда последний хурсарк своими когтищами уже готов был смахнуть вниз подвесную люльку, почти рехнувшийся от ужаса Ибрагимов выпустил ему в морду содержимое баллончика со средством для отпугивания комаров.
Зверюга несколько раз чихнула, и Марленис успел-таки сменить магазин в АК-147, который тут же разрядил в упор, разнеся череп клыкастого исполина.
Почти полуторатонная туша хурсарка полетела вниз, мягко шлепнувшись на тело собрата, полминуты назад получившего пулю в глаз.