Чарлстон
Шрифт:
– Придумываешь, – проворчала Лиззи. Она еще внимательней посмотрела на свою доску.
– Вовсе нет. Взгляни-ка. – Тень указал на свою доску.
Девочка с подозрением вгляделась в путаницу «V», «М» и «W», стеснившихся на запятнанной мелом доске.
– Три! – воскликнула она.
– Что – три?
– Разные буквы.
– Вот эти разве не похожи на «W»?
– Не все. Вон те похожи. – Она ткнула в них указательным пальцем. Ее рука больше не дрожала.
– А вот эта? – Он показал на «М». – Гляди, только повернуть нужно. Поставь вертикально
Лиззи послушалась. Она с удивлением взглянула на букву. Затем сдвинула бровки.
– Сейчас подумаю, – заявила она.
Джо подождал. Слышно было, как за окном квакают жабы.
– Понятно! – Лиззи восторженно улыбнулась щербатой улыбкой. – Те, что ты раньше писал не так, теперь написаны правильно. А то, что раньше было правильно, сейчас не получилось. Только «W» у тебя получилось. Или «М», неважно.
Джо хмыкнул и почесал нос. Лиззи испытующе поглядела на него. В глазах Джо зажглись озорные искорки.
– Да! Вы правы, мисс. Так оно и есть.
Девочка засияла. С лукавым видом она потянула его за рукав.
– Да, если не перевертываться на голову. – Лиззи хихикнула.
Джо с любовью наблюдал за ней. Он никогда не задумывался, почему так привязан к этому ребенку. Ее бледное, испуганное личико тронуло его при первой же встрече. Он был рад, что девочка привязывается к нему все сильней и сильней. Ведь она, безо всякой причины, боялась обоих братьев и мать. Ее страх перед Джулией был ему понятен, он и сам ее побаивался.
– Мистер Симмонс?
– Что малышка?
– Отчего Пинни на меня сердится?
– Он сердится не на тебя, а на янки, который отстрелил ему руку. Теперь ему надо учиться все делать заново. И не только писать, но и есть, одеваться, перелистывать страницы в газете.
– Зато он умеет читать.
– Да. Для этого руки не нужны.
– А ты умеешь читать?
– Нет. Надеюсь, что ты меня научишь.
– Я? Что за глупости! Я сама не умею читать. Только книжки с картинками, потому что по ним я сочиняю истории.
Лиззи почти все время проводила в тенистом уголке веранды, листая книжки с картинками, которые презрительно забросил Стюарт. Медвежонок, поблескивая глазками, сидел у нее на коленях. Он внимательно прислушивался к тому, что Лиззи «читала» ему негромким голосом.
– Скоро ты пойдешь в школу. Там тебя научат читать, а ты научишь меня.
– Да. Ты и вправду этого хочешь?
– Буду очень тебе признателен.
– Хорошо! – Она захлопала в ладоши. – Мы будем так играть: я учительница, а ты и мишка ученики. Я буду ставить вас в угол. Учителя всегда так поступают. – Лиззи хитро улыбнулась.
Джо притворился испуганным. Девочка прыснула со смеху. Вдруг лицо ее потемнело:
– Мистер Симмонс?
– Да?
– Мне не очень-то хочется в школу.
– Почему, малышка?
– Там все толпятся. Слишком много народу.
Джо хотелось взять ее худенькую ручку в свою, но он знал, что девочка боится прикосновений. Он осторожно подбирал слова.
– Тебя никто не собирается
– Ты боялся?
– Ужасно! Каждый чего-то боится.
– Даже Пинни?
Симмонс помрачнел:
– Даже Пинни.
Лиззи вновь задумалась. Джо ждал. Наконец она сказала твердо:
– Он этого не показывает. И я так сделаю. Пойду в школу и не буду показывать, что боюсь.
– Валяй, малышка. У тебя выйдет. Ты добиваешься всего, что задумала.
После долгих колебаний Мэри решила записать Лиззи к миссис Олстон.
– У нее в школе работает француженка, – сказала она. – Правда, я не знаю, из какой она семьи. Сама Элинор из хорошего семейства. Сестра ее бабушки была замужем за одним из Пинкни. В наше время это единственная соломинка, за которую можно ухватиться.
Неделю спустя Мэри восторжествовала над Джулией – школу мадам Тальван закрыли.
– Только вообрази! – воскликнула Мэри в восторженном ужасе. – Генерал Сиклз собственноручно подписал указ. Мадам отказалась принять его дочь, и он закрыл школу. Не знаю, как поступит Каролина Рэгг. Найдется ли у Элинор Олстон место для маленькой Каролины.
У миссис Олстон нашлось место для Каролины. И для дочери Сиклза тоже. Мэри Трэдд в ярости налетела на нее:
– Элинор, я не решаюсь верить тому, что мне сказали. А я-то думала, на вас можно положиться. Как вы позволите этому человеку навязать вам свою дочь? Место ли ей среди чарлстонских девочек? В тот самый день, как она переступит порог вашей школы, я заберу Лиззи.
Элегантная утомленная вдовушка строго взглянула на Мэри:
– Остановитесь и подумайте хотя бы раз в жизни, Мэри. Что бы ни сделали янки, мы не имеем права распространять войну на детей.
Мэри пыталась возражать, но миссис Олстон урезонила ее:
– Если хотите, я могу вычеркнуть Лиззи.
Мэри отступила. Придя домой, она процитировала миссис Олстон, как если бы это были ее собственные слова:
– Мы не должны воевать с детьми. Только янки способны сжечь Колумбию. Бедная мадам Тальван, где уж ей понять. Ведь она не из Чарлстона.
– Ровно с шести часов пополудни, – прокомментировала Джулия.
Мэри притворилась, что не слышит. Она отправилась к Софи поговорить насчет платьев для девочки. Если нельзя еще раз выпустить подол, придется перешить несколько старых платьев Мэри. Школа открывается первого октября, осталась всего неделя.
14
– Ослы! – Пинкни скомкал газету.
– Без крайностей, – пробормотала Джулия, не отрываясь от шитья.
– Что случилось, Пинни?