Церера
Шрифт:
Я не знаю, сколько времени занял наш путь, я то ли заснула, то ли потеряла сознание. За это время машина успела приехать на место и запарковаться. Меня разбудило движение бандита, когда он споро связывал руки Виктору. Двое других быстро пришли к нему на помощь и вытащили нас.
Автомобиль остановился в большом ангаре. Громкие голоса и топот ног эхом разносились по тускло освещенным коридорам нижней палубы.
Конвоиры грубо вытолкали меня вперед и снова поволокли, теперь уже в небольшой погрузчик, вроде тех, что использовались на кораблях
— Парни, вы чего? Это ж я! — пытался он привлечь к себе внимание.
Он своего добился, ему заткнули рот кляпом, стрекотнул шокер, и Виктор сдавленно заорал. Его сунули рядом со мной, и я брезгливо поджала ноги. Я совершенно не хотела до него дотрагиваться.
Путь до тюремного блока лежал через лабиринт технических помещений и грузовых отсеков. Из ангара он занял не так уж много времени. Здесь редко кто бывал, я заметила только одного человека, следящего за мониторами. Он проводил погрузчик взглядом и коротко кивнул нашим сопровождающим.
Троим парням явно не терпелось от нас избавиться. Меня высадили у тяжёлой двери, похитители достали оружие, словно за дверью были опасные люди.
Створка с шипением отворилась, меня пинком отправили в полутёмное помещение, где виднелось несколько смутных силуэтов, и дверь тут же затворилась обратно.
Я думала, что расшибу лицо и колени, но меня подхватили сильные руки и удержали от падения. Меньше всего я ожидала услышать знакомый голос:
— Юлия? Тебя тоже поймали?
Я подняла взгляд, и растерянно заморгала. Надо мной возвышалась силачка Ким.
Она помогла мне сесть у стены, сняла кляп и распутала мои руки. Я чуть не расплакалась от боли, когда кровь начала нормально циркулировать. Я принялась растирать запястья
— Бедняга, мы надеялись, что хоть ты спаслась, — заговорила другая женщина, сидящая рядом.
Она была практически без одежды, но не выглядела смущённой. Я вспомнила её, это была Хэл, та брюнетка, что села играть с капитаном в карты. Она успокаивающе гладила тоненькую девушку, которая сдавленно рыдала у неё на плече.
У меня тоже защипало в глазах:
— Простите… Август помог мне выбраться из гостиницы, но я не успела добежать до полиции и позвать на помощь.
— Ох, милая, — брюнетка обняла меня тоже и уткнула в свой внушительный бюст.
— Август, говнюк, не мог убедиться, что гражданский в безопасности, — проворчала из другого угла мощная женщина с выбеленной стрижкой-ёжиком.
— Поторопились ему лейтенанта давать, — хмыкнула Ким.
Они переглянулись и только тяжко вздохнули.
Я сглотнула комок в горле, и тихо спросила:
— А что произошло… ну, там… и что теперь будет?..
Рейнджеры снова переглянулись, а худышка тихо завыла на одной ноте.
Хэл кивнула Ким:
— Объясни ей, а я пока успокою Киру, — она снова обернулась к хрупкой девушке и принялась её качать, как маленького ребёнка: —
Ким отвела меня в другой угол, усадила рядом с мощной женщиной и взяла за руки:
— Послушай, это выглядит, как разборки банд, но похоже кому-то не угодили именно мы. Из-за службы мы много кому перешли дорогу. Я не знаю, кем надо быть такой наглости, чтобы нападать на взвод прямо на станции, но…
— Нам очень повезёт если нас просто убьют, — проворчала стриженая.
— Тама! — шикнула на неё Ким.
А у меня всё скрутило внутри от холодного ужаса.
Похоже, через три дня на Цереру я не попаду…
Глава 24 и интерлюдия "Решение"
Я не успела ничего больше спросить, как по помещению прокатился глубокий гул, и пол под нами завибрировал.
Сначала послышался низкий звук, нарастающий с каждой секундой. Вибрация усиливалась, заставляя дрожать пол, стены и потолок. В воздухе повис запах озона от перегревающейся проводки и систем охлаждения.
— Взлетаем! — ахнула Ким.
Глубоко в недрах космического корабля, на нижней палубе и в грузовых отсеках, старт ощущался совсем иначе, чем в пассажирских каютах или на мостике. Здесь не было иллюминаторов, чтобы наблюдать за удаляющейся станцией, только холодный металл переборок и тусклый свет аварийных ламп.
Постепенно гул стал стихать. Корабль выровнялся, и наступила непривычная, почти неестественная тишина. Только легкая вибрация напоминала о том, что мы уже в космосе, стремительно удаляясь от маленького искусственного обитаемого мирка.
Еле выдавливая слова через сжавшееся горло, я спросила:
— А остальные рейнджеры?
Тама дёрнула плечом, пряча за недовольством страх:
— Скорее всего тоже здесь. Нас разделили в ангаре.
— Марк тогда был жив, — тихо сказала Ким, пульсируя беспокойством и прекрасно понимая, о ком я очень сильно волнуюсь.
— Да не убьют нас тут, сколько повторять, — фыркнула Тама. — Они потом замучаются корабль очищать. Ни в один порт потом не войдёшь, пока не отдраишь всё. Нас просто вывезут куда подальше, а там уже…
— Нет! Не хочу снова! Не хочу снова!.. — пронзительный голос Киры донёсся до нас.
В её словах было что-то такое, отчего продирало леденящим холодом по спине. Она словно тонула в тёмно-синем облаке всепожирающих эмоций. Мне было так страшно, что я… дотронулась до неё, дотянулась из своего угла. Надпочечники перегружены, слишком много кортизола, эпинефрина и норэпинефрина, мало серотонина и гамма-аминомасляной кислоты… Тише, тише, вот так… Задействовать нервную систему, мне нужны синаптические пузырьки в пресинаптических нейронах… Немного, совсем немного… Просто подтолкнуть, а дальше она справится сама.