Церера
Шрифт:
— Сказала А, говори Б, — сурово сказал Марк.
Я нервно заломила руки и отвела взгляд.
— Юля, — брат положил мне тяжеленную ладонь на плечо. — Я не хочу давить, но я должен знать, что происходит, чтобы помочь тебе.
Я выдохнула:
— Мне было видение, что чей-то глайдер гонит родителей по лесу прочь от куполов, чтобы они не могли дать о себе знать.
— Это мог быть просто сон.
— Ну не совсем… — я жутко нервничала. — Их видели… деревья… Вернее, для них, — я кивнула на окружающую флору. — это была огромная серебристая стрекоза.
Лицо Марка не выражало эмоций, но вокруг него просто полыхал костёр эмоций. Он взбесился на меня, разозлился на себя, что злится на меня, расстроился, поняв, что я окончательно свихнулась, и ещё больше расстроился, потому что не знал, что со всем этим делать.
— Юль, да блин, ну какого…
Я схватила его за руку:
— Послушай, ты же читал отцовы работы.
— Просматривал, — прорычал брат сквозь зубы.
— Лес вокруг нас живой, и это не просто деревья. Ты читал, что в растениях Цереры живут симбиотические колонии микроорганизмов, составляющие целые поселения, наподобие земных морских коралловых рифов?
Марк смотрел на меня, злился, но молча слушал.
— Мне кажется, я их слышу тоже и понимаю, как они общаются между собой. Они сохранили воспоминания, что на вездеход родителей напал какой-то глайдер.
Эмоции брата резко погасли, как будто он задавил рукой их источник. Он прикрыл глаза рукой. Он сказал очень длинную эмоциональную фразу. Я даже и не думала, что такое вообще можно проделать, да ещё и с переворотом.
Когда брат убрал руку от лица он был почти спокоен:
— Так, ладно. Даю тебе и своим зелёным друзьями три минуты, чтобы доказать мне, что они действительно тебе что-то показывают, — он встал, взмахнул руками. — Да, привет, чуваки-телепаты! Я к вам обращаюсь. Ну, расскажите ей что-нибудь такое, что знаю только я!
Кто бы мог подумать, что это вызовет у хора ажиотаж:
— О! Грозномогучий, великий, наводящий на смертных ужас,
Громкогласный Титан снизошел до ничтожных созданий земных!
Я закрыла глаза, стараясь соображать, как можно быстрее. Брат не шутил. Мне нужно было что-то, что могло измениться с нашей последней встречи, но он мне об этом не говорил. Подружки? Но я без понятия есть ли они у него… Какая-то учёба или курсы? Но как это понять, если я вижу только эмоции… У меня перед глазами только его физическое тело…
Я остановилась. А зачем далеко ходить? У брата тяжёлая служба. Ну не может быть, чтобы он не поранился. Он никогда не рассказывал о своих проблемах, значит, и узнать мне о них было бы неоткуда.
Я снова закрыла глаза, вспоминая человеческую анатомию, как оно должно быть. Не должно быть уплотнений в мышцах и уплотнений на костях — это явные признаки травм.
Мы осмотрели Титана сверху донизу. Он полыхал как яростный костёр, но что-то всё-таки было хорошо заметно. Мы видели пульсацию жизни в его жилах, а я понимала, что это кровоток, и наконец нашлись несколько слишком плотных сгустков.
—
Марк ошарашенно смотрел на меня сверху вниз. Он помолчал, опустился рядом и сказал
— Этого не может быть… — пробормотал брат, качая головой. — Так не бывает. Ты что, и правда… телепат?
В его голосе звучал страх пополам с благоговейным трепетом. Он смотрел на меня, как на неведомое создание, будто видел впервые. Я читала на его лице целую гамму эмоций: удивление, замешательство, тревогу и даже проблеск гордости.
— Извини, что я сразу тебе не поверил, — он выругался. — В голове не укладывается.
Мы молча сидели под сенью деревьев.
— Ну так как мы тебя назовём? — внезапно спросил брат. — X-woman?
Я так на него посмотрела, что он кашлянул от смущения.
Он явно не знал, как обращаться с «новой версией» своей сестры. Его рука инстинктивно дернулась к поясу, где обычно висела кобура с оружием, но сейчас там ничего не было. Брат одернул себя и выдохнул, стараясь взять эмоции под контроль.
— Ладно, — решительно сказал он. — Будем разбираться по ходу дела. Главное — используй свой дар с умом. И не говори никому, кроме меня. Мало ли…
В его тоне звучала неприкрытая забота, и я поняла, что несмотря на свои страхи, Марк готов принять меня любой — обычной занудой-ученым или сверхспособным телепатом. Мы были семьей, и это главное.
— У тебя есть какой-то план? — спросил брат и шёпотом добавил: — X-woman?
Я не выдержала и треснула его снова:
— Хватит. Я хочу проверить то место, куда родители направлялись изначально. Ты можешь туда со мной слетать?
Марк в задумчивости уставился на колышущиеся под ветром деревья, и кивнул:
— Давай пару дней потратим на разбор документов родителей и посидим дома. Пусть всё уляжется. Сейчас все взбаламучены, и мы с тобой тоже. Ты еще слишком слаба и уязвима и можешь наделать глупостей. Но после — я обещаю, мы вместе проверим твои подозрения. Аккуратно и без лишнего шума. Идет?
Я медленно кивнула. Крошечный огонек надежды затеплился во мне, прогоняя сковавший сердце лед. У меня есть брат. У меня есть цель. Я выясню, что произошло с родителями — и горе тем, кто окажется в ответе.
Интерлюдия. Экзамен.
Три года назад
Мои руки дрожали, когда я пристегнула ремень безопасности. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Это всего лишь экзамен по вождению ровера, напомнила я себе. Ничего страшного. Просто еще один шаг к моей мечте стать настоящим исследователем Цереры.
Виктор сел рядом со мной на пассажирское сиденье. Его присутствие одновременно успокаивало и нервировало меня еще больше. Я восхищалась им, уважала его как куратора и ученого. И очень не хотела разочаровать.