Цербер
Шрифт:
В зале снова раздался смех.
— Наша армия сильна. Мы сможем побить любых пиратов, стоит им только сунуться в наши города, Шон. В каждом городе двадцать тысяч бойцов… Нельзя не отдать тебе должное, Шон Роддем, ты сделал из горожан настоящую армию, да еще со своей бронетехникой. Плюс ополчение со своими стволами. Да мы из любых пиратов решето сделаем!
Зал согласно загудел.
— Но то, что ты предлагаешь, это уже перебор. На что нам, в конце концов, самолеты? Или мы зря их купили и они так беспомощны?
— Я понимаю, что вам нужны трактора… Но
Роддем замолчал, потому как в гуле голосов, поднявшемся в зале, говорить бессмысленно, все равно никто не услышит, каждый хочет, чтобы услышали только его. Члены условно названной Партии Роддема, в которую вошли депутаты, пострадавшие в результате пиратского набега, выступали за поддержку идеи дальнейшего вооружения, спорили с теми, кто такого горя избежал и не желал расставаться со своими кровными для закупки «мертвого железа», только жрущего топливо, но ничего не производящего. «Пацифисты» желали купить трактора — они источник прибыли и благосостояния людей Ра-Мира.
Наконец гвалт улегся, и Шон Роддем снова смог взять слово:
— Итак, члены Совета… Еще раз прошу одобрить мое предложение о приобретении зенитно-ракетных комплексов. Ставлю вопрос на голосование…
Депутаты проголосовали, и на большом экране за председательствующей трибуной появился результат, озвученный президентом, точно собственный смертный приговор:
— Хм-м… Семьдесят пять — за, двести двадцать пять — против. Предложение не принято. Что ж, господа… я принимаю вашу позицию, но хочу сказать одно…
— Что?! — нагло улыбнулся Джеф Хавкинс, уже видящий себя президентом Ра-Мира после очередных выборов через три месяца.
— Одну древнюю истину, Джеф… Тот, кто не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую.
— Тебя уже понесло куда-то не туда, Шон…
Дальнейшие пререкания прекратил в самом зародыше вбежавший в зал Совета министр обороны — Георгий Финист с выражением тревоги и растерянности на лице.
— Что случилось, Георгий? — спросил Шон, забыв выключить микрофон.
— Кажется, у нас неприятности, господин президент… Станции службы дальнего обнаружения зафиксировали вход в пределы нашей системы чужого корабля…
— Что тут такого? — удивился Роддем, но почувствовал, что затылок немеет от неприятных предчувствий. — К нам нередко заходят корабли вне расписания.
— В том-то и дело… Это не транспорт и не свободный торговец…
— А кто?
— Пропавший два года назад круизный лайнер «Саллимания»…
— Эй, вы чего там?! — потребовал внимания Джеф Хавкинс. — Что еще за страшилки с таинственным видом? Шон, это твоя очередная уловка, да? Чтобы мы изменили решение в твою пользу?
— А? — отвлекся Роддем от разговора с Георгием Финистом.
— Никаких уловок, господа… — сориентировался министр обороны.
— А что тогда?
— Можете сами посмотреть…
Финист с разрешения Роддема ввел необходимые
Георгий Финист произвел еще несколько манипуляций, и белая точка, большая, чем все остальные в черноте космоса, начала в режиме калейдоскопа увеличиваться в размерах, и вскоре на экране появилось не очень четкое очертание незнакомого корабля.
— Летучий голландец? — произнес Хавкинс, скорее чтобы убедить в этом самого себя.
— Нет… На связь не выходит… вообще не подает никаких опознавательных сигналов. Кроме того, обратите внимание на это красноватое пятно на борту… Какой-то флаг… и с трудом читаемое название… Раньше там красовался фламинго — логотип компании.
— Выглядит зловеще… — кивнул Роддем.
— Я не верю вам! — воскликнул Джеф Хавкинс. — Это ваша мистификация!
В этот момент над городом зазвучал сигнал тревоги, и раздалось голосовое сопровождение:
— Внимание! Внимание! Объявлена тревога первой категории! Внимание! Это не учебная тревога!!! Силам самообороны немедленно перейти на военное положение! Внимание!..
Тем временем корабль приблизился настолько, что все с легкостью смогли прочитать его говорящее само за себя название и в полной мере рассмотреть флаг, так и веявший угрозой.
«Это из-за красного фона», — попытался снять свое сковывающее напряжение Роддем.
— Поступил сигнал с… «Победоносца»… Запись. Идет обратный отсчет до воспроизведения… — прошептал Финист, ознакомившись со своим пискнувшим коммуникатором.
— Включите…
Изображение корабля в результате еще одной несложной манипуляции сменилось заставкой — орел в ореоле венка, а под ним табло обратного отсчета. Через минуту, когда цифры показали «00:00», заставку сменило изображение какого-то человека во френче коричневого цвета. Позади него стояли два вооруженных человека, а еще дальше за их спинами красовались те самые знамена на скрещенных флагштоках, что и на борту корабля.
— Добрый день, жители Ра-Мира… — заговорил человек. — Теперь ваша планета принадлежит мне. Не сопротивляйтесь, и я не причиню вам зла. Склонитесь, признайте меня своим Повелителем, и я буду милостив с вами. Если вы не сделаете этого к тому моменту, когда «Победоносец» встанет на орбиту вашей планеты, вы об этом горько пожалеете. Тысячи солдат моего Легиона сотрут ваши города в порошок. У вас три часа на принятие решения…
Изображение погасло.
— Да это же какой-то бред?! Этого не может быть! Потому что быть не может!!! Это чистейшей воды маразм!!! — раздался истеричный голос Джефа Хавкинса. — Что за фикция?! Что вы нам тут показали, Роддем?!! Это переходит все границы дозволенного! Смею вам напомнить, что сегодня не первое апреля! Вы ответите за подобные шуточки!
— Это не я… И это не шутки.
78
— Легат, пойдем, я кое-что покажу тебе, — позвал Рона Финиста Кэрби Морфеус.