Центурион

Мария Рэд

— Ну спасибо, — пробормотала девушка, выдернув из волос заколку с бриллиантами.

— Не за что, — пожала плечами женщина. — Я бы на твоем месте давно продала эту машину. Денег от её продажи хватило бы на год жизни даже при твоих расходах. А за это время можно что-то придумать куда более хорошее, чем устроиться на работу секретарем в компании, в которой работают настолько побитые комплексами люди.

— Я не продам машину, — резко ответила девушка, дав понять, что этот вопрос не обсуждается.

Келли действительно ни за что в жизни не продала бы эту машину, даже под страхом смерти. И дело было совершенно не в том, что это эксклюзив, самая быстрая в мире

и тому подобное. "Вейрона" подарил ей отец, и эта вещь — последнее, что у неё осталось в память о нем. Эта машина была тем подарком, который ему так хотелось подарить дочери. Украшения, квартира — ничто не могло сравниться с этим. Они с отцом любили ездить вместе, скорость — как их страсть. И машины у них были словно парные: черная и белая. Дочь и отец всегда соревновались, кто из них лучше, кто займет первое место, но финишировали они всегда в одно время и вместе. Келли не могла продать эту машину, в которую вкладывала душу не только она. Девушка ни за что не променяла бы подарок отца ни на какие деньги в мире. Родителей не вернуть, и у неё осталось лишь это.

— Я поеду, наверное, — она поднялась из кресла, поставив бокал с недопитым вином на столик, — на работу завтра. Надеюсь, полиция меня не поймает.

— Нарушаем закон, — покачала головой её тетка, — а еще пытаешься устроиться в юридическую фирму.

— За законопослушание денег не платят, — пожала плечами Келли и, попрощавшись с родственницей, покинула её дом.

***

Девушка действительно хотела подготовиться к событиям завтрашнего дня, которые она представляла пока еще очень смутно. Первая в жизни работа, ей не хотелось подводить ни себя, ни мистера Морана, который в неё поверил. Келли пока не очень представляла, что будет входить в её обязанности, но надеялась, что со всем справится. У девушки не было другого выхода. И даже сейчас она плыла по течению, ведь как скажет начальство, так и будет. Рамонес понятия не имела, что делать вообще, и давно решила ориентироваться по ситуации. Но девушка уже чувствовала, как враждебен этот мир, который находится сразу за стенами её квартиры. Раньше Келли судила людей по внешнему виду, а сейчас это обернулось против неё. Возможно, действительно стоило стать немного скромнее, не так выделяться, как намекала тетка Джессика, только вот для девушки это было равноценно потере себя. Келли понимала, что когда-то может изменить свое мнение, но не сейчас. Сейчас она всеми силами держалась за себя, за то, что осталось от неё прежней. Рамонес не хотела ломать себя, боялась этого. Боялась однажды не узнать себя даже в зеркале. Она потеряла все, что было у неё раньше, а потерять себя сейчас было равноценно смерти. Когда не за что держаться, стоит держаться хотя бы за самого себя.

Уже дома Келли смогла полностью расслабиться. Включив музыкальный центр, она выбрала одну из самых любимых песен и напустила полную ванную воды, влив туда пены. Горячая вода с пеной приятно окутывала девушку до шеи, и та даже закрыла глаза от наслаждения. Мысленно Келли продумывала, что надеть завтра на первый рабочий день. С правилами дресс-кода она была знакома едва ли не с самого детства, так как часто проводила время на фирме у отца, но сейчас терялась в выборе. У неё было больше десятка комплектов деловых костюмов разных моделей, а также просто блузок и юбок, которые можно комбинировать между собой. Надо ведь прийти так, чтобы не было стыдно: ни перед другими, ни перед самим собой. Когда все вещи вплоть до косметики, которую она возьмет завтра, лежали на столике, Келли завела будильник на семь часов и легла спать, мысленно пожелав себе удачи.

А утром, когда девушка проснулась, её накрыло. Самая настоящая паника охватила Келли, и она не понимала отчего. Вчера же все было хорошо. Дрожащими руками Рамонес застегивала пуговицы на блузке с коротким рукавом, периодически попадая не туда, куда надо. Кое-как накрасив губы помадой телесного цвета, девушка взглянула на себя в огромное зеркало в гардеробе и неуверенно шагнула по направлению к выходу. Спустившись вниз, Келли села

в машину и, положив руки на руль, глубоко вздохнула.

— Я справлюсь. У меня все получится, — следом за руками она уложила на руль еще и голову. — Я ужасно боюсь, но я все смогу. Мне нельзя сдаваться. Так, все, — девушка подняла голову, завела мотор, — осталось доехать до офиса и не врезаться в какой-нибудь столб. И все будет хорошо.

Несмотря на нервы, Келли смогла без происшествий приехать к зданию компании Джеймеса Морана, даже не опоздав. Без десяти девять она уже поднималась лифтом на нужный этаж. Это небольшое достижение уже придавало немного сил: хоть никто не посмеет упрекнуть её в опоздании. Когда открылись двери лифта и девушка почти уверенно вышла в холл к ресепшену, на неё словно вылили ведро холодной воды.

— Элис, ты посмотри, какое рвение работать, — вместо приветствия ухмыляясь произнес Кевин, который стоял рядом с секретаршей, облокотившись о стойку, — если бы все приходили так вовремя… Хотя да, о чем это я? Наши сотрудники ездят на метро и общественным транспортом.

Смерив её холодным взглядом, мужчина ушел по направлению к своему кабинету. Девушка не знала, что и ответить ему на такое. Даже секретарша как-то подозрительно взглянула на Келли, не понимая, с чего вдруг мистер Леверс так сказал. Мимо них прошли несколько девушек, которые тут же скрылись по кабинетам, что могло значить лишь одно: рабочий день скоро начнется. Поэтому Рамонес обернулась к секретарше и, улыбнувшись, спросила:

— Доброе утро, не подскажите, где здесь кабинет мистера Морана? Мне надо поговорить с ним насчет трудоустройства и первого рабочего дня.

— Идите прямо и сверните на право, вы увидите его кабинет, — тут же произнесла девушка, слегка улыбнувшись. — Желаю вам удачи и удачного дня.

— Ох, спасибо, — вздохнула Келли. — Чувствую, удача мне очень понадобится.

Она без особых проблем нашла кабинет Джеймеса, и, к счастью, мужчина уже был на рабочем месте. Удивительно, но девушка вовсе не нервничала в его присутствии, наоборот, он умел расположить к себе человека, унять все его переживания. Келли показалось слегка странным, что босс может абсолютно не вычурно и не смешивая с грязью, как Кевин Леверс, говорить со своим подчиненным, расписывая тому его обязанности и привилегии.

— Рабочий день начинается в девять часов, это без опозданий, и до пяти. С часу и до двух перерыв. У меня есть пустующий кабинет, он вполне может подойти тебе, и сейчас мы туда направимся. В твои обязанности входит отвечать на звонки, подготавливать бумаги для отчетов, передавать сообщения, когда меня нет, и прочее. Все станет понятно, когда непосредственно приступишь к работе. Пошли, покажу тебе кабинет…

Кабинет оказался буквально в двух шагах, а именно располагался напротив того, в котором работал Джеймес. Ничем не приметная комнатка, со столом, креслом, телефоном, стеллажом с какими-то папками. В помещение практически не проникал свет из-за жалюзи, так что Джеймесу пришлось включить освещение. Бежевого цвета стены гармонировали с темным столом, и на этом гармония заканчивалась.

«Коморка», — подумала Келли, но не решилась озвучивать свои мысли. В таких кабинетах у её отца сидели какие-то самые младшие специалисты где-то на производстве, но никак не в руководящей части. Но выбирать рабочую зону нельзя, да и девушка сомневалась, что на этаже есть кабинет, в котором бы ей действительно захотелось проводить время с девяти и до пяти, без опозданий.

— Здесь вполне уютно, — улыбнулся Джеймес, — осталось найти тебе компьютер для работы. Сегодня можешь просто отсортировать мне документы, разделив их по папкам. Возможно, к четвергу обзаведешься компьютером и тогда уже сможешь вести электронный учет.