Центурион
Шрифт:
— Вы с Кевином не задумывались о карьере лесорубов?
— Что, прости? — удивилась она, едва не захлебнувшись виски.
— Столько дров наломать, это сдуреть какой талант иметь надо!
Келли хотела возразить, но в последний момент нахмурилась и отвернулась, сделав несколько глотков виски. Еве показалось, что она над чем-то размышляет, и девушка оказалась права. Спустя какое-то время Рамонес заговорила серьезно и без грамма алкоголя в мыслях.
— Я
— Тоже мне, друзья, — фыркнула Ева, но объяснять свою фразу не стала, а Келли не требовала объяснений.
Она сама понимала, что невозможно быть друзьями после всего, что с ними произошло за это время. Друзьями не могут быть люди с драматическими событиями прошлого, которые кинули огромную тень на настоящее и, явно, на будущее. Друзьями не могут быть мужчина и девушка, которой он зашнуровывает корсет на платье. Друзьями не могут быть те, кто целуются на скрытую камеру, чтобы украсть важные документы. Или могут? Но не для Келли, она такой дружбы не признавала… да и не были они с Кевином никогда в дружеских отношениях. Ей и не хотелось с ним дружить. Словно детский сад какой-то… Она не хотела, чтобы их встреча закончилась подобным образом. Впрочем, как отношения начались, такой и конец, ничего не поделаешь. Келли была согласна с Евой, что они слишком много дров наломали, чтобы вновь пытаться как-то наладить отношения, да и зачем это делать, если они больше не увидятся? Таков был уговор. Ей просто не хотелось по-скотски расставаться, а вышло еще даже хуже.
— Все уже в прошлом, — махнула рукой Келли, вновь налив себе виски в стакан. — Это не должно меня беспокоить!
— Но беспокоит же, — Ева была непреклонна и, казалось, хотела разозлить подругу. — Ты можешь сворачивать шеи мужчинам в плане бизнеса, ломать им хребет своими каблуками, но какой смысл, если ты умираешь от страха перед каким-то начальником отдела, который по должности и не валялся рядом?
— С чего ты взяла, что я умираю от страха перед ним? — повернулась к ней Келли, не скрывая в голосе раздражения. — Умирала бы, не встретилась с ним сегодня!
Ева как-то странно взглянула на подругу, взвешивая каждое свое слово и анализируя то, что сказала она. Едва ли не впервые Герц была не согласна с тем, что делала Келли, и её одолевали при этом весьма двоякие чувства. Вроде как Рамонес сдержала свое слово, но то, что она рассказала о самой встрече, как-то не совсем сходилось в плане чувств. Ну, не должен человек агрессивно реагировать на то, что ему даром отдали функционирующую компанию…
— Ты вернула ему бизнес его отца, — задумчиво начала говорить Ева, внимательно разглядывая своим пальцы, — но зачем? Так выы не договаривались, ты решила сама.
— Он хотел, чтобы я ушла навсегда из его жизни, я и вернула ему все, что смогла. Нас больше ничего не связывает, — холодно ответила Келли.
— А ты не думала, что все могло измениться? Хватит твердить о том, что ты поступила так, как вы условились… Очень удобная стена, за которой можно спрятаться, да? К сожалению, Келли, ты поступаешь так, как тебе удобно.
Ева забрала у неё
— Уже не важно, — злобно рыкнула Келли, — что и как я делаю! Все закончилось, понимаешь? И хватит об этом разговоров! Подумаешь, я дура, а он с твоих слов — идиот. Вот и закончим на этом!
— Как хочешь, подруга, — хмыкнула Ева, поразительно быстро успокоившись, и отпила виски прямо из горла.
Они свернули разговор, подняв другую тему, но думать об этом втайне друг от друга не перестали. Собственно, у Евы созрел не то, чтобы план, ей очень хотелось поговорить с другой стороной этой весьма кривой медали. Утром, когда она проснулась, Келли еще спала, и это не удивительно, выпить виски в два раза больше Евы… Герц без особых проблем нашла телефон подруги и, без лишних мучений совести, позвонила Кевину. В том, что тот не спал, она была уверена на все сто процентов. Уже девять, и зная его трудоголизм, этот человек явно находился на работе. Ева не знала, ответит он или нет, учитывая их ссору, и уже думала набрать со своего телефона…
— Что тебе надо?
Значит да, они, действительно, расстались не лучшим образом, насколько девушка поняла по его голосу, и тут же отозвалась, попытавшись уменьшить свой привычный сарказм.
— Не «что тебе надо», а доброе утро, Ева, — не смогла не ухмыльнуться она.
— А тебе что надо? — не скрывая негодования, спросил он.
Они как раз с Кайли обрабатывали запрос от нового клиента, как ему позвонили. И не сказать, что он был доволен этим.
— Всего лишь хочу узнать, почему вы с Келли такие придурки! — не церемонясь, сходу начала Ева. — Ежу понятно, что эта дура хотела, чтобы все было по-человечески, но продумать все до конца немного не хватило ума!
— Мы с ней все решили, — нахмурился Кевин, бегло взглянув на документ в руке Кайли, — я не нуждаюсь в чьих-то оправданиях, особенно от твоего лица. Пусть сама и не пробует звонить.
— Ага, как раз! Это пьяное тело сейчас валяется в моей гостиной и последнее, что она собирается делать — это звонить тебе. Ты знаешь, мне иногда кажется, что ты — причина её алкоголизма, и если б мы не были знакомы до этого десять лет, я бы подумала, что это действительно так!
— Прими мои соболезнования, — мрачно произнес он, перехватив подозрительный взгляд Кайли, — нам больше не о чем говорить, если это все, о чем ты хотела сказать. Прощай.
Кевин завершил звонок и, делая вид, что не замечает любопытного взгляда секретарши, снял заднюю крышку с телефона и вытащил сим-карту. Как ни в чем не бывало, он взглянул на Кайли и спросил:
— Так на чем мы закончили?..
Выругавшись, Ева стерла из исходящих этот звонок к Кевину, чтобы Келли ничего не заподозрила, а чуть позже, когда та проснулась, они вели себя так, словно ничего и не произошло.