Центр
Шрифт:
Горд Зард знал, что в последнее время рабочие, несмотря на жесточайшие штрафы, ведут себя на производстве кое-как. Некоторые даже отлучаются, расхаживают вблизи от завода. Они ему, конечно, объясняли, что воздухом свежим очень хочется подышать, что от испарений в лёгких жжение, но что было Зарду до этих объяснений. Главное, чтоб больше работали на него; он бы их как осуждённых на Ноктских шахтах использовал, да вот, к сожалению, не мог столь явно нарушать закон. А ещё недавно из заводика исчезли несколько не слишком-то дорогостоящих деталей. Кто украл? Кого винить? Не выбивать же признания плетью? И Горд Зард,
И вот, осматривая окрестности завода, он увидел слабое, но очень приятное даже для его невосприимчивых к красоте глаз лазурное сияние. И самое удивительное, что сияние это исходило не из неба, которое за пределами исходящей от тёмной стороны Баджа тени действительно, как и всегда было лазурным, а от вершины некой возвышенности, находящейся примерно в полукилометре от его заводишки. Тогда Горд Зард и шикнул своим телохранителям, чтобы они шагали за ним, да потише. Однако, эти недотёпы, несмотря на все старания не шуметь не могли, и постоянно наступали именно туда, куда наступать им не следовало. Под их тяжёлые стопы попадались растрескавшиеся камни, молодчики будто специально из всех сил давили на них, и камни издавали громкий трескучий звук, который и всполошил Дэкла и Аннэю раньше времени.
Надо сказать, что Дэкл и Аннэя уже привыкли к лазурному свету, идущему от Радужного камня, и поэтому не понимали, что именно этот свет и указал Зарду, где они находятся.
А Зард уже точно решил, что вот именно эти двое не в меру наглых, и поэтому особенно ненавистных ему молодых баджца и станут козлами отпущения. Он им устроит показательный процесс, они будут обвинены в грабеже, в хождении по запрещённой территории и ещё во множестве грехов; они будут наказаны так, что другие содрогнуться.
И вот Горд Зард повторил со всё той же сахарной интонацией:
— Значит — такие смелые, уверенные в своей правоте и безнаказанности, да?.. А знаете ли вы, что это уже территория прилегающая к моему заводу, и появляться здесь без специальных пропусков нельзя?
— Я же говорю… — начал было Дэкл, но Зард его прервал.
Спокойным, сахарным голосом обратился он к своим телохранителям:
— Ну что — это именно те, которых вы заметили в тот день?
Телохранители переглянулись и ответили одинаковыми, тупыми голосами:
— Да, они.
Горд Зард улыбнулся и, как бы извиняясь, развёл руками:
— Вот видите: вас узнали, как похитителей ценного оборудования с моего завода.
— Мы ничего не крали! — крикнул Дэкл.
— Ну да-да, конечно. Спускайтесь-ка, голубчики, сюда.
— А зачем нам спускаться? — это уже Аннэя спросила. — Нам и здесь хорошо.
— Мы пройдём на заводской склад, и там вам обыщем. Если у вас ничего не будет найдено, вы отделайтесь штрафом за проникновение на частную собственность. Ну а уж если… — тут Горд Зард сладко, широко улыбнулся, и даже зажмурился, представляя, как подбросит в их карманы некоторые детали, как потом при свидетелях обнаружит их, как спровоцирует нападение этого
Продолжая кривить лицо этой неестественной, громадной улыбкой, он манил их своими ухоженными пальцами и приговаривал:
— Спускайтесь, спускайтесь. Мне уже надоело здесь стоять, а вверх карабкаться как-то не сподручно. Ведь вы же такие честные, вам же нечего опасаться. Так к чему же эта канитель? Скорее же.
— А, так вам не нравится вам стоять? — спросил Дэкл. — Сожалею… — вдруг глаза юноши вспыхнули яростью, и он прокричал. — А кто ты такой, чтобы командовать?! Откуда ты взялся?! Ты, наглый, задымивший весь Бадж вонючка!.. Ты говоришь, что нам нечего опасаться? Да, нам нечего опасаться! А вот тебе — есть чего! Только попробуй сюда сунуться, и я размозжу твой наполненный эзкудо череп этим вот молотом.
Горд Зард обратился к своим телохранителям:
— Слышали?
Те молча кивнули, и сжали свои громадные кулачищи. Спросили:
— Разрешите с ним разобраться?
— Да уж — разберитесь. Но сильно не калечьте.
Телохранители рванулись было вверх по остаткам лестницы, но Горд Зард снова остановил их. Он сказал:
— Ещё, чего доброго, покалечит он вас своим молотком.
Один из телохранителей проговорил:
— Да не — он хиляк, мы его без проблем завалим.
— Будут у вас проблемы, неуклюжи. Там же ещё и девка, а она юркая. Подножку кому-нибудь из вас, вы падаете, а тут и этот бандит с молотком подоспеет.
— Не! Мы его уделаем!
— Не возражать мне! — рявкнул Горд Зард, протянул одному из охранников пистолет, и пояснил. — Это парализатор, поставлен на среднюю мощность. Стреляйте с расстояния двух шагов. Цельтесь, лучше, в грудь, но можно и в голову…
Телохранители вскрикнули бодро:
— Будет исполнено!
Им ведь уже несколько дней ни с кем не доводилось драться, и они откровенно скучали.
Несмотря на то что, они боготворили Горда Зарда, сейчас они решились на эдакий небольшой бунт. То есть, они собирались именно избить Дэкла, а уж потом парализовать его. Впрочем, они не считали, что это такой уж большой проступок.
И вот они, спотыкаясь, иногда и откатываясь назад, начали карабкаться по останкам древних ступенек…
В это время Аннэя крикнула Дэклу:
— Ну, что же ты стоишь?!..
Тот отвечал напряжённым и в тоже время нервным голосом:
— Подожди. Только подойдут они поближе, и я их…
Он думал, как бы половчее ударить молотом первого из противников, и в тоже время понимал, что не сможет этого сделать. Ведь одно дело — ругаться, проклинать Ноктские власти, а другое — наносить такие удары, которые могли и изувечить и убить…
И вот из-за этих сильных чувств, из-за незнания, как вести себя дальше, руки Дэкла дрожали, а глаза были выпучены.
А Аннэя тянула Дэкла назад, прочь от ступеней, по которым карабкались, приближались охранники. Девушка говорила:
— Что же ты всё так неправильно понимаешь? Ведь не надо, нельзя их бить! Ты по Радужному камню бей скорее! И тогда мы — спасены! Мы улетим на тот мир, где не будет этого безумия…
И Дэкл послушался её. Он подбежал к камню, обеими руками поднял молот над головой, и, в этой верхней точке подъёма молот стал совсем невесомым; Дэклу даже показалось, что молот приподымает его вверх.