Цена зла

Дарк Рэйвен

Я делаю глубокий вдох. Я сама попала в это.

— Нет, — натянуто отвечаю я. — Не нужно.

— Эти деньги не для меня, сладкая, — добавляет он, вынимая их и показывая мне. — Это для клуба.

Почему-то это не заставляет меня чувствовать себя менее ограбленной.

— Если ты думаешь, что с тобой обращаются несправедливо, я могу снять тебя с этой работы прямо сейчас.

Это возвращает меня к действительности. Срываться на него было глупой ошибкой, импульсом, порожденным гневом. Я не могу позволить этому случиться снова.

Заставляя

себя смотреть ему в глаза, я качаю головой. — Все в порядке. Деньги твои. Я больше не буду спорить об этом.

Он кладет купюры обратно в карман и хватает меня за затылок. — Нет, это не мое. Это принадлежит клубу. Пойми это правильно. Я не гребаный сутенер и не вор. И ты чертовски права, ты не будешь спорить, если хочешь иметь работу, которая не предполагает стояния на коленях.

Интересно, слышит ли он иронию в том, что сказал, или насколько он просто походил на сутенера.

Он привязывает мою сумку к своему байку и надевает шлем мне на голову, грубо застегивая ремень.

Мы молча садимся на байк и направляемся обратно к зданию клуба. Мышцы на спине Спайдера кажутся твердыми, как стена. Я уверена, что он мчится по дороге со скоростью, необычной для него, как будто он срывается свое разочарование на своем байке. Без единого слова между нами, напряжение, кажется, густо висит в воздухе, следуя за нами через пустыню, как гнетущее облако.

Господи, я ненавижу, когда этот человек сердится. Он напоминает мне дикого зверя, красивого на вид, но злого и смертельно опасного, если его разозлить, и всегда на грани потери контроля, каким бы спокойным он ни выглядел внешне.

За последние пару дней я стала меньше ненавидеть его, даже думая, что со временем он может мне понравиться. Теперь ненависть к нему камнем оседает у меня в животе, едкая и разжигающая мою потребность сбежать. Это стирает остатки вины, которую я испытывала за то, что солгала ему.

Кэп остается в нескольких футах позади нас, хотя места для езды рядом со Спайдером более чем достаточно. Обычно его спокойное, отеческое присутствие немного успокаивает, когда присутствие Спайдера угрожает вывести меня из равновесия, но сегодня утром этого не происходит.

До рассвета еще несколько часов, темнота превращает бесплодную пустыню в черную пустоту. Только желтоватые лучи фар на байках Спайдера и Кэпа прорезают тени, узкие лучи света, освещающие дорогу.

Вскоре после того, как мы проедем через Койот-Спрингс, мы достигнем участка земли, усеянного большими пещерными образованиями, которые почти обнимают дорогу. Поднялся ветер, принося легкий холод и завывая в глубоких проходах между скалами. Это глухой, одинокий звук.

Я прислоняюсь к спине Спайдера, обнимая его за талию, но я никогда не чувствовала себя такой опустошенной.

Вдалеке, мне кажется, я слышу звук других мотоциклов, но я не могу быть уверена из-за ветра или рева двигателя Спайдера в моих ушах.

Я оглядываюсь назад,

но дорога пуста и темна.

Кэп проследил за моим взглядом, прежде чем снова уставиться на дорогу перед собой.

Я прислоняюсь к спине Спайдера и прижимаюсь щекой к прохладной, гладкой коже его пореза.

Двигатели ревут из ниоткуда. Я вскидываю голову, бросая взгляд в направлении звука.

Два мотоцикла надвигаются на нас, выезжая из-за двух больших скальных образований.

В моей голове звенят тревожные колокольчики, и я чувствую, как Спайдер напрягается в моих объятиях, чувствую, как громыхает его грудь, как будто он произнес слова, которых я не слышу.

Два оглушительных хлопка раздаются в темноте, как хлопки петард. Позади себя я слышу крик Кэпа, затем грохот и скольжение тяжелой стали.

В одно мгновение Спайдер останавливает свой байк, срывается с места и тащит меня за собой.

— Что происходит? — в панике кричу я.

— У нас гости, — рычит он.

Он поднимает меня на руки, и через его плечо я замечаю Кэпа, неподвижно лежащего на тротуаре рядом со своим искореженным байком.

Мое сердце ужасно сжимается.

— Спайдер… Кэп ранен…

Звук двигателей байков приближается.

Не говоря ни слова, Спайдер сильно прижимает меня к своей груди и бежит через открытую пустыню, когда раздаются еще два выстрела.

Глава 16

Что знает старик

Эмма

Выстрелы.

Я понимаю, что это за звуки, когда Спайдер бросается к лабиринту скальных образований недалеко от дороги.

Я слышала выстрелы только один раз, когда навещала Сета в один из немногих раз, когда он пригласил нас с родителями к себе домой. Несколько охранников тренировались на стрельбище, которое он устроил на своем огромном заднем дворе. Я была потрясена тем, насколько громко это было. Выстрелы прозвучали так же, как хлопушки, которые Дэвид Гилд запускал на площади каждый год в канун Нового года.

Те выстрелы, которые я только что слышала, звучат точно так же, только на этот раз они были нацелены на нас.

Нет, на Спайдера и Кэпа. Если бы Колония снова нашла меня, они бы не стреляли в нас, как ковбои из историй о старом Западе, о которых говорили пасторы. И тот, кто стрелял, ехал на мотоцикле.

Вопрос в том, почему они пытались убить Спайдера и Кэпа?

Учитывая жизнь, которую они ведут, это могло быть что угодно.

— Спайдер, не стреляй в меня за то, что я критикую твои методы побега, но разве не было бы быстрее уехать на твоем байке?

— Быстрее, да, — бормочет он, — но не безопаснее. — Он вбегает в отверстие в скале и несет меня к задней части темной впадины. Серебристый лунный свет проникает внутрь всего на несколько футов. — Я не смогу защитить тебя на байке, если кто-то стреляет тебе в спину.