Цена успеха
Шрифт:
На небольшом балконе негромко играл струнный квартет. Еще не успев толком сориентироваться, Алекса услышала за спиной радостный голос:
– Алекса, дорогая моя, ты выглядишь просто бес-по-доб-но! – Грег так точно спародировал высокопарные интонации пресыщенного Игана, что Алекса расхохоталась. – Позволь мне выразить восхищение великолепным образчиком минимализма, – продолжал младший архитектор, делая вид, будто разглядывает ее плечи и живот через лорнет. – Гладкий фасад, классические линии, изысканные формы… – Он окинул откровенно оценивающим взглядом ее ноги. –
Алекса снова рассмеялась, но она была взвинчена до предела, и смех получился нервным.
– Прекрати, Грег, – взмолилась она, – не могу больше.
– Я уже закончил. Считай, что последний раз пообщалась с Чудовищем.
– Знаешь, по-моему, ты так привык над ним подшучивать, что тебе будет его не хватать.
– Ни в коем случае. День, когда он ушел, стал счастливейшим в моей жизни. Кстати, ты правда потрясающе выглядишь. Это платье – счастливое, уверен, в нем ты победишь. – Грег перекрестил ее.
– Спасибо, но постарайся сегодня не слишком дурачиться. Мне очень нужна твоя поддержка.
Гости сосредоточенно разглядывали в витринах макеты и чертежи пяти проектов. Все, включая конкурсантов, молчали. Алекса переходила от одного проекта к другому, чувствуя, как нарастает тревога. Противники достались очень серьезные, а два проекта просто поразили ее своей оригинальностью. И все же, внимательно сравнивая проекты, Алекса постепенно приходила к выводу, что лучше других отражает дух «Нью уорлд инвесторс» именно их проект. Макет, выставленный «Линдстром ассошиэйтс», учитывал предложения Грега, кое-где было заметно и прикосновение опытной руки Карла. Но концепция, несомненно, осталась прежней, ее собственной, и Алекса очень этим гордилась.
Прибыл Карл и занял место за столом их фирмы, с ходу отметая все вопросы:
– Насколько мне известно, имя победителя не было названо заранее. – И он заговорил о больнице в Ривердэйле, чаще всего обращаясь к Алексе, что ей было особенно приятно.
Зал заполнялся, прибыли представители прессы, признанные светила архитектуры, представители четырех других фирм, участвующих в конкурсе. Присутствовали и жены, но среди архитекторов соотношение мужчин и женщин составляло примерно четыре к одному.
Чувствуя на себе восхищенные взгляды, Алекса надеялась, что ее не принимают за чью-то жену. Она вдруг поняла, что хочет доказать всем простую истину: можно быть одновременно и серьезным архитектором, и привлекательной женщиной.
Напряжение нарастало с каждой минутой. Только увидев всех своих соперников одновременно, Алекса осознала, с каким количеством одаренных противников осмелилась состязаться. От волнения и нервного напряжения ее бросало из крайности в крайность, эйфория сменялась отчаянием. Она была так взвинчена, что не могла есть.
К тому времени когда подали кофе и ликеры, атмосфера в зале накалилась настолько, что, казалось, были слышны электрические разряды. Наконец музыка смолкла и к микрофону вышел Раймонд ди Лоренцо-Браун.
Он произнес короткую приветственную речь и уступил место выдающемуся архитектору,
Он обводил взглядом зал, но, казалось, именно их стол обходил вниманием. Означает ли это, что они проиграли?
– С огромным удовольствием объявляю имя победителя. Им стала… фирма «Линдстром ассошиэйтс».
На какой-то миг повисла тишина, затем зал взорвался громом аплодисментов. Карл вышел, чтобы получить грамоту. Он поблагодарил членов жюри и лично Раймонда, слова слетали с его языка с такой легкостью, словно он был прирожденным оратором.
– А сейчас, – продолжал Карл, – я хочу выразить признательность моему ассоциированному компаньону, старшему дизайнеру этого проекта Алексе Кейтс-Джером, которая в последние годы вносит существенный вклад в развитие архитектурного стиля нашей фирмы.
Все повернулись к Алексе, и она почувствовала, как ее лицо и шею заливает краска.
– …поэтому моя коллега и будущий полноправный компаньон нашей фирмы по праву должна занять место рядом со мной, – закончил Карл, протягивая к ней руки.
Аплодисменты стали еще громче. Алекса встала из-за стола, от волнения во рту пересохло, ладони повлажнели, взгляд затуманился.
«Не вздумай прослезиться, – приказала она себе. – Может, актриса, получающая «Оскара», и выглядит трогательно, но не архитектор, только что выигравший серьезнейший конкурс, и – о Господи! – не первая женщина, ставшая партнером Линдстрома».
Карл и Алекса обнялись и поздравили друг друга. Она встала перед микрофоном, и мертвая тишина чуть не оглушила ее. Алекса обвела взглядом зал и увидела за одним из ближайших столиков Раймонда ди Лоренцо-Брауна. Он улыбался, а его жена сложила из пальцев букву V – знак победы.
Алекса набрала в грудь побольше воздуха и заговорила:
– Дамы и господа, уважаемые члены жюри. Это огромная честь для меня…
Алекса поблагодарила Карла за помощь и поддержку, поименно назвала всех членов группы, работавших над проектом, отдельно выделила Грега, упомянув, что тот знает ее возможности лучше ее самой. Затем выразила благодарность Раймонду за то, что главный администратор поверил в ее способности, и всем членам жюри за то, что признали их проект лучшим. Пообещав оправдать доверие, Алекса сказала в заключение:
– И я надеюсь, что мой пример поддержит других женщин, мечтающих стать архитекторами.
Уже возвращаясь на место, Алекса почувствовала острую боль оттого, что рядом нет Филиппа, что любимый не может разделить с ней радость победы, тогда как поддерживал ее на всем долгом пути к этому дню.
Гости стали переходить от столика к столику, многие собрались вокруг макета, чтобы получше рассмотреть проект победителя. Ее детище. Алексу распирало от гордости.
Критики, которые до этого момента даже не слышали ее имени, записывали за ней каждое слово. Алекса пообещала дать интервью журналистке из «Архитектурного дайджеста».