Цена страсти

Навьер Рита

Так мы тут с Олегом и оказались. И осели, прижились.

Операцию мне сделали и удачно. Это я теперь понимаю. А тогда паниковала. Потому что не сразу зрение вернулось. Несколько месяцев я ещё в себя приходила. И больно было – на свет даже смотреть не могла, и страшно – боялась, что всё напрасно, ничего не получилось. Прошло три месяца после кератопластики* – срок, который озвучил мой хирург. Срок, после которого я должна

уже видеть. Но я не видела! Затем и четыре месяца прошло – ничего… И если бы не Олег, не его поддержка, я бы, наверное, отчаялась совсем. Но потом постепенно зрение стало возвращаться.

О, даже описать невозможно, какие это ощущения, когда вновь всё видишь. Птиц в небе, каждую травинку на газоне, каждую виньетку на фасаде зданий.

Мы гуляли с Олегом часами, любуясь Питером. Город нас просто очаровал, во всяком случае меня. А Олегу хорошо, как он сказал, там, где мне хорошо. Вот я и предложила остаться тут, вроде как в шутку, и начать всё с чистого листа, а он согласился.

И вот теперь у нас есть уютная квартира на Крестовском острове с чудесным видом на залив. Здесь, в Питере, мы и поженились, без всяких церемоний и банкетов. И отметили только вдвоём.

Теперь Олег днём работает, а я… варю ему борщи, как когда-то мечтала, и вообще с азартом осваиваю кулинарное искусство. А мой роман – это был просто неодолимый порыв. Я писала его урывками, пока ждала Олега с работы. И никак не ожидала, что из этого что-то получится.

* * *

– Эта книга – ваш дебют и такой успешный. Тираж разлетается, как горячие пирожки. Может быть, поделитесь формулой успеха? – обескураживают меня первым же вопросом.

– Если эта формула и существует, то мне она пока неизвестна, – пробую я отшутиться.

Вопросы сыпятся как из рога изобилия. Некоторые меня смущают, другие – смешат, третьи – откровенно ставят в тупик. Вот как рассказать, что все «выдуманные сюжетные повороты» не очень-то и выдуманы? Или что роман этот не спонтанная идея, а необходимость выплеснуть всё то, что пришлось пережить?

– В вашей книге открытый финал, хотя и обнадёживающий. Видите ли вы для своих героев возможным общепринятый хэппи-энд, где есть очаг, семейная идиллия и куча детишек? – спрашивает симпатичная девушка.

– Вполне, – уверенно отвечаю я, не в силах сдержать

улыбку, потому что… нет, насчёт кучи детишек говорить ещё рано, но один… или одна… обещает появиться через восемь с половиной месяцев. Но это пока секрет, я сама это только сегодня узнала и ещё не придумала, как рассказать Олегу. – Верю, так оно и будет.

Встреча закончилась, и ко мне стали подходить за автографами. Я с удовольствием и от души писала пожелания, выслушивала ответные добрые слова и напутствия, пока вдруг над ухом не прозвучал знакомый до мурашек голос с лёгкой хрипотцой:

– Я тоже верю, что так оно и будет.

Олег! Он всё-таки пришёл! А я, увлечённая вопросами, даже не заметила, когда он появился.

Он смотрит так пронзительно, с лёгкой полуулыбкой, будто точно знает мой секрет. И как обычно – глядя на него, все мысли у меня из головы исчезают. Девушка-организатор ещё что-то говорит, благодарит, прощается, а я вижу только его взгляд и хочу одного: скорее остаться наедине.

После «Буквоеда» мы гуляем по Невскому. Днём нам теперь редко доводится бывать вместе, только в выходные, зато все вечера наши, и ночи…

Олег еле заметно прихрамывает, если долго идёт пешком, поэтому мы не спешим. Пальцы наши переплетены, и сердце у меня радостно трепещет.

По пути нам попадается уличное кафе.

– Перекусим? – предлагает он.

Я тут же ощущаю приступ голода. Такое теперь со мной частенько.

– Давай!

Пока несут наш заказ, я взахлёб рассказываю Олегу, как прошла встреча. Он слушает внимательно и смотрит неотрывно. Этот сумеречный взгляд его как будто обволакивает и проникает в самую душу. Потому что едва я замолкаю, он неожиданно наклоняется вперёд. Его лицо совсем близко, и я тону в глазах. Он берёт мою ладонь и спрашивает:

– Так что там с хэппи эндом?

– Ты понял, да? Ты догадался? – розовею я от избытка эмоций.

Я не жду от него бурных восторгов – просто он не такой. Всё, что он чувствует – я вижу по его глазам. А в них полыхнуло столько всего, что голова идёт кругом.

Олег прижимает мою ладонь к губам, целует. И в этом жесте нет ничего эротичного, но у меня всё внутри сладко сжимается.

– Как же я люблю тебя, Маша. Моя Маша…

Конец