Цена славы
Шрифт:
Он обнаружил, что работать с компьютером Звездной Лиги очень легко. Давно сошедшие в могилу программисты, должно быть, принимали во внимание, что не каждый человек, садящийся за компьютер, хорошо знает технику программирования. Алард изучал последовательность длины к открывшему по его команде на задней панели отверстию. Он нажал на ввод, и начался процесс копирования. На экране появилась надпись:
ПРОГРАММА. ЗАПОЛНЕНО: 23%.
Потом он увидел, что «23%» изменились на «24%». Алард попытался представить себе, каким количеством информации в битах и
— Я не знаю, сэр, но, по-моему, мы слышим людей, работающих по другую сторону стены. Корби считает, что они устанавливают взрывчатку.
Кинг бессильно откинулся на спинку стула. Нет! Слишком рано!
— Боюсь, что ничего не смогу посоветовать, — ответил он. — Если дело дойдет до драки, это уже ваша часть работы.
— Я расположила моих людей по периметру пещеры, и мы ведем наблюдение. Но если там, снаружи, соберется большое войско, я не обещаю, что мы сумеем вас здесь защитить. Это здание больше подходит для ведения огня из той двери, что меня не совсем устраивает.
Кинг показал на экран. Там светилась цифра — 28 процентов.
— Ускорить это нельзя, — пояснил ей тех. — Делайте, что сможете, и держите меня в курсе событий.
— Есть, сэр.
Дженис исчезла за дверью, и через секунду Кинг услышал, как она отдает приказания своим солдатам. Он гадал, долго ли смогут восемь мужчин и женщин сдерживать натиск противника, который пытался проникнуть с другой стороны стены. Кинг ощутил неприятную тяжесть висевшего на поясе огнемета и подумал: «Выбора нет. Тебе надо закончить работу и... драпать!»
Его взгляд остановился на двух находившихся в помещении библиотеки техов. Оба были почти подростками и явно напуганы.
— Вы двое, идите, — сказал он. — Здесь больше делать нечего. Нет, подождите-ка!
Его слова застали мальчишек уже у самой двери.
— Если со мной что-нибудь случится, доставьте лежащие здесь дискеты обратно к шаттлам. Обещайте! Это просто жизненно необходимо! Уже столько людей погибло за обладание ими! — промелькнуло у него в голове.
Парни заверили его в том, что так и поступят, и тут же испарились.
Кинг не знал, увидит ли он их еще раз.
— Дальность — восемьсот и менее.
Лори пыталась различить голос Грейсона через непрерывное шипение статических помех на главном тактическом канале. Все остальные воины хранили полное молчание, выстраиваясь в линию. Настроение других водителей боевых роботов она понимала лучше, чем Грейсона. Подобно ей, они практически исчерпали все свои запасы терпения и выносливости. Прежде чем люди забрались в свои машины. Лори услышала, как Шерил вновь и вновь повторяет:
— Он не может заставлять нас это сделать... он не может заставлять нас сделать это...
Даже оптимист Макколл хранил холодное молчание. И в его глазах застыла боль. Казалось, что-то сломалось у него внутри после того, как чуть было не расчленили его любимого «Грома Небесного», как он мысленно называл своего боевого робота. Делмар Клей пытался отговорить Грейсона от атаки.
— Нам придет
Клей указал на пехотинцев Бернса. Те угрюмо стояли подле своих машин, образовавших длинную, неровную линию вдоль боевых роботов.
— Они уже не люди! Полумертвецы! У нас еще есть время забраться в шаттлы...
Халид не произнес ни слова, но Лори видела, как он, покачивая головой, смотрит на ущелье. Кога, как всегда, оставался невозмутимым, хотя Лори заметила, с какой бешеной силой он сжимает кулаки и постукивает ими друг о друга, когда никто не видит. Уловив выражение гнева на его лице, Лори подошла к воину. Лицо Коги немедленно снова превратилось в непроницаемую маску.
— Месть не всегда бывает разумной, — проговорил он и без дальнейших комментариев побрел к своему «Стрельцу».
«Месть? Кому же?» — спросила Лори у самой себя удивленно.
Из всех «старичков» подразделения лишь Беар выглядел спокойным. Она разговаривала с ним перед тем, как водители оседлали своих роботов, но его ответ, казалось, шел откуда-то издалека, словно Беар находился на какой-то холодной горной вершине.
С неоперившимися юнцами была совсем другая история. Двое новобранцев своим поведением разительно отличались друг от друга. Откровенно испуганный Гэри Броденсон не мог выговорить ни слова. В противовес ему Джейсон Морли открыто всем заявлял, что ему не терпится вступить в бой с врагом. Де Вильяр был страшен; он присоединился к делмаровским расспросам. Трейси Кент впала в экстаз, вновь заполучив своего боевого робота, хотя вид приближавшейся армии Дома Марика ее несколько отрезвил.
— Он ведь не... собирается заставлять нас стоять до последнего, ведь нет? — спросила девушка у Лори. — То есть если полковник Карлайл выйдет из игры, оставшиеся не станут продолжать сражаться?
— Мы продолжим битву и после этого, — ответила Лори.
Слова отозвались острой болью у нее в груди. Она могла бы поворчать на Трейси, напомнить ей об обязанностях воина, о чести, но Лори просто добавила:
— Посмотрим, что будет. Но ты держись.
Не считая Беара (среда, в которой тот жил, заметно отличалась от ее собственной), Лори Калмар могла понять реакцию почти всех своих товарищей. Но больше всех ее беспокоило состояние Грейсона.
Он был волком-одиночкой, и Лори не могла понять, что творится в голове командира Легиона. Перед тем, как залезть в своего робота, она попросила Грейсона пожелать ей удачи. Командир повернулся к ней, и в его глазах мелькнула тень предстоящего поражения, смешанного с азартом.
— Семьсот метров, не менее, — прозвучало в наушниках Лори.
Она перевела системы питания своего «Беркута» в режим боевой готовности, проверила, работает ли автоматическое гашение огня, и убедилась в том, что первая из перезаряженных обойм скорострельной пушки надежно сидит в ствольной коробке орудия. А через несколько секунд Лори Калмар уже была слишком занята, чтобы беспокоиться о чем-либо постороннем.