Цена рока
Шрифт:
– Не-а, – мотнула она головой. – Смотри. Мы в Америке. Можно делать всё, что хочешь, прямо посреди улицы. Ты хочешь играть, Кейд, играть для публики, видеть живых зрителей?
– Да, – вырвалось у него прежде, чем успел задержать этот ответ. На девчонку на лавочке таращилось всё больше людей, и ему это не нравилось. Нечего так смотреть на её костлявые коленки. Ещё эти гольфы… Мечта педофила. Но как бы он ни отводил глаза, они всё равно упорно спускались к подолу юбки и бёдрам глупой малявки.
– Что тебе мешает? Люди хотят этой музыки. Ты
– Ты замутишь себе перелом, если сейчас же не слезешь, – усмехнулся Кейд. Этот энтузиазм был настолько заразен, что коварная мыслишка в голове всё же застыла: «а что, если?» Что, если она права. Что, если ему не нужны концертные залы, софиты и шелуха – просто делать то, что умел всегда. Было бы с кем.
– Так ты согласен? – напирала Сьюзен, в кои-то веки смотря на него сверху вниз. – Ну же, Кейд! Давай, сделай это! – она ухмыльнулась и наигранно пародийно напела старый мотивчик: – Сделай это, бэби! Ага, ага! 5
– Блять, за что мне это, – он закатил глаза, чтобы не смотреть на этот ёбаный стыд из кривляющейся на лавочке нимфетки. Но даже святой бы не стал отрицать, что выглядела она сейчас по бешеному привлекательно. – Согласен. Да, мы будем делать рок.
5
Offspring – Pretty Fly (художественный перевод Олега Абармова).
– Урааа! – с победным кличем Сьюзен спрыгнула-таки на асфальт и вернула ему гитару. – А ты не так уж плох, хотя белый и на вид – лох.
Кейд совсем не оценил, как всколыхнулся при этом подол юбки. Совсем-совсем. Ни капельки. Так не оценил, что даже возмутиться забыл.
– А теперь – домой? – с надеждой спросил он, но им суждено было разбиться.
– А теперь – приводить твою уёбанную рожу в порядок, – настойчивый кивок в сторону парикмахерской был почти угрожающим.
Вот теперь ему стало страшно.
6. Мертвец
Набрав полные ладони холодной воды, Кейд плеснул её себе в лицо, пытаясь взбодриться. Помогло мало, как и освежающий душ – любое утро будет сонным, если лёг спать среди ночи. Глаза норовили закрыться, но он всё же поймал свой мутный взгляд в отражении маленького запотевшего зеркала над раковиной. Вздохнув, стёр с него ладонью лишнюю влагу, но тут же поспешил спрятать лицо в полотенце – всё ещё не мог привыкнуть к отражению.
Вчера Сьюзен согласилась пойти по домам только после того, как Кея привели в божеский вид. Он категорически отказался от радикальных перемен, так что уломать его удалось только на подравнивание стрижки и окультуривание
Из ванной Кейд выходил голым, привычно оставив полотенце после душа на трубе сушилки. В окно высоко на стене пробивались солнечные лучи, но ему хотелось только поспать ещё хотя бы пару часов. И завалился бы, если бы не надо было сделать кое-что важное. Пока Сьюзен на занятиях, он решил наведаться в бар Мэй и разузнать новости о Годзилле. Возможно, и необходимости-то охранять девчонку нет. Он уже натянул бельё и чистые джинсы, когда в дверь неожиданно постучали. Настойчиво, прямо даже нагло. Так, что у Кейда не осталось других предположений о незваном госте.
– Совсем сдурела, – вздохнул он и поплёлся открывать, не утруждаясь майкой. Припёрлась в такую рань – так пусть не возникает по поводу его видочка, он ещё не успел ни попить кофе, ни выкурить сигарету. Проведя со Сью вчера полдня, Кей так и не смог определиться, что перевешивает в его отношении к ней. Ему с переменным успехом хотелось и послать её подальше, и впитывать её энергию, словно севший аккумулятор, и настучать по заднице, как ребёнку. За вот такие визиты – уж точно.
Щёлкнув дверным замком, он нисколько не удивился, увидев на пороге нетерпеливо мнущуюся Сьюзен.
– Привет, – она уверенно улыбнулась и без приглашения пронеслась мимо него, обдав запахом сладковатых духов. Кей с облегчением выдохнул: сегодня хотя бы без коротких юбок, в джинсах и майке, но с забранным наверх хвостом. – Ты что, ещё не собрался?
– Куда? Насколько я помню, ты сейчас должна грызть бетон науки. И вообще, какого хрена ты попёрлась сюда без сопровождения? – осознав, что Сьюзен болталась одна по улицам, он в раздражении скрипнул зубами и осуждающе сложил руки на груди. Спрашивается, какой вообще смысл в его якобы «услугах».
Сьюзен ухмыльнулась и продемонстрировала ему брякнувший брелок с ключами от машины. Смотреть Кейду в глаза, а не на изрисованные татушками бицепсы оказалось сложней, чем она представляла. Низко сидящие на бёдрах джинсы подчёркивали мягкий рельеф пресса: он был в прекрасной форме. И Сью стоило большого актёрского мастерства не показать, насколько интересно это оценить. И как до чешущихся пальцев хочется коснуться, особенно кривого выпуклого шрама на боку. Прочистив горло, она поспешно объяснила: