Цена риска

Стэкпол Майкл А.

– Ну а как ты собираешься позаботиться обо мне? – спросил Питер, заложив руки за спину.– Меня тоже переведут к наемникам?

– Ну уж нет,– Виктор покачал головой,– твоя военная карьера закончилась, хватит с меня твоих подвигов.– Он внимательно посмотрел в глаза Питеру.– О боевых роботах можешь забыть раз и навсегда.

– Что?! – вскричал Питер, вскакивая с кресла.– Забыть? Да как ты смеешь! – Он ударил кулаком по столу с такой силой, что крышка затрещала.– Виктор, ты не имеешь права так поступать со мной. Я воин, я хороший воин, и ты знаешь это.– Его голос задрожал.– Виктор, ты не сделаешь этого, ведь ты мой брат.

– Именно поэтому я и должен

лишить тебя возможности управлять роботами.– Виктор старался говорить как можно спокойнее, надеясь, что его ровный голос как-то успокоит Питера и он лучше поймет смысл сказанного.– Да, Питер, мы оба знаем, что милиция Свободного Скал подставила тебя. Они выбрали тебя своей мишенью. Они начинили весь поселок взрывчаткой, заманили тебя в Беллериве, и ты выстрелил в этот чертов шпиль. Но если бы ты умел думать, ты предвидел бы все это и не пошел бы у них на поводу. Ты слишком самоуверен, ты много мнишь о себе. Ты кажешься самому себе слишком значительным, и это ослепляет тебя, ты не видишь дальше собственного носа.

– Да что там, собственно, могло произойти, если бы не этот взрыв? Построил бы я им новую церковь.

– Да, Питер,– Виктор с сожалением посмотрел на него,– ты даже не представляешь, что произошло и как глубоко ты увяз в этом деле...

– Да? – хорохорился Питер.– Ну так просвети меня, скажи, что там еще случилось.

– Тогда слушай.– Виктор немного помолчал и снова заговорил: – Ты не знаешь, что все, что произошло с поселком, милиция Свободного Ская засняла на го-ловидеограф, оператор находился недалеко от того места, где ты стоял. Но мало этого, они пытались распространить головид с твоими героическими действиями в Беллериве по всему Федеративному Содружеству.

Питер побледнел:

– Мы сделали компьютерную запись, но я не передал ее Ричарду.

– Гляди-ка,– саркастически заметил Виктор,– ты все-таки в тот вечер думал, правда, от этого бедным жителям не стало легче. Так вот это тебя и спасло, Питер. На твоей записи ясно видно, что взрыв произошел не сразу после твоего выстрела, но через некоторое время, а на головиде, смонтированном милицией Свободного Ская, такой задержки нет. Так что благодари Ком-Стара, их люди не только провели полное расследование инцидента, но и предотвратили передачу головида по их коммуникационной сети.– Виктор устало вздохнул.– Слава Богу, что верховный прецентор не сторонник отделения Ская от Федеративного Содружества.

– Я, конечно, очень расстроен тем, что случилось с поселком, но в общем политическая обстановка не ухудшилась.

– Помяни в своих молитвах жителей Беллериве, братец.

Питера покоробил издевательский тон в словах Виктора.

– Виктор, ты не можешь просто взять и выбросить меня, тем более за то, чего я не делал.– Тихий голос и жалкий вид брата тронул Виктора, и он почти пожалел, что поступил с ним так сурово, но...

– У меня нет другого выбора, Питер,– твердо произнес Виктор.– Тебе придется уехать, здесь ты постоянно будешь чьей-нибудь мишенью и опять попадешь в неприятную историю, если не трагедию. Я не могу рисковать тобой.

– Ради Бога, Виктор, я буду очень осторожен, больше я не попадусь.

– Ты ослеплен своим эгоизмом, Питер. Удивляюсь, как ты вообще еще жив после стольких неприятностей,– гнев снова начал овладевать Виктором,– которые ты доставляешь не только себе. Ты не способен ничего понять, ты просто глуп, Питер. Тебе никогда не приходило в голову, что прежде всего ты политическая-фигура и находишься под пристальным вниманием. Тебя используют в борьбе со мной. Еще раз повторяю:

если бы Ком-Стар не выявил нелегальный головид, то мне, ты понимаешь или нет, мне пришлось бы судить тебя и твоих людей за преступления против человечности. И я осудил бы тебя не колеблясь.

– Осудив невиновных, ты тем самым доставил удовольствие и вознаградил бы усилия преступников.

– Да, но я еще раз напоминаю тебе твою фамилию, ты Штайнер-Дэвион, а на Острове Скаи человек с такой фамилией считается преступником, даже если он никогда ничего предосудительного не совершал и не совершит, понял теперь?

Питер молча посмотрел на брата и вдруг сказал громко и внятно:

– Насколько я мог заметить, преступником там считают не всех Дэвионов, а только одного – Виктора Дэвиона.

– Тем хуже для тебя. Чтобы поставить меня в затруднительное положение, они манипулируют тобой, а ты ничего не понимаешь.

– Нет,– вскипел Питер,– я все понимаю, я отлично все понимаю.– Он ткнул в Виктора пальцем.– Ты меня боишься, тебе не нравится, что обо мне говорят много хорошего, больше, чем о тебе. Это тебя ненавидят на Скае, вот ты и убираешь меня оттуда. Ты завидуешь моей популярности и боишься меня!

– Ты, вероятно, шутишь, Питер,– со смехом ответил Виктор,– но шутка у тебя получилась не очень удачная. Ты пешка в большой игре. Ты считаешь, что я тебя боюсь? Не больше, чем назойливую муху, дорогой Питер.– Виктор расхохотался.– Но сейчас твоя назойливость мне надоела, мне предстоит схватка с Рианом, а ты путаешься у меня под ногами. Сейчас я не могу позволить себе отвлекаться, чтобы воспитывать тебя. В конце концов, я не нянька и ты не мальчишка.

– Ты врешь! – крикнул Питер.

– Да, тебе хотелось бы, чтобы это была неправда, потому что тебе стыдно, но это правда, чистейшая правда. Ты не представляешь непосредственной опасности ни для меня, ни для кого-либо другого, ты ноль. Опасные последствия для меня могут иметь твой эгоизм и твоя глупость. Например, сейчас. Честно говоря, Питер, если бы Кай и Гален не выиграли битву, а Катрин не сделала свое заявление, позиции Риана были бы сейчас очень сильны. А так его планы потерпели полный провал, Катрин напрямую заявила, что он стоит за спиной милиции Свободного Ская, Легион Грейсона Карлайла удерживает Гленгарри, и идея восстания, которое намечал Риан, подавлена в самом зародыше. И если бы не все эти обстоятельства, то все, что я смог бы для тебя тогда сделать,– это дать возможность самому выбрать тюремную камеру на ближайшие годы.

Питер сел на край стола. Он так устал, что не мог больше злиться на слова Виктора. Лицо его осунулось, по щекам пролегли тяжелые складки.

– Я ничего в этом не понимаю. Политика – занятие, недостойное воина, а я воин. Знаю только, что ты не можешь жертвовать мной во имя каких-то своих политических целей.

– Да, ты на все смотришь глазами солдата и никак не можешь осознать, что в нашей жизни все взаимосвязано, а в общем все это – политика.

– Ты не прав,– ответил Питер.

– Разве? Ничего подобного,– возразил Виктор.– Ты видишь в себе только воина, а я рассматриваю тебя как фигуру в политической игре, невысокую, прямо скажем, пешку. Но, находясь в милиции Свободного Ская, ты представлял собой довольно ценную пешку. Поскольку изо всей милиции Свободного Ская, за исключением твоего подразделения, я не мог доверять никому, то все, что ты делал, включая твою заботу по сохранению редких животных, мне очень помогало. Но и Риан также видел это, поэтому он на тебя и нацелился. И теперь я вынужден вывести тебя из игры.