Цена победы
Шрифт:
– На дне рождения Линки. Ты тогда довольно яростно спорил со мной о том, что легче ненавидеть фэтра, который ведет себя как фэтр, а не который действительно хочет что-то сделать для остальных людей. Потом я несколько дней следил за твоим домом и видел, как твой младший брат убежал в лес, а вернулся только на следующий день. А к тому времени о восстании я уже знал. Так что мне несложно было догадаться, куда ты посылал своего брата.
Цетор некоторое время ошеломленно смотрел на Виктора.
– Но если вы все знали…
– Почему я ничего не предпринял? А зачем?
– Фэтр?
– Послушай, давай сейчас поговорим не как фэтр и его солдат! Ты ведь уже успел изучить меня за те три месяца, что ты начал обучаться у меня. Ты хотел отомстить всем фэтрам и поэтому решил присоединиться к восстанию, что ж, считай, что своего ты добился. Думаю, уже очень многие фэтры заплатили жизнями при встрече с этими отрядами.
Цетор как-то странно посмотрел на Виктора.
– А почему ты не говоришь, что ты не фэтр? Ведь тогда священник говорил правду! Ты действительно самозванец! Я многих фэтров видел, но ты не похож ни на кого! Скажи, что ты не фэтр!
Виктор резко развернулся и припечатал Цетора к дереву.
– Я фэтр! Понял?! Мне плевать, что там думают всякие идиоты! Если бы я хотел сделать то, что ты предлагаешь, то я бы не говорил сейчас с тобой.
– Но это глупо…
– Возможно! Но запомни кое-что! Ты был убежден, что, помогая восставшим, ты делаешь нужное дело. Прав ты или не прав с моей точки зрения, тебя не интересовало, ты делал то, во что верил, даже считая, что рискуешь жизнью, делал! За это я тебя и уважал! Я тоже буду делать то, что должен! И если бы сейчас сюда шла не армия восставших крестьян, убивающих фэтров, а армия фэтров, убивающих крестьян, то я отрекся бы от звания фэтра и стал крестьянином! Ты понял?!
– Но… но что тогда ты… вы собираетесь делать?
– Что делать? Попытаюсь спасти эту деревню от разграбления. Может, и получится.
– Что?!! Но они же…
– Хочешь сказать, что они не грабят деревни? – язвительно осведомился Виктор. – А что, по-твоему, они едят? Считаешь, добровольцы несут? Возможно, и несут, немного. Но это просто на завтрак, а люди еще и обедать хотят, и ужинать. Сколько восстание уже длится? Почти два месяца? Значит, многие люди два месяца не выпускают из рук оружия. Сколько времени им понадобилось, чтобы понять, что с его помощью пропитание добывается гораздо быстрее, чем трудом в поле?
Цетор побледнел.
– Я не верю тебе!
– Буду рад ошибиться. Но все же надо быть готовым. Так ты обещаешь позаботиться об остальных?
– Обещаю, – ответил Цетор после недолгого молчания.
– Вот и ладно.
Виктор развернулся и стремительно зашагал по деревне. Встречающие его крестьяне испуганно шарахались. Они уже знали, кто приближается к деревне, и явно боялись быть
– Будь рядом с детьми! – велел он тому.
Лукор хотел что-то возразить, но вдруг усмехнулся.
– Да, повелитель.
Виктор сплюнул. Ну как его еще убедить, что он не Император? Но с другой стороны, если бы не это убеждение, тот не побежал бы с такой охотой выполнять этот приказ, а постарался бы быть рядом с ним. Сам Виктор хотел было перемолвиться парой слов с Рупом, но, увидев въезжающих в деревню людей, понял, что не успевает.
Он вышел на середину улицу, положив руку на рукоять пистолета. Всадники заметили его довольно быстро и недоуменно остановились.
– Ты кто такой? – поинтересовался ехавший впереди всадник.
– Я фэтр. Владелец этой деревни.
Всадники недоуменно переглянулись.
– А мы один из отрядов Греппа! Слышал о таком?
– Я знаю, кто вы, и мне этого достаточно. Мне все равно, из чьего вы отряда. Что вам надо?
– Значит, ты знаешь, кто мы такие? – осведомился все тот же всадник, с легким интересом разглядывая Виктора. – Почему же в таком случае не удрал?
– Потому что я фэтр и я в ответе за эту деревню!
– Вот как? Другие фэтры удирали довольно быстро и их не заботили покидаемые ими деревни.
– Я не другие.
– Я это заметил. Парень, твоя смелость мне понравилась. Если ты сдашься, то обещаю сохранить твою жизнь.
– Благодарю. С вашей стороны очень мило подарить то, что вам не принадлежит.
– А ты, оказывается, шутник. – Было видно, что дерзость землянина человеку понравилась. – Но все же, боюсь, твоя жизнь в настоящий момент принадлежит мне.
– Но как ею распорядиться, знаю только я. Если ты и твои люди сдвинутся еще на шаг, то я всажу пулю тебе точно в лоб.
Всадник некоторое время разглядывал Виктора, потом откинулся в седле и расхохотался.
– Парень, ты мне нравишься. Остальные к этому моменту уже валялись у меня в ногах и молили о пощаде. Допустим, я поверил в твой блеф, что ты сможешь из этой штуки попасть мне в лоб, но посмотри чуть вбок.
– Там ваши лучники, – кивнул Виктор, даже не повернув головы. – Но выстрелить я все равно успею раньше их. И напрасно вы думаете, что я блефую. Хотите убедиться в этом?
Всадник внимательно посмотрел на землянина. Кажется, он увидел, что тот уверен в своих словах, и помрачнел.
– Что ты хочешь?
– Чтобы вы ушли. Эта деревня не самая большая и не очень богатая. Вам нечего здесь взять. Мне не интересно ваше восстание. Просто уходите.
– Не могу. Я поклялся, что не успокоюсь, пока не освобожу всех людей от гнета фэтров и пока последний фэтр не покинет этот мир.
– Вы поклялись? А, так, значит, вы и есть тот самый Грепп?
Кажется, Виктор попал в самую точку. Но подобная догадливость явно удивила человека.
– Ты прав. Теперь понимаешь, что, даже убив меня, ты ничего не изменишь?