Цена моей одержимости

Шевченко Юлия

Михаил Задорожный не должен быть таким. В нем не может потухнуть сила духа, заставляющая всегда двигаться вперед. Черт возьми, я не оставлю его в таком состоянии. Что-нибудь придумаю.

— Воронцов был моей последней надеждой, — еле слышно. Как будто на последнем издыхании. — Он же не последний человек в городе. Многих подмял под себя. У него хватка…

Не выдерживаю. Бросаюсь к отцу, крепко его обнимая. Утыкаюсь носом ему в затылок, с трудом сдерживая слезы. Он замирает на месте. Хлопает меня по рукам, явно уже

думая обо всем плохом.

Что у нас ничего не выйдет. Что все полетит в тартарары.

— Завтра… я еще раз попробую сходить к Тимуру, — все обязательно наладится. — Просижу под дверьми его кабинета хоть весь день, но добьюсь аудиенции у мистера Воронцова.

— Спасибо, дочка, — папа выпутывается из моих объятий и садится за массивный стол. — Отдохни, милая. Увидимся за ужином.

— Только не задерживайся, иначе съем твою порцию, — пытаюсь его подбодрить, на что получаю кривую улыбку.

Ну, хоть немного повеселел.

Выхожу из кабинета. Поднимаюсь по винтовой лестнице на второй этаж. В комнате сбрасываю с себя одежду и нижнее белье и отправляюсь в душ. Расслабляюсь под горячими струями воды. Смываю с себя все посторонние запахи. Особенно Тимура.

Вот бы еще из головы его образ вытащить. Стереть кнопкой «Delete». Избавиться от воспоминаний нашего общего прошлого.

Да только мазохистские наклонности дают о себе знать, когда, закутавшись в халат, я беру в руки планшет и удобно устраиваюсь на кровати. Ввожу в поисковике «Тимур Воронцов». Всплывает много ссылок его автобиографии. Открытие торгового центра, жилого комплекса, парковки.

Разочарованно вздыхаю. Ничего интересного. Одна сплошная работа.

Жму на вкладку «Фото». Замираю. Офигеваю. Выпадаю в осадок.

Да, тут есть на что посмотреть. Точнее на кого.

Нажимаю на фотографию, перехожу по ссылке и начинаю вчитываться в текст. Пишут, что Воронцов Тимур Андреевич приехал на благотворительный вечер вместе с красавицей-блогершей, которая очень популярна в Инстаграме.

От такой новости глаза закатываю. Каждая вторая себя блогером мнит.

Листаю дальше. До их совместного снимка на балконе.

Внутри все переворачивается, когда вижу, как Тимур обнимает эту длинноволосую брюнетку в синем платье в пол. По-собственнически. Глядя с вожделением.

Словно для него никого вокруг не существует. Лишь эта барби с перекаченными губами.

Внутри что-то больно скребется. Какое-то странное чувство все смертоносной отравой наполняет.

Смотрю на них и нервно сжимаю корпус планшета. Сейчас в щепки его превращу.

Злюсь. Завидую им. В глубине души мечтая оказаться на месте блогерши. Быть там с Тимуром.

Боже! Неужели я ревную? Да нет! Ну нафиг! Наши дорожки уже давно разошлись. У каждого своя жизнь.

«Будешь моей личной игрушкой».

Его слова яркой неоновой вывеской вспыхивают в мозгу.

— Вот же козел! — ору на

всю комнату, откидывая от себя планшет.

Мерзавец! У него вон баба есть. Тогда какого хрена мне предложил его подстилкой стать? Одной мало? Урод! Сволочь! Как был бабником так и остался.

Ненавижу!

Закипаю как чайник. Того и гляди взорвусь как сотни лет спящий вулкан.

Нет, я не поеду к нему в гостиницу! Не дождется!

Только почему мне так интересно становится, как доехать до «Версаля»?

Глава 6

Алиса, наше время

— Давай сходим в клуб. Ну, пожалуйста, — конючит Милка в трубку, явно накаченные губы надув. — Сегодня как раз выступает секси DJ. Мы обязаны там побывать, Алиска.

— Не терпится в гримерке с ним уединиться, да?

— И как ты догадалась? — ржет как лошадь подруга, прибавляя музыку и подпевая какому-то российскому певцу. — Ты отсутствовала в России пять лет. Теперь вернулась и даже не соизволила написать или позвонить. Кто так поступает, Задорожная?

Наверное, девушка, пытающаяся помочь отцу во время кризиса. Но не говорить же мне Люде, что у нас серьезные финансовые проблемы. И что мне позарез нужна крупная сумма денег, иначе придется лечь под Тимура Андреевича.

От одной мысли о нем становится дико холодно. Словно я выбежала в одном нижнем белье на сорокаградусный мороз, так еще и в сугроб прыгнула. Он верная смерть, погибель. К нему ни в коем случае нельзя приближаться, иначе… уничтожит как мелкую букашку.

Слухи то по городу разные ходят. Одни хлеще других. И во всех Воронцов выступает в качестве демона из самой преисподней.

— Ты чего, блядь, подвисла? — вздрагиваю от громогласного голоса Милы, пытающейся перекричать рок-композицию. — Думаешь, как бы нас со Светкой отшить, да? — разочарованно хмыкает.

— Может в другой раз? — подаю идею, так как совсем не хочется куда-то идти.

Сейчас для меня важнее отыскать деньги для покрытия долгов отца. А уже потом буду развлекаться, попивая шампанское и поедая гору клубники.

— Какая же ты скучная, — не прощаясь, вешает трубку.

Вздыхаю от облегчения, кидая телефон на кровать. Простите, Люда и Света, но сегодня нам с вами не по пути.

Я обещала отцу, что помогу ему и сделаю для этого все возможное. Не обращаясь больше к Тимуру.

Пусть катится со своим предложением ко всем чертям.

Пусть трахает эту свою силиконовую Катю.

Пусть из нее игрушку делает для своих утех.

Я не поеду в этот чертов отель «Версаль». Никогда.

Вздрагиваю от громкой мелодии смартфона. Надеюсь, это наш спаситель, нашедший нужную сумму для погашения долга.