Цена моей девственности

Ричи Лана

А вот теперь пришлось.

– Выходи, – раздался окрик.

Она словно видела меня, иначе как бы она поняла, что я закончила?

Я обернулась в полотенце и вышла.

Кара лично уложила мне волосы и накрасила меня.

Причёска и макияж, всё это заняло у Кары от силы полчаса, а то и меньше. Она достала откуда-то платье, туфли на высоченных каблуках. Я помедлила, прежде чем взять красную тряпицу из её рук.

– Не боись, стиранное, – рявкнула Кара.

В её взгляде читалось, что она запихнёт мне это платье в глотку, если я сейчас же его не надену.

Я

выхватила платье и быстро натянула на себя. Когда всё было готово, я посмотрела в зеркало. Эту девушку я не узнавала. Пожалуй, она была красива. Да, очень красива. Но в её синих глазах плескался ужас.

Я вышла в зал, слегка покачиваясь на высоченных каблуках. Короткое алое платье обтягивало меня так, словно я была голой.

Я не могла ошибиться со столиком. Кроме моего клиента в клубе уже никого не было. Но музыка играла, а танцовщицы извивались у шеста.

– Здравствуйте, мистер Донован, – я выдавила из себя улыбку и опустилась на кресло. Рассматривать мужчину я не решилась. Смотрела на свои руки.

– Софи, я тебя заждался, – голос клиента оказался неожиданно приятным.

Я подняла на него глаза и столкнулась с заинтересованным взглядом. В зале царил полумрак. Хотя на улице уже давно рассвело.

Только вот мистер Донован не ушёл. И не выбрал себе девушку.

А меня не предупредили, что клуб сегодня закроется позже. Кто станет закрывать клуб, если там развлекается сам мистер Донован? Как он успел меня увидеть, как вообще мог обратить на меня внимание? Я пришла в обычных джинсах и майке, волосы скручены в пучок – никто не стал бы наряжаться и краситься для того, чтобы выдраить клуб в пять часов утра.

И всё же, он меня заметил. И потребовал привести именно «эту девушку».

– Хотите что-нибудь выпить? – заученно проговорила я.

– Нет, – покачал он головой. – И ты не пей. Мне не нравятся пьяные девочки.

Я, наконец, решилась поднять взгляд и рассмотреть его. На вид лет сорок, может и меньше. Крупный мужчина, широкий в плечах. Черты лица правильные. Трёхдневная щетина, которая, конечно, никакая не трёхдневная, а исполненная каким-нибудь дорогим барбершопером за сумасшедшие деньги. Трёхдневную щетину я видела в большом количестве у завсегдатаев нашей забегаловки, и смотрелась она вовсе не так презентабельно.

– Меня зовут Нэйт.

Я не знала, что на это ответить.

Очень приятно? Черта с два мне приятно.

Почему-то я думала не о том, что этот мужчина станет моим первым, не о своих родителях, которых, сама того не желая, подвергла опасности, не о том, какое дерьмо эта жизнь на самом деле. Видимо, мой мозг отказывался думать о по-настоящему важных вещах.

В уме крутилась лишь одна мысль: какого чёрта этот успешный и симпатичный, в общем-то, мужик снимает себе проституток? Да если бы он устроил кастинг на роль своей девушки, на него собралось бы больше претенденток, чем на национальный конкурс красоты.

Тогда почему он приходит в этот клуб, здоровается с патроном, который в высшей степени омерзительный тип, зачем ему всё это? Вряд ли я когда-нибудь пойму.

Да от меня

это и не требуется. Ко мне вообще требования минимальные. Смит сформулировал их очень точно и метко: раздвинуть ноги перед дорогим клиентом. Сейчас мне уже просто хотелось, чтобы всё это быстрее кончилось.

– Ты в самом деле девственница? – спросил он.

И мне вдруг стало смешно.

– Опрометчиво выкладывать такие огромные деньги и даже не проверить, что покупаешь! – давясь истерическим смехом проговорила я. Посмотрела на часы. Семь тридцать. – Ещё не поздно заехать в больницу и проверить качество товара.

– А ты зубастая!

Теперь Нэйт Донован смотрел на меня с каким-то другим интересом. Наверное, так бы он рассматривал говорящую собачку.

Зубастая? Вот уж точно это не обо мне. Сама не понимаю, почему начала нести всю эту чушь. Наверное, исчерпала свой лимит на страх и отчаяние, пока «вела переговоры» со Смитом и рыдала в душевой кабине.

– Давай уедем прямо сейчас. Гнусное место – не находишь?

Видимо, это был риторический вопрос. Но я почему-то на него ответила.

– Не осталась бы здесь ни минуты, если бы мне не платили за это зарплату. А что заставляет вас проводить здесь время?

Он рассмеялся.

– Размалёванная уборщица учит меня жизни! Пожалуй, это самый весёлый вечер в нынешнем году.

– Утро, – устало выдохнула я.

Я уже успела понять, что моя дерзость ему скорее нравится. Кто знает этих богачей? Может, его до чёртиков достало, что уроды типа Смита готовы вылизывать ему ботинки.

Внезапно в голову пришла шальная мысль: а ведь этот Донован вовсе не выглядит мудаком. Может, сказать ему, что я не хочу? Что меня заставили угрозами… Попросить, чтобы отказался от меня сам.

Но я тут же эту мысль отбросила.

В худшем случае он нажалуется на меня патрону. Что тогда случится – мне и думать страшно. В лучшем – откажется. Но ведь и деньги заберет! И вряд ли это приведет в восторг Смита.

Нет… Надо признать, что я уже попала в передрягу и просто так мне не выкрутиться.

– Поехали, Софи! – Нэйт Донован поднялся с дивана. – Не знаю как ты, а я намерен сегодня развлечься.

Глава 4

Машина мягко притормозила перед воротами, они разъехались в стороны, и мы оказались на территории огромного особняка.

Я удивилась.

Насколько я знала от девушек, клиенты редко привозят их к себе домой. Чаще свидания проходят в отелях, и даже не слишком респектабельных. Это как раз и понятно: в респектабельном отеле часто можно встретить своих богатеньких знакомых, а дома клиентов ждут жёны или подружки. Увы, такова жизнь.

Но мы с Нэйтаном приехали к нему домой, значило ли это, что у него нет жены или подружки? Вовсе нет. Миссис Донован, если, конечно, она существует в природе, вполне могла быть в отъезде или просто в другом доме. Да и вообще, почему меня это должно было беспокоить. С этим мужчиной мы проведём ровно одну ночь. А затем забудем друг о друге. По крайней мере, я очень постараюсь забыть.