Шрифт:
Цена бессмертия
Предыстория 1
Валерия
Осень в этом году наступила стремительно, в один миг обрушившись с неба холодными потоками дождя. Взвыли, запели ветра; кажется, даже деревья пожелтели за одну ночь. Лера медленно брела через старый парк, небрежно расшвыривая ногами опавшие листья — этой осенью они не ласкали приятным шелестом слух, а прилипали к ботинкам противными, мертвыми кляксами — обломками обманчивого лета.
В парке было тихо — а на надоедливый шум дождя девушка давно перестала обращать внимание. Сейчас ветер
Окружающая реальность давила своей серой беспросветностью, а мешанина из того, что совсем недавно было листвой, хлюпала под ботинками, превращаясь в бурую грязь. Но все новые листы — желтые и красные — с упорством самоубийцы срывались из под небес и ложились в лужи яркими кляксами. Да, яркими, правда ненадолго.
Лето… было, но прошло. Пронеслось несколькими слепящими, жаркими днями, не оставив после себя почти ничего, кроме воспоминаний. Воспоминаний… таких далеких и бесполезных. А еще лето оставило после себя эту осень — догнивать, захлебываясь слезами.
Сегодня Лера пребывала в особенно плохом настроении — ее исключили из школы.
«Допрыгалась, — подумалось девушке, когда она стояла перед взбешенным директором, — правдолюбка!». И действительно — Валерия всеми фибрами души ненавидела обман и несправедливость, а также лицемеров и подленьких отличников. Не всегда, ох не всегда, она могла сдержаться, чтобы не кинуться очертя голову в борьбу со «злом». Вот и теперь не получилось совладать с собой, когда несправедливость очередной раз предстала перед в ней в самом неприглядном виде…
Несколькими днями раньше:
…………………..
— А ну-ка ты, да, да — ты! — двое здоровяков-старшеклассников, недобро усмехаясь, подзывали тоненького, бледного подростка. Рядом с ними он и вовсе выглядел былинкой. Обыкновенный ботаник, разве что без очков. Стоя в противоположном углу полупустой гардеробной, Лера отлично видела происходящее. Двух бугаев она не знала, а худенький паренек был ее одноклассником. Поспешно сделав безразличный вид, она достала из сумочки зеркало и сделала вид, что подправляет макияж.
Бугаям естественно не было дела до какой-то девчонки…
— Бабки гони! — без предисловий начал один из здоровяков, плотно упакованный в кожаную куртку. Не церемонясь, он сгреб мозгляка одной рукой за шкирку и прижал к стене.
— Не дам ничего! — «ботаник» явно совершал подвиг… вряд ли кто еще из знакомых Лере парней-одноклассников смог бы достойно ответить этим качкам-переросткам.
Такая храбрость заслуживала восхищения!
— Ах ты…! — последовала нецензурная брань а следом глухой удар и тихий стон. В зеркальце девушка увидела, как медленно сполз по стенке ее одноклассник, отчаянно бледнея и видимо, призывая всё мужество, чтобы не заплакать. Второй удар опрокинул его на пол и девушка поняла, что эти ублюдки не погнушаются бить лежащего ногами. Тут ее и понесло — даже не успев понять как, она оказалась рядом с темными фигурами — ненависть застилала взор красным, всё плыло в алом мареве. Её движения были быстрыми, слишком быстрыми для неповоротливых, перекачанных незнакомцев. Стремительный удар ребром ладони по шее заставил одного тяжело рухнуть рядом с недавней жертвой; второй успел лишь удивленно выпучить глаза, как тут же получил сокрушительный пинок тяжелым ботинком в живот. Взвыв, он
Некоторое время Лера еще постояла возле поверженных… Медленно разжимался капкан ненависти; в душе поднималась сладкая, пьянящая волна. Отчего? Ну, как же, она только что одержала маленькую победу в своей персональной войне!
— Пашка, — обратилась она к однокласснику, помогая подняться на ноги, — уходим, быстро!
………………………
Думаете, на этом все закончилось? Не-е-т. На следующий день после уроков в коридоре отважную девушку ждал директор. И он был зол, ох как зол! Двое побитых старшеклассников оказались не только отъявленными бандюгами, но и детьми состоятельных родителей. Откуда было Лере это знать?
Слухи расползаются куда как быстро, и теперь эти родичи вежливо попросили выставить нахалку из престижной школы. Да и сами поверженные мерзавцы не упустят шанса отомстить ей при первой же удачной возможности.
— Дьявол! — выругалась Валерия, поддав как следует преградившей путь куче листьев.
Нет, бандитской мести она не боялась, но было от чего расстраиваться — это уже вторая школа, из которой ее исключали. И опять — за драку! Мама с папой будут, мягко говоря, недовольны, когда вернуться из Греции. Каких трудов стоило пристроить своенравную девчонку в приличное заведение — и вот, на тебе, — опять исключили!
Самое время о многом подумать. Лера смахнула с мокрой, покрытой облупившейся краской, скамейки мокрые листья и присела, подперев подбородок руками.
А ведь она не могла по-другому — неужели должна была стоять, как ни в чем не бывало, когда эти типы стали бы пинать беспомощного Пашку?
«А что тебе этот Пашка?» — зазвучал подленький голосок, откуда-то из-за грани сознания…
«Как что?! — возмутилась Лера, — нельзя же так поступать с человеком!»
«А с собой так поступать можно? И с родителями? От тебя им куча проблем. Интеллигентная, не бедная семья — и такая дочь!.. Позора теперь не оберешься! Другие девушки в твоем возрасте модой интересуются; в бары ходят с друзьями и подругами; романы заводят. Девушки, одним словом! А ты? — елейный голосок выжидающе замолчал…
«А что я? — Валерия горько усмехнулась. — Не буду я никогда такой, как все. Мне не интересно коллекционировать шмотки и парней…»
«Знаю, знаю, что тебе интересно, — недовольно пробурчало второе Я, — натянуть военную форму и дуть на тренировку! Тебе интересны крупнокалиберные пушки, всякие острые железяки и прочие орудия смертоубийства! А этот твой «Славянский клуб» просто кошмар. Тоже удумала — мечом махать!..»
«Ничего плохого в этом нет, — Лера поддалась на провокацию, спор с самой собой — порой увлекательное дело!»
«Старинные боевые искусства — просто находка; волю закаляют не хуже йоги и иже с ней… Я ведь была размазней, пока не вступила в этот клуб!»
Девушка предалась воспоминаниям годичной давности, когда она — робкая и стеснительная, переступила порог сего замечательного заведения. Мастер — мужчина лет около пятидесяти — с густой бородой и широченными плечами — подозрительно оглядел худенькую, густо краснеющую девчонку, и — улыбнулся. Не насмешливо, а как-то по-отечески. Тогда и началось ее посвящение в воины. Каждый день, только успев перекусить после школы, Лера бежала к «Славянам» в клуб. Ей было интересно всё — история древних сражений, виды оружия, брони; тактические и стратегические приемы боя. Она пришла сюда не от скуки, как многие, быстро отсеивающиеся посетители, а по зову сердца!