Целуй девочек
Шрифт:
— Верно, доктор Мактирнан. В случае с Джентльменом и Казановой каждый из них как бы имеет собственного телохранителя-пособника. Может быть, именно поэтому им так все удавалось. Безукоризненные преступления. Каждому из них обеспечена некая неотъемлемая, невероятно эффективная эмоциональная поддержка.
В голове колоколом прогудел вопрос: «Как и где они впервые встретились? В медицинской академии? Может быть, Казанова тоже там учился?» В этом был смысл. И потом эта мысль напомнила мне дело Леопольда-Лоуба в Чикаго. Двое мальчиков, очень умных и очень непростых, совершали запрещенные акты. Делились
Может быть, это начало разгадки? Так мне подумалось. Могут ли Казанова с Джентльменом быть духовными близнецами? Работают ли они и в самом деле вместе? Что же это у них за мерзкая игра на пару?
— Пошли окна перебьем, ворвемся и все загадки сразу разрешим, — сказала Кейт. Настроение у нее было такое же, как у меня. Мы оба были уже способны на все.
Нам не терпелось разделаться с этими повзрослевшими Леопольдом и Лоубом.
Глава 65
Пробило восемь, а наша «стрема» все продолжалась. Может быть, все-таки доктор Уилл Рудольф не Джентльмен? Бет Либерман, репортер «Лос-Анджелес Таймс», могла ошибаться. Только теперь ее ни о чем не спросишь…
Мы с Кейт обсудили все, что могли: баскетбольную команду «Лос-Анджелес Лейкерз» без игроков Мэджика Джонсона и Карима, последний альбом Арона Невилла, совместную жизнь Хиллари и Билла Клинтонов, преимущества медицинского университета Джонса Хопкинса перед медицинским факультетом университета Северной Каролины.
Между нами по-прежнему вспыхивали некие странные искры. Я неофициально провел несколько сеансов терапии с Кейт Мактирнан и один сеанс гипноза. Я понимал, что боюсь пожара, готового вспыхнуть в нас. Что со мной такое? Пора начать жизнь сызнова, перешагнуть пропасть, возникшую после утраты жены Марии. Мне казалось, что все неплохо шло с женщиной по имени Джеззи Фланаган, но опустошенность, которую я потом испытал, ничем невозможно было заполнить.
Наконец мы с Кейт добрались до тем более личного характера. Она спросила, почему я чураюсь близких взаимоотношений (потому что жена умерла, потому что последняя связь окончилась неудачей, потому что у меня двое детей?). Я спросил, отчего она так осторожно относится к определенного свойства связям (оттого, что боится умереть от рака яичников или груди, как ее сестры; боится, что могут умереть любовники или бросить ее, короче, что она будет снова терять близких?).
— Ну что ж, мы с вами неплохая парочка.
Я улыбнулся и покачал головой.
— Наверное, мы оба страшимся утрат, — сказала Кейт. — И все же любить и терять лучше, чем бояться.
Но прежде, чем мы успели углубиться в эту тему, появился доктор Уилл Рудольф. Я взглянул на часы на приборном щитке. 10.20.
Рудольф был одет в черную вечернюю пару. Блейзер в талию, водолазка, узкие брюки, шикарные ковбойские сапоги. Вместо «БМВ»-седана он теперь сел за руль белого «рэнджровера». Выглядел свежевымытым, выспавшимся. Я ему позавидовал.
— Весь в трауре наш доктор, — с натянутой улыбкой отметила Кейт. — Костюм убийцы?
— Возможно, он одет для встречи
— Тогда он и в дом к ним может попасть. Какая мерзость! Два отъявленных негодяя на свободе.
Я завел мотор, и мы двинулись вслед за Рудольфом. Фэбээровцев, которые должны были нас прикрывать, я не видел, но твердо знал, что они рядом.
Бюро так и не подключило к этой операции полицейское управление Лос-Анджелеса. Не слишком безопасная игра, но достаточно привычная для ФБР. Они считают себя асами во всем на свете и непререкаемым авторитетом. Решили, что это преступление федерального масштаба, стало быть, им его и раскручивать. У кого-то в Бюро на это дело сильно стояло.
— Вампиры всегда по ночам охотятся, правда? — спросила Кейт, пока мы ехали по Лос-Анджелесу в южном направлении. — Очень на это похоже, Алекс. Джентльмен-Ловелас Брэма Стокера. Документальный роман ужасов.
Я понимал Кейт и разделял ее ощущения.
— Он монстр. Но создал себя сам. Так же, как Казанова. Это еще одна общая их черта. Брэм Стокер, Мэри Шелли, они оба писали о выдуманных чудовищах в человеческом образе, бродящих по земле. А теперь перед нами шизики, воплотившие в жизнь их изощренную фантазию. Ну и страна!
— Не нравится, скатертью дорога, малыш, — растягивая слова на южный манер, произнесла Кейт и подмигнула мне.
Мне в жизни столько раз приходилось участвовать в слежке, что я успел поднатаскаться. Диплом выпускника, как мне кажется, я получил во время розыска Сонеджи. Поэтому успел оценить способности ФБР Западного побережья. Они тоже неплохо справлялись.
Агенты Асаро и Косгроув включили переговорник, как только мы снова тронулись с места. Они отвечали за группу преследования Уилла Рудольфа. Мы так до сих пор и не знали, Джентльмен ли он. Не было доказательств. Доктора Рудольфа мы пока трогать не имели права.
Теперь мы следовали за «рэнджровером» на запад. Наконец Рудольф свернул на Сансет-Драйв и дальше поехал по прямой на Тихоокеанскую автостраду. Затем он двинулся на север по Первой американской автостраде. Я обратил внимание на то, что он все время, пока ехал по Лос-Анджелесу, держал скорость в установленных пределах. Но стоило выбраться на шоссе, как он рванул, словно крылья выросли.
— Куда его несет, черт побери? У меня прямо душа в пятки уходит, — призналась Кейт.
— Все будет в порядке. Хотя ночью за ним гоняться не слишком приятно. — Мне и в самом деле казалось, будто мы остались с ним один на один. Куда же в самом деле его несет? Если следовать его схеме, то в самом скором времени он должен кого-то убить. Наверняка душа горит.
Путешествие наше оказалось долгим. Над нами в калифорнийском ночном небе сверкали звезды. Шесть часов спустя мы все еще мчались по Первой автостраде. Наконец «рэнджровер» проехал причудливый деревянный указатель, на котором помимо других была надпись: «Государственный парк „Биг-Сер“».
Дальше на дороге нам встретился древнего вида фургон с надписью на бампере: «Представьте себе промышленную катастрофу».
— Представьте себе, что доктору Уиллу Рудольфу как следует вмажут, — проворчала Кейт.