Целовать его ботинки
Шрифт:
— Что-то ещё? Может, детские травмы обсудим? — наливает красное полусладкое и ставит бокал рядом со мной.
— Издевки над своей профессией я тоже не люблю, — отвечаю ему, игнорируя заботу.
— Может, я обиженный жизнью мальчик, разве ты не хочешь разобраться в этом?
— Не зачем копаться в мусорке с протухшим содержимым, — отвечаю ему.
— Какого ты высокого мнения обо мне, неприятно, однако, — замечает хозяин дома и достаёт кухонный инвентарь. — Тогда расскажу сам. Раз ты не спрашиваешь.
Начинает
— Изначально я занимался хорошим делом, учился, подрабатывал. Я по образованию инженер, кстати, этот дом построен по моим чертежам. Точнее, все дома в этом посёлке. Заработал свой первый миллион, потом второй, третий, стал соучредителем. Стал работать ещё больше, потому что уже пашешь на свой кошелёк. Вызвал одну девочку, потом вторую, третью. Не было сил даже штаны стянуть. А потом кризис: почти незаметный, но заказов стало в разы меньше. Богатые люди умеют беречь свои деньги и ждать до лучших времён. Засел дома, захотел устроить наконец личную жизнь. Меня заводит устраивать свидания, завоевывать доверие. Но девушки совсем не умеют подчиняться, прямо как ты.
— Потому что ты ненастоящий, прикидываешься нормальным, чтобы затащить в постель, а потом теряешь интерес, — не выдержала я.
— Наверное, всё так, но мне нравится, когда девушка именно подчиняется мне. Встаёт на колени, смотрит с мольбой.
— Это не доминация, это притворство. Тешишь своё эго — и все лишь. Когда встретится подходящая пара, тебе не захочется унижать её, — говорю я.
— Ты думаешь, я просто не встретил своего человека?
— Думаю, нет.
— А ты? Видишь, как я постарался затащить тебя сюда.
— Это гордыня. Тебе не дали игрушку — ты разозлился. А когда дали, не захотел брать.
На сковороде зафырчало масло, и два куска отборной говядины. Мужчина обжарил их с двух сторон и выложил в форму для запекания. Убрал в духовку. Вытер руки и посмотрел на меня.
— Почему не пьёшь?
— Не хочется.
— Очень вкусное вино, попробуй, — настаивает мужчина и берёт мой бокал, подносит моим губам. Наклоняет.
Делаю глоток, иначе жидкость потечёт по подбородку и шее. Действительно неплохой вкус. Убирает руку и целует мои губы. Смеётся от моего замешательства.
— Ты можешь так не делать? — шиплю и вытираю рот.
Он берёт моё лицо двумя руками и целует ещё сильнее. Я бью его по плечу ладонью и пытаюсь отстраниться. Сминает мои губы и пристально смотрит, проводя большим пальцем по нижней губе.
— Ты знаешь, что поцелуи — это потребность в любви? — упрекаю его. — Ты всего лишь недолюбленный маленький мальчик.
Его взгляд меняется на тяжёлый. Нечего ко мне лезть. Я терпеть не могу эмоциональные качели, и каждый, кто пытается меня туда усадить, получит свою порцию доброго психологического анализа.
—
— Давай сделаем дело, и я пойду. У меня нет желания выслушивать тебя, нет желания быть жилеткой. Ты заслужил всё то, что имеешь.
— Через несколько часов, давай поужинаем для начала, посмотрим фильм, — отвечает Рен. Он берет телефон и кому-то пишет сообщение. Убирает и начинает готовить салат.
— Какой фильм хочешь посмотреть?
— Никакой.
— Значит, я выберу сам. Девочки любят сказки. Как тебе история про Золушку?
— Вечно всех спасающая женщина, положившая на алтарь всё ради семьи, а потом вляпалась в нездоровые отношения с нарциссом. Ну что сказать. Замечательная история.
— Разве ты не такая? — задаёт мне вопрос мужчина.
— Нет. Я далека от этого.
— Но ты спасла Лейлу, готова защитить её, хотя она занимается неприемлемым для тебя делом. Как и мачеха в сказке. Она даже не раздумывала, когда я пообещал её уволить.
Глава 5. Реен
Она смотрит на меня как загнанный в угол зверь. Хочет обороняться. Ей не нравятся я и моя рука на щеке. Не нравится то, что я говорю. Касси расцарапала бы мне лицо, будь я ниже и хлипче. Но сопротивляться здоровому мужику не так-то просто. Она тянет ко рту бокал и запивает стресс. Ей тяжело. Нужно было подождать с откровениями, но я не сдержался. Я вижу, как она закрылась от меня совсем. Прячет взгляд и уходит в «спящий режим», переставая отражать эмоции.
Не знаю даже, почему я вцепился в неё. Может, мне интересно, а может, только её непокорность сыграла роль. Лейла многое мне рассказала о Касси. Её подруга — доступная девушка и не чурается лёгких отношений, а вот Касси воспринимает секс как что-то по-настоящему ценное. Мне бы хотелось, чтобы она встала на колени и умоляла меня, но, похоже, я выбрал не ту тактику. Шантаж не лучший метод добиться недотроги, хотя очень действенный. Через пару часов я либо получу подтверждение своих слов о ней, либо докажу собственную несостоятельность.
Я меняю тему разговора, стараюсь не трогать её больное место, но гостья всё равно молчит. Подливаю вино, достаю стейки, но и к еде она не притрагивается. У меня тоже нет аппетита.
Беру её за руку и веду в спальню, включаю мультфильм про принцесс. Касси смотрит заинтересованно на экран, расслабляется. Её внутренняя маленькая девочка одобряет мой выбор. Устраиваемся на кровати, встаю, чтобы достать плед из шкафа и накрыть гостью. Сажусь рядом, облокачиваюсь на спинку кровати и укладываю на себя недотрогу. Хмурится, но лежит, завёрнутая со всех сторон в плед, отбирая у неё уголок и расправляю ткань и на себя тоже.