Целители. Тени прошлого
Шрифт:
Толпа горожан была подогрета и послушно громила всё, что попадалось на глаза. Лупила любого, кто пытался остановить безобразие. Кричала то, что "крикуны" подсказывали ей... Озверелые люди заполонили несколько улиц и перекрыли дорогу к академии. Жертва поняла это и попыталась отступить. Ей не позволили...
Её будущий хозяин прямо показался ей. Стоял и улыбался. Ждал, что она выберет.
С другой стороны площади кричала и двигалась толпа. Люди, потерявшие себя. С дико блестящими глазами, широко открытыми ртами. "Под воздействием, вероятно",- подумала Нел
Она совсем плоха, оказывается... Или иллюзорная маска на нём... Лицо урода она никак не может рассмотреть. Но так ясно видит другое... Как он крутит в руках, в специальных перчатках, серебристую полоску. Аколит. Ждёт, что она своими ногами придёт к ошейнику и позволит надеть его на себя...
Новое воспоминание прошило девушку... Это она тоже видела, когда падала с утёса на далёком севере. Не только полуразрушенную башню, но и эту площадь. Дико беснующуюся толпу. Новая смерть. Новый выбор... А какой выбор может быть для вольной ведающей? Жизнь рабы или смерть свободной? Выбор, как по ней, очевидный...
Она улыбнулась несостоявшемуся "хозяину" прямо в смазанные иллюзией, расширившиеся от удивления глаза, и сделала первый шаг навстречу толпе. Второй. Третий. Не пряталась. Нет смысла. На неё, так или иначе, натравят псов.
Не ошиблась... Высокий лорд смотрел на рыжую девушку некоторое время. Медленно кивнул. Пусть решает сама. Её выбор... Развернулся и растворился в кипящем котле безумного города.
***
Первые крики "Ведьма!" и первые камни прилетели одновременно. Нел не отзывалась ни на то, ни на другое. Шла вперёд, просто для того, чтобы идти. Она не упадёт, пока у неё будут силы. Просто потому, что сломаться, спасовать перед злом, невозможно ни для ведающей, ни для эльфа.
Она потомок тех самых Ведущих За Собой. Древних эльфийских королев. Лирэль, Ильдис и других, им подобных. Они смеялись с лицо смерти. Как смеялись ей в лицо совсем недавно князь Гарнара и её собственный отец. Она, потомок Талеев, тоже будет держаться прямо и гордо, пока не упадёт.
А как эльфийка, ещё и удержит сердце от гнева и ненависти. Разве понимают одурманенные люди, что творят? Нет. Они искренне верят, что чёрное, это белое, и наоборот. Что она исчадие, без которого мир станет светлее и лучше.
Пусть. Её девочку вырастит семья. И отец. Может быть, Лавиль найдёт в себе силы жить ради дочери... Сейчас, когда грань жизни и смерти размылась, истончилась для неё, Нел увидела, кто держал её. Почему она слабела так медленно. Потому, что слабел он... И сейчас он гораздо слабее её.
– Прости!- прошептала Нел, когда упала.
Именно ему. Точно зная, что он услышит её. И простит... Закрыла глаза, чтобы не видеть озверелое лицо толпы. Она не хочет видеть такое. Она лучше будет помнить людей другими. Способными на сострадание и любовь...
***
Толпа почти уже растоптала рыжую девочку, когда кто-то выдернул её у неё из-под ног. Люди, потерявшие лицо и жаждущие
Гильдия строителей была самой сильной в королевстве. Влиятельной. Пусть и не самой богатой. Всем ведь нужно строиться, ремонтировать дома и крыши. Чистить дымоходы, наконец. Чтобы однажды зимой не отправиться всей семьёй туманной дорогой вслед за Морой.
Может показаться странным, что именно такие, "мелкие" резоны остановили и немного отрезвили горожан? Вы удивитесь, но так чаще всего и бывает. По принципу "своя рубашка ближе к телу".
"Крикуны" попытались раззадорить толпу снова. Ничего не вышло. Просто потому, что никто из обывателей не хотел отправить за Последний порог из-за засорившегося дымохода. К тому же стена строителей, высоких, дюжих ребят, встала перед людским штормом, как волнорез, и погасила самый сильный его порыв. Не полностью, конечно. Но и выплёскиваться дальше не позволила.
Противостояние разума и безумия длилось некоторое время. Разум победил. В головах горожан начало светлеть понемногу. Не потому, что они как-то особенно быстро и дружно раскаялись. Нет, конечно. Так бывает только в сказках...
Сила и страх остановили их. Цепь здоровенных молодых строителей было не прорвать. А один из них, Гин, державший девушку на руках, поговорил с ошалелыми людьми. Ну, как поговорил... Скорее уж угрожал... Громко, весомо. Крикнул прямо в нутро толпы тот самый "мелкий резон", который заставил обывателей думать головой, а не разбуженной мерзавцами тёмной стороной человеческой натуры:
– У нас хорошая память! Клянусь, все, кто бил девочку, оскорблял или бросал в неё камни, никогда не получат помощи от гильдии строителей! Никакой помощи! Собирайтесь и проваливайте из Дормера куда-нибудь в Лабрию или в Самир потому, что в Ламетале или в Гарнаре эльфы и вовсе убьют вас за то, что вы посягнули на одну из них!
– Ведьма!- закричал кто-то.- Вы заступаетесь за мерзкую ведьму!
Гин передал девочку тому, кто был рядом. Задрал рукав рубашки. Поднял руку:
– Клянусь, что говорю правду! Вы легко найдёте свидетелей! Мне оторвало руку. Я в отчаянии попросил о помощи. Она была верна Кодексу и Договору между нами. Она почти умерла, спасая даже не жизнь, а просто руку!.. Что сделали вы сегодня? Пусть с подачи подлецов?.. Вы нарушили Договор! И будете прокляты! Каждый из тех, кто причинил вред той, что верно хранит жизнь! Радуйтесь!.. Что дети ваши не будут нести за вас!
Гин, старшина каменщиков, напомнил людям о древнем Договоре, о котором не знали дормерцы, но всем сердцем верил народ, сам бывший потомком волшебных рас. О нём им рассказывали бабушки, дедушки или родители. Они знали, что если есть нужда, нужно попросить ведающую, и она не откажет. Учили детей и внуков. А те потом рассказывали своим... Цепочка ни разу не прервалась. Народ помнил Договор. Именно это, глубинная память, пробилась к сердцам людей. Сорвала покров с происходящего и позволила увидеть меру преступления. Осознать...