Целитель
Шрифт:
Я содрогнулся, представляя, что мог бы сам оказаться в подобной ситуации. Сомневаюсь, что выдержал хотя бы несколько месяцев в своем рассудке.
Что можно сказать о теле? Выглядело оно паршиво и куда более детализировано чем в игре, что меня совсем не радовало.
Хоть наши тела и не потеют, но все же испускают довольно специфичный запах. Он чем-то похож на затхлый запах начинающих портится книг в сыром помещении. Этот запах очень слаб, но если не менять постельное хотя бы неделю, он начинает намертво въедаться в ткань.
Стоило нам
Я взглянул в горящие двумя красными угольками глаза. Забавно: в игре при детальном рассмотрении пустых, у них в глазницах горели два красных светящихся огонька.
Сейчас же я вижу, что это засохшие глазные яблоки, тем не менее испускающие стабильное красное свечение. Откуда берется энергия для этой иллюминации? И почему именно красный? Неужели та тягучая бурда красного цвета, что заменяет нам кровь, при нахождении в глазных впадинах начинает светиться? Или это связано с тем, что нервные узлы глаз напрямую связанны с мозгом… Значит ли это, что и мозг… Блин. Опять отвлекся.
Темная метка на груди стала еще более явной. Словно злокачественная опухоль эта зараза оплела добрую половину туловища. А при долгом разглядывании казалось, что она ритмично сокращается, словно насос, выкачивающий силы из своего носителя.
Тонкие словно у дистрофика руки и ноги, отсутствие реакции на открытую дверь, все это лишь завершало образ.
— Он агрессивен?
Риштер дернул плечом: — Два раза бросился на слуг, но почти сразу успокаивался. После второго раза и пришлось… Связать.
Я покосился на обручи в несколько сантиметров толщиной, но не стал комментировать:
— Тогда выделите несколько воинов, что смогут провести вашего брата до его новой комнаты.
Специальная палата для особо буйных пациентов была уже готова и ждала своего посетителя. Единственное ее отличие от других помещений было наличие лучших креплений для удержания пациента.
*****
Я провел палочкой возле лица Андера, внимательно следя за реакцией. Почему палочкой? Мне хватило прошлого раза, когда он внезапным рывком вывернул крепления для фиксация головы и вцепился в мой палец.
Палец я потерял и пришлось умирать, чтобы вернуть утраченную часть тела. Андер же даже не стал развивать успех в попытке освободиться. Он все также продолжал невинно лежать с залитым моей кровью лицом.
Я сделал выводы, поэтому прочность конструкции была повышены, а я больше не приближал руки к его зубам.
— Реакция имеется, что в свою очередь показывает наличие простейших человеческих инстинктов. Говорить о наличие разума еще рано, но наше лечение уже имеет под собой хоть какую-то основу. Это понятно? — Я развернулся к десятку молодых людей, которые внимательно меня слушали и тут же стали кивать.
Взятые
Десять учеников стали взрывом бомбы в местном царстве сплетен: большинство сходились на том, что я зазвездился и через какое-то время выгоню большую часть, поняв всю бесперспективность.
Они не знали о надвигающейся катастрофе, а я не мог им о ней рассказать. Я вежливо выслушивал все снисходительные советы от клиентов, которые искренне желали мне помочь. Однако я стиснув зубы продолжал учить.
Но насмешки имелись не только на верхнем уровне. Мои ученики также выслушивали многочисленные оскорбления и шутки на тему их количества. Я лично слышал от слуг минимум три вариации на тему того, что моя наука такая сложная, что нужно целых десять человек, чтоб они хоть что-то поняли.
В тот день когда сразу несколько учеников уверившись, что мягок в плане наказаний, решили отдохнуть, я понял, что я недооценил опасность моему делу.
Я собрал всех в гостиной, не говоря о причинах. Стоило же всем собраться, когда начал говорить:
— Здравствуйте ученики. Вы наверняка гадаете зачем мы сегодня здесь собрались. И я отвечу на ваш невысказанный вопрос. Дело в вашем количестве.
–
Оглядев угрюмые лица, я продолжил: — Для меня не секрет как многие говорят о моем решении взять вас всех в ученики и скажу прямо, подобные высказывания говорят не только вам, но и мне. Хоть рангом и намного выше.
И знаете, они правы.
Шок у слушавшей меня аудитории плавно перетекающей в обреченность.
— Так или иначе при таком потоке пациентов, что имеется сейчас мне не с руки брать так много помощников.
Мне очень часто предлагают отказать в обучении большей части и оставить человека три лучших. Я не буду говорить о том, что это бесчестно с моей стороны.
Я скажу другое. Я скажу, что… — Я решительно махнул рукой: — Они все не правы! Да-да! С тем количеством пациентов вам будет не хватать работы, а соответственно средств для существования. Но неужели по-вашему я не думал об этом или делал это специально?
–
Злость перешла в недоумение: — Учитель, можно вопрос? — Марик, середнячок в плане скорости обучения, но и не полный дуб поднял руку.
Еще одна вещь, которой я первым делом обучил своих "студентов".
— Конечно, Марик.
— Так зачем вы это сделали?
— Скажи Марик какая основная цель целителей? Зарабатывание денег или лечение людей?
Парень замялся. Он не хотел врать, однако всем было ясно именно мое отношение к этому вопросу. Марик был городским парнем, его отец работал кожевникам, и их семья отнюдь не была богатой. Для него целительство в большей степени было получением денег, чем профессией в которой нужно помогать людям.