Целитель. Книга третья
Шрифт:
После слов сестры все уставились на меня.
— Пусть будет так, — кивнул я.
— Хорошо, Ваше королевское величество, — князь встал и поклонился. Его примеру последовали остальные.
Сказал он свою фразу вполне уверенно, видно принял тот факт, что теперь он служит не рядовому Великому, а самому настоящему королю. Что касается моих земель, так их можно увеличить, этим мы совсем скоро и займёмся.
Каждые два года Великие собирались в столице империи, чтобы вместе с его императорским величеством обсудить то, как дальше обустраивать государство. Так сложилось за многие века, поэтому никто не собирался нарушать эту давнюю традицию.
Дед Ларса Видар сидел на своём месте и с нескрываемой брезгливостью смотрел на тех Великих, которые совсем недавно хотели решить вопрос с необычным целителем и его внуком силой. Сейчас же толпа этих баранов во главе с самим императором обсуждали, как решить возникшую проблему. Сами же из-за своей тупости её создали, а теперь пытаются выглядеть умными.
С другой стороны, как бы в оппозицию к первым, находились представители Великих родов, владения которых располагались на границе с Диким лесом. Эти почти в полном составе всегда желали решить проблему мирным путём, считая, что со всеми можно договориться. Сейчас у империи нет невероятно ценного целителя, как и его артефактов.
Само собой, убивать Ларса никто не собирался, его просто хотели захватить, доставить в столицу, после чего заставить делать то, что захочет кучка приближённых к императору Великих. Для его захвата была даже создана группа магов. Кто ж знал, что Ларс так быстро сможет организовать переселение своих людей. Раньше императору никто бы не позволил провернуть захват Великого, но он как-то умудрился переманить большую часть Великих на свою сторону. Правда, почти все они имели владения в центральной империи.
Вскоре на совет прибыл и сам император в сопровождении нескольких Великих, причём эти представители древних родов поддерживали главу государства во всём. Один из них даже участвовал в последнем неудачном походе на непокорного целителя. Нужно отметить, что этот аристократ был из влиятельного и сильного рода, но после единственного возглавленного им похода против целителя он немного подрастерял силы. Твари из леса основательно насели на его армию, в империю вернулось чуть больше половины. Ещё какие-то придурки из отряда умудрились оставить в Диком лесу несколько артефактов.
— Господа, нам нужно обсудить возникшие в империи проблемы, — начал верный слуга императора.
— Да, Лейф, у нас есть некоторые проблемы, — раздался издевательский голос из зала. — Но их было бы гораздо меньше, если бы не ваши идиотские решения.
— У нас принято вставать, — недовольно сказал Лейф, коротко переглянувшись с императором.
— Можно и встать, — поднялся со своего места Понтус, старейшина одного из приграничных Великих родов, бывший глава рода. — Тебе нужно повторить мои слова стоя?
— Не нужно, — недовольно проворчал Лейф. — Но хотел бы попросить Вас сдерживаться в своих высказываниях.
— Сдерживаться? — Усмехнулся старик. — Поверь мне, мальчик, я сейчас и без того сдерживаюсь и выражаюсь предельно мягко. На самом деле ваше решение в приличном обществе можно назвать только идиотским.
— Я бы попросил…
— Дай мне договорить, — перебил его Понтус. — Как мне кажется, вы тут у себя в центре империи уже давным-давно подзабыли, какие потери несёт наша армия на границе с Диким лесом. Так я вам напомню, потери огромные и с каждым днём они только множатся. Причём гибнут не какие-то там новобранцы, а ветераны, умелые солдаты. Вместо них приходят сопляки, которые в большинстве случаев погибают в первых же схватках. Знаете, что это означает? Я вам объясню! Это
После слов Понтуса в зале поднялся шум. Кто-то одобрял его слова, а кто-то, наоборот, возмущался такой оценкой их деятельности, император был красный от ярости. Ведь Понтус на самом деле выговаривал своё возмущение не Лейфу, а императору. Все это прекрасно понимали, только делали вид, что между собой ссорятся два Великих, иногда такое бывает.
— Что же мы можем сделать? — Обратился старик к присутствующим. — Да ничего, воевать по старинке и готовиться к потере новых территорий.
— Какой-то непонятный у вас настрой, — зло сказал Лейф. — Мы и до этого воевали и ничего, обходились без чьей-либо помощи.
— Ну да, кто ж спорит, — усмехнулся Понтус, — и при этом потеряли почти половину империи. А настрой у меня замечательный, просто я уже старик, поэтому и говорю всё прямо. О нашем печальном положении знают все.
— Господа, не стоит ссориться, ещё не всё потеряно, — впервые подал голос император, успевший успокоиться. — Мне кажется, решить вопрос с целителем ещё не поздно.
— Каким образом? — Встрепенулся Видар.
— Отправим к нему посольство. Думаю, найти подходящую группу людей труда не составит. Вам, Видар, наверняка известно о том, куда ушёл Ваш внук? Вы можете возглавить наше посольство в его землях. Подберите тех, у кого с Ларсом были хорошие отношения.
— И каких результатов Вы ждёте от миссии этого посольства?
— Нужно чтобы он и дальше продавал нам артефакты, а потом будет видно, — проворчал император.
— Нет, — покачал головой Видар, — я не стану возглавлять посольство.
В зале и без того стояла гробовая тишина, а сейчас она усилилась ещё больше. Казалось, люди даже дышать перестали, их можно было понять. Мало того, что старик даже не подумал подниматься, когда к нему обратился император, он даже не назвал его «мой император» или «Ваше императорское величество». Разговаривал как с равным, да ещё и отказал. Можно было всё списать на старость, а возможно, он просто перестал считать императора своим господином.
— Что значит, не станете? — Император подался вперёд.
— Это значит, что я не собираюсь исправлять глупые ошибки ваших людей. Тем более перед отъездом внук мне сказал, что больше никто не получит его артефактов, никто. С его стороны это разумно, вы же, по сути, на него напали, стали врагами, теперь он точно не станет усиливать своих врагов. Это раньше мы могли с ним договориться, а сейчас нет, мы просто не сможем на него надавить, придётся воевать по старинке.
Император не стал приказывать гвардии арестовывать старика, сделав вид, что ничего особенного не произошло. Разумеется, его авторитет упал ещё больше, но поступить иначе он просто не мог. Очень недобро на него смотрели некоторые присутствующие, точно бы не дали его казнить, а так хотелось.