Целитель. Книга третья
Шрифт:
Как мне сообщили, до этого они требовали к себе хорошего отношения. Вроде бы их сюда едва ли не пинками гнали, ну и, разумеется, немного помяли. Вот они и показывали простолюдинам всё своё величие. Только сейчас перед ними был Великий, тем более репутация у меня была не самая лучшая, учитывая, что все воры, пойманные до этого, были повешены.
— Помолчать решили, свиньи? — В разговор вступил князь, он в это время тоже находился в крепости.
— Тебя забыли спросить, предатель, — зло сказал один из воров.
— Предатель? — Князь не обиделся на такие слова, а расхохотался. — Это кого я интересно предал, эльфов?
— Мы тут не по приказу эльфов, — снова подал голос один из пленников.
— А кто вас надоумил заняться воровством? Молчим? Ну, помолчите, — усмехнулся я. — В пыточную всех, хочу знать, кто их сюда отправил.
— Микель, что ты молчишь?! — Взвыл один из преступников. — Такого уговора не было!
— Заткнись, придурок! — Прошипел Микель.
Этот и был старший, особенно если учесть, что он был выходцем из Великого рода. Примерно такой же, как и я, которому вообще никакого наследства не светило, он тоже был сыном служанки. Прибыл ко мне на службу, по крайней мере, так говорил. Благо, что этот род был не пограничный, а имел земли в центре империи, вроде бы даже недалеко от столицы. Я уверен в том, что они на стороне императора.
Хорошо строить из себя героя, когда тебе ничего не грозит. Но как только начался допрос с пристрастием, этот бравый Великий вместе со всеми своими подельниками начал всё рассказывать. Как я и думал, надоумил их на этот «подвиг» глава рода, обещал отличную плату и защиту. Непонятно только, как он их тут защищать собрался. Самое же печальное, что этот Великий оказался на службе империи, причём он особо на это давил, мол, не имеете права, я на службе у императора, как и все остальные.
Остальные-то меня не особо беспокоили, рылом не вышли, чтобы кто-то за них заступался, в конце концов, есть законы. Вот с Великим не всё так просто, их даже император без веской причины казнить не мог. Такое ощущение, что меня подобным образом хотят крепко подставить. Вот уверен, если сейчас снести этому дураку голову, уже скоро мои недоброжелатели начнут базлать, что целитель совсем обнаглел, теперь уже Великих убивает. Плевать им на то, что этот урод занялся воровством и убил моих людей.
— Господин, что делать будем? — Спросил у меня князь Витор. — Отпускать?
Он тоже прекрасно понимал, в каком неприятном положении я оказался. Можно было послать гонца к императору, мол, посмотрите, что творят Ваши подчинённые и примите меры. Только я уверен, что ничего им глава государства не сделает, а мне очень хотелось их наказать, дабы другим неповадно было. Сейчас этих отпустишь, так очень скоро найдутся другие, которые решат, что им повезёт больше.
— Нет, нужно пригласить в гости соседей. Там мой дед вроде никуда не собирался уезжать, возможно, у него в гостях кто будет, так их тоже не помешает ко мне пригласить, посидим по-соседски, — усмехнулся я. — Ну а потом можно будет и отпустить, чтобы были свидетели моей доброты.
Как мне сообщили, к деду на самом деле зачастили Великие. Что они там решали, я понятия не имел, возможно, хотели, чтобы часть княжеских земель продали им. Само собой, никакого почтения пленникам я оказывать не стал, держали как простых бандитов. Пусть немного посидят на скудном пайке и подумают о своём поведении.
Родственники моё предложение приняли. Почему во множественном числе?
Встретил я почётных гостей как полагается, всё честь по чести, не чужие люди приехали. Раскланялся со всеми, даже Эмили вела себя на удивление благосклонно, не косилась как на врага народа, а вежливо улыбалась. Интересно, это ей дед выговор сделал или сама догадалась, что одно дело, когда показываешь свой характер простому парню, у которого за спиной никого нет, и совсем другое, когда заводишь себе врага в лице стремительно набирающего влияние Великого. Без лишней скромности можно сказать, что так оно и есть. Наверное, те же гномы приезжают ко мне чаще, чем к императору, и не всегда ради лечения. Взять, к примеру, Гормата, так он у меня в замке скоро пропишется, частенько навещает, смотрит, что и как в моих землях. Вроде бы как мимо проезжал и заглянул на огонёк. Даже любопытно, чего он тут пытается обнаружить.
Хотя некоторые предположения, конечно, у меня на этот счёт были. Там, за Диким лесом находятся горы с богатейшими залежами полезных ископаемых. Вот и хочется гному вместе со всем своим семейством туда свой нос засунуть, быть первым. Поэтому постоянно крутится около меня, чтобы не забывал. Всё же крепость за крепостью я захватываю довольно бойко, кто знает, может быть, скоро выйду к горам. Ну как скоро, через несколько лет, если мешать не будут.
После небольшой пирушки к нам привели пленников в изрядно потрёпанном виде. Сказал же, чтобы относились как к простым бандитам, вот и выполняли мой приказ. Всё ценное забрали, дали какие-то обноски. В общем, вид у этих ребят теперь далеко не дворянский, больше на голодранцев смахивают. Кстати, простых воинов я трогать не стал, в крепости работы полно, вот и пусть отрабатывают грехи хозяев. Всё же они люди подневольные, им приказали, вот и пошли на преступление.
— Вот, уважаемые господа, — произнёс я, указывая на воров. — Вам всем уже известно о том, какая неприятность произошла в одной из моих крепостей. И ладно бы это всё устроили простые бандиты, а эти разбойники оказались из благородных, даже не знаю, что с ними теперь делать.
— Господа, — Микель, увидев других Великих, воспрял духом, — я являюсь верным слугой императора, никто не имеет права меня казнить кроме него.
— Все мы служим одному господину, — проворчал мой дед, — но это не даёт нам право заниматься грабежом. Своим поведением ты опозорил не только свой род, но и все Великие рода.
— Допустил ошибку, — ничуть не смутился словами моего деда бандит. — Готов понести наказание от своего господина. Вы все знаете, что никто, даже главы соседних держав не имеют право судить Великого, они могут только пожаловаться на недостойное поведение. Тем более от наших рук не пострадал никто из благородных, это я знаю точно. Признаю свою вину и требую, чтобы меня отпустили.
— Он прав, — недовольным голосом сказала Эмили. — По закону вы должны написать письмо его императорскому величеству, а этого прохвоста отпустить.